Одна ночь на двоих

[В баре Джо-рея.]

<Письмо | ночь 02:28>

Здравствуй. Мы только вернулись после гонки на байках, а наши близняшки же ещё какое-то время спорили у барной стойки о том, из-за чего Юн проиграла. Вам бы стоило видеть, как забавно сочитался зелёный цвет волос с пунцовым румянцем на лице той янтароглазой девушки — старшей из близняшек. Её имя Юн. По крайне мере так зовёт её младшая сестра. В отличие от старшей, мелкая пьёт алкоголь и говорит при этом с Юн на равных. И да, беловолосую красноглазку старшая зовёт Неско. Она вечно шумит, но зато с её выходками тут стало веселей. Но с ними чувствуется атмосфера дома. А по вечерам они устраивают музыкальные представления. Конечно мы все впятером понимаем, что они так собирают деньги, дабы оплатить жильё с напитками, но честно, тут конечно и раньше было громко, но к сожалению скучно и уныло. Сейчас же даже старина Крог (бармен) выглядит более весёлым, а Смит помирился с Чаком. В общем, тут стало лучше. Надеюсь, что у вас в Стакине всё хорошо. С любовью Люк. Сидя у барной стойки Неско, поправляя кожаную жилетку, не громко заговорила. — Не забывай, я тебя обогнала. Ты ведь дашь мне мою награду? -Тебе точно жить надоело? Это же было нечестно. Хитро переглянувшись сёстры тихо рассмеялись. Посидев ещё какое-то время со всеми, до того момента, когда все начали расходиться, Юн и Неско тоже решили вернуться в свою комнатку. Небольшую комнату, с маленькой одноместной кроватью, деревянным полом, покрытым каким-то странным ковром цвета вишни, и стенами, на которые наклеили обои, да бы закрыть имеющиеся дыры в досках, мешая любопытным подсмотреть, чем же занимается дуэт ЮНеско. -Я так рада за Люка. Ведь у него будет дочь. Прерывая тишину заговорила Юн, и не включая свет, во тьме стала подготавливать кровать ко сну. -О. Это да. Молодец, мужик. -А как думаешь, у нас будут когда-нибудь дети? -Ей, ну не начинай, знаешь ведь, что это портит нам весь настрой. лучше знаешь что… Неско Приблизилась к уху Юн и тихо ей прошептала что-то нежное, от чего Юн начала заливаться пунцовым цветом. -Но Неско. -Юн, я хочу такую же награду, которую ты бы подарила им. — не давая договорить вставила девушка, чьи глаза слабо мерцали, отражаясь от света луны, что падающего через окно — Да, я знаю что тебя бы они и пальцем не тронули, поэтому, этого хочу я. Ласково куда-то в шейку проговорила ей Неско, заглядывая в янтарные глаза Юн, а после, взяла её ладошку и медленно стала гладить её, пощипывая кончики пальцев. Юн колебалась, она знала, это неправильно, но такова была награда, о которой они договорились ранее перед началом гонки. -Л-Ладно. Считая, что какие либо слова будут тут не уместны, Эми укусила свою младшую сестру и выпустила яд, перемешанный с тем компонентом, что был бы запрещен в использование и поныне. Яд для становления для смены пола. Эма от боли начала трястись, но боясь нарушить эту святую тишину она молчала, терпя свой внутренний огонь, что разгорался во всём теле. Прошли мгновения и Неско, вытирая слезу, негромко ей прошептала, забирая её поцелуем в губы. -Спасибо, Эмилия… В этот раз, Эми не оттолкнута Эмайлу, их губы сплелись в поцелуе. Не имея сил оторваться от старшей сестры она тихо повторяла -Прости меня. Её руки устремились на талию Юн. Они нежно гладили её хрупкую спину. Сначала поцелуй Эмы был робким, осторожным, но в последствие становился всё более сильным и настойчивым. Но оторвавшись от горячих губ девушки, Неско стала целовать её щёку, плавно двигаясь к её шее. Блаженство, вот что ощутила Эми перед напором Эмы, её ноги и руки ослабли, не имея мужества пошевелиться. Она словно жертва, что попалась в руки этой смелой хищнице на растерзание, не имея сил и желания совершить побег. Через волнительные мгновения, Неско остановилась. Проведя по волосам Юн рукой, она расстегнула её куртку, продолжая оголять её бархатную кожу, выкидывая одежду прочь, не желая отрывать губы от хрупкого тела близняшки. Позволяя Эмилии отдаться этой трепетной, но крайне неправильной любви, пока ей оголяют торс и мягко массируют грудь. Неско взяла её руку и просунув под свою одежду положила её ладошку на свой бок, туда, где билось сердце. -Оно всегда будет биться лишь для тебя. Нежно прошептала девушка. От её слов стук сердца Эмилии лишь учащался. Юн ощущала всё то тепло, которое испытывала к ней Неско, и душе становилось легче. Эма чувствовала горячее дыхание своей партнёрши, она лёгким толчком повалила её на кровать, почувствовав, как горячие руки девушки охватили её холодные плечи. В самом взгляде Неско, Эми читала, что Она — сокровище, которое лежит сейчас перед ней, она доверила ей своё внутренне, закрытое под семью замками чувство, доверила лишь ей, тронув Эму до глубины души. -Останься лишь со мной. И мы всегда будем с тобою счастливы. Её тихие слова были подобием мольбы. На который Неско уже знала ответ, и она не желала его принимать, поэтому, девушка предалась другому, менее далёкому и секретному чувству, она отдалась счастью переполнявшему её, смотря как Юн забывая обо всём, с томлением смотрит на неё, как её желание доминирует над страхом, заставляя говорить те самые, больно ранящие слова. -Я доверяю тебе. Каждая говорила Эмайле подобное, что подтверждало её внутренний дар, чарующий девушек, но Эма знала, сейчас это было нечто большее чем просто дар и пустые слова, она чувствовала, как каждый внутренний мускул, пылал к ней жаром ненормальной энергии, он хотел её, а не только из-за затуманенного разума Юн. -Моя девочка. Тихо прошептала Неско и положив руку ей на бедро, подняла повыше, ощущая, что старшая в её власти. Медленно, плавно и осторожно Эма слила вместе с ней в унисон: свои мысли переживания, желания и цели, позволяя двум сердцам стать одним целым. От каждого её толчка Эми нежно выдыхала, груди соприкасаясь создавали не громкие шлепки, а их тепло подобно Инь и Янь смешивалось, Делясь жаром и холодом их собственных тел. Нежные поцелуи вызывали мурашки по коже, лёгкий скрип деревянной кровати ласкал уши, подогревая желания от мысли, что их могут услышать, а блистание влажного тела от электрического света где-то за окном, захватывало дух, дразня воображения девушек. Отдавшиеся случаю, они остались одни на планете, где каждая хотела отдать всю себя лишь другой, своей половине, своей сестре-близняшке. Не было уже той скромной девушки Эмили и громкой задиры Эмайлы, была лишь Ламия, рождённая их любовью и внутренними желаниями..... Появляющиеся лучи света в комнате, нежно грели спящих сестёр. Тишина давно заполнившая эту комнату иногда прерывисто пропадала от тихого дыхания Эмы, ликующей от того, что её чувства не остались, не разделёнными. А пока поднималось солнце, девушки обнимая друг друга, просто наслаждались текущим отдыхом, ведь сегодня их ждал не лёгкий путь. [C] [Конец.]