Фокус

Веки его казались тяжеленными, в глаза кто-то определенно сыпанул песка, а все тело ныло. И все же Питер сфокусировал взгляд и попытался собрать мысли в кучу. Ага, «попытался» — это правильное слово, поскольку даже простое усилие вызвало такую боль в голове, что та буквально вышибла из него дух! Питер замер, боясь сделать даже вдох — не дай бог вновь спровоцировать волну боли. Он не понимал, где находится, что с ним произошло, и как он здесь оказался. Да и где это — «здесь», он не понимал тоже. Очень осторожно, стараясь ни о чем не думать и не шевелить головой, Питер осмотрел облупившиеся бетонные стены вокруг, но в голове ничего не прояснилось. На вид здание не походило на жилое. Скорее уж, на старый заброшенный склад или что-то подобное. Пахло сыростью и плесенью. Еще тут было прохладно, но в костюме он этого почти не ощущал. Откуда-то издалека доносился шум машин. Наверно, там дорога — быстро промелькнуло в его мыслях, и это, к счастью, не принесло ему боли. А на краю сознания Питера все крутилось что-то непонятное. Оно вращалось и мельтешило и было где-то совсем рядом, но поймать это «что-то» было нереально сложно. Но наконец, Питер осторожно зацепился за один из образов, в котором фигурировал забавный доктор Стрэндж в толстовке, куртке и любимом живом плаще сверху. А потом Гвен сказала, что он дурак. Что? Но нет, Гвен ведь умерла… — что-то в груди болезненно сжалось, а головная боль снова стала нарастать… Наверно, не зря ЭмДжей зовет его неудачником. Она действительно могла забыть о нем? Питер снова вспомнил ее снисходительную улыбку и темные кудрявые волосы, раскинувшиеся в вечном беспорядке. Но ЭмДжей ведь рыжая! Что-то тут определенно было не так! А, может, это проделки Мистерио? Он сотворил что-то с его разумом? Стоп, кто такой Мистерио? Это вообще было? Да, Питер определенно чего-то не понимал… И голова просто раскалывалась. Кажется, я оставил скейт в школе, не забыть бы… Черт, наверно, тетя Мэй волнуется… Нужно ей позвонить, нельзя, чтобы она нервничала, все же его тетя уже немолода. Немолода? Как это? Она ведь на медовом месяце с Хэппи? Да и, кажется, она приняла Человека-Паука значительно быстрее, чем он сам! Нет, она не знает об этом! Или знает?! Дядя Бен! Как же Мэй смогла забыть его и снова выйти замуж? Что же… - и голова его снова взорвалась пульсирующей болью. Воспоминания прямо противоречили друг другу, и он уже не был ни в чем уверен: Учится ли он в школе или уже университете? Ему 15? Или 20? Он Мститель? Или все же фотограф Дейли Бьюгл? Раз за разом дядя Бен все повторял свою любимую фразы тремя разными голосами, и с разными интонациями, а после превращался в Тони, который снова просил его стать лучше. Потом Нед говорил, что поддержит его, Гарри обвинял в убийстве отца, а капитан Стейси просил оставить в покое его дочь… Но самое отвратное, что все воспоминания были будто бы абсолютно реальными! А потому определить, что было, а что нет, Питер не мог. Он отчетливо помнил запах волос Гвен, улыбку Мэри Джейн и тот неловкий первый поцелуй с Мишель. Помнил, как болела нога, когда он сражался с доктором Коннорсом, как разрывало мышцы, пока он пытался остановить поезд. Поезд? Это же был паром! Аааа! Да что вообще происходит? Слезы текли по щекам, и Питер с трудом мог дышать. Он и сам не заметил, как снял маску и схватился руками за голову, пытаясь хоть как-то унять боль. Все вокруг кружилось, в голове взрывались сверхновые, и реальность казалась бредовой, словно каким-то жутким кошмаром или иллюзией. И он тонул и тонул в собственных таких странных непохожих воспоминаниях, не в силах вырваться наверх и просто глотнуть воздуха! Но вдруг что-то пробилось через всю эту какофонию и привлекло его внимание. Что-то достаточно важное, что смогло отвлечь его от боли. И он зацепился за это что-то сознанием, как утопающий за соломинку. Но что это? Шум. Питер услышал звук бьющегося стекла, сминаемого металла, гудки машин и крики людей со стороны шоссе. Там что-то случилось. И вдруг сознание успокоилось, перед глазами все снова обрело фокус, он снова смог дышать, а головная боль затаилась. Я нужен им! Теперь Питер знал, что делать. И больше сомнений не было никаких. Он осторожно поднялся на ноги, проверяя себя на устойчивость и на наличие других травм. Но вроде все было в порядке. Он был в порядке. Питер выдохнул, надел маску и уже уверенно побежал на шум. Потерпите, я уже иду!