Экзамен

Мертвый труп лежал без движения и не подавал признаков жизни. Адам на всякий случай потыкал его носком ботинка. Не помогло. Адам Цветков, студент первого курса Магической академии, меланхолично всматривался в хмурое весеннее небо, размышляя о том, какой же садист поставил некромантию первой парой в понедельник. Наверняка какой-нибудь светлый, которого не гоняли с утра пораньше по всяким кладбищам и не заставляли поднимать всяких зомби. Небо на восходе подернулось светлой дымкой зари. Половина четвертого утра. Кто вообще придумал начинать уроки в три? Холодно, мокро от росы и начинающегося моросящего дождя, а еще ужасно хочется спать. «Прав был Коля, — зло подумал Адам, — не стоило смотреть всю ночь «Сверхнеестественное». С другой стороны, как еще готовиться к экзаменам?» Увы, в сериале не объясняли, как поднять труп и заставить его танцевать. Адам вздохнул и полез в черную тетрадку с розовыми котятами на обложке. Но заветная шпаргалка не помогла, и он запустил руку в волосы, оглядываясь по сторонам. У остальных дела шли кое-как: какие-то трупы уже шевелили рукой, кто-то даже стоял, тяжело пошатываясь и обводя кладбище невидящими красными глазами. Только у Ленки получилось выполнить задание: ее мертвец медленно покачивался, изображая вальс. Адам поморщился: Ленка ему не нравилась. Некромантия даже не ее профиль (в отличие от самого Адама)! Заучка противная! Перехватив управление зомби, что отрабатывалось уже много раз и не составляло для юного некроманта труда, Адам заставил его выписать большим пальцем ноги слова «Ленка дура». — Цветков! — тут же пискляво вскрикнула Ленка, безошибочно узнав пакостника. — Адам! — обернулся на крик Ленки Михаил Алексеевич Купров, учитель некромантии. Это был низенький, плотный, начинающий лысеть маг с визгливым голосом. Его ненавидели абсолютно все студенты Магической академии. Кто-то даже шутил, что Михаил Алексеевич нужен, чтобы студенты скорее осваивали проклятия. — Адам! Вы уже выполнили задание? — грозно прищурился Купров. Труп у ног Адама так и не пошевелился, что служило прекрасным ответом на вопрос. — Бездарь! — припечатал Цветкова препод. — Это материал первого полугодия! Его нужно было выучить! Если вы этого не сделали, то это ваши проблемы! Вас никто не заставлял поступать в академию! Сидели бы в своей деревне! Адам начал раздражаться. Заклинание оживления он видел только один раз и то на доске. Сухая теория, никакой тренировки, хотя в учебный план входило целых пять занятий по теме «Поднятие зомби. Практикум». Но об этом неуважаемый Михаил Алексеевич предпочел забыть. — Михаил Алексеевич! — Федя, вечный двоечник, подбежал с выражением ужаса на лице. — Там! Там! — и дрожащей рукой указал в конец кладбища. Предрассветный туман скрадывал все детали, но даже сквозь него Адам увидел не по-мертвому бодрого зомби, пытавшегося сожрать всех, кто попадался ему на пути. — Я технику безопасности вам объяснял! — возмутился учитель. — Раз вы ее не поняли — это ваши проблемы! — но все же пошел спасать незадачливых студентов, ведь иначе его бы лишили премии. Адам вновь тоскливо вгляделся в выданный ему труп. Ничего особенного — выпученные глаза, черные зубы, лопоухий. Адам мысленно назвал его Рюком, как героя любимого фильма. Попробовал еще раз произнести заклинание — медленно, по слогам. Ничего. Может, Рюк какой-то бракованный? В животе настойчиво забурчало, и Адам вспомнил, что не ел с вечера. Столовка открывалась только после второй пары, да и покупать там что-то — самоубийство. Иногда Адаму казалось, что повара в столовой не слишком удачно балуются некромантией — как иначе объяснить ужасный запах и шевелящуюся еду? Хотелось картошки. Жареной картошки с золотистой корочкой, как готовила бабушка. Адам мечтательно посмотрел в хмурое небо, как наяву чувствуя головокружительный аромат. Картошечка, да еще и с грибами, только-только приготовленная, обжигающая… — Адам! — ввинтился в уши громкий голос ненавистного Михаила Алексеевича. — Ты уснул, что ли? Я дал задание, ты должен его выполнить! К счастью, Купров быстро переключился на другую жертву. Адам вырвал из тетради чистый листок, открыл страницу с формулами и начал пересчитывать все заново: «Масса… ну пусть будет сто килограммов. Упитанный, зараза, фиг откопаешь! Дальше. Возраст: 40 лет. Есть хочется, сил нет. Подставляем в формулу. Интересно, а в «Сверхнеестественном» Дина все-таки окончательно умерла или ее вернут? Надеюсь, вернут, она мне нравится гораздо больше Сэм. Квадратный корень из числа эритроцитов в крови девственницы… Сейчас бы в кровать, да чтобы без вездесущих зомбоклопов. Умножить на количество лепестков цветущего папоротника. Несвятые, опять не то!» — зло бросил Адам. К горлу подступало отчаяние — как так, он не справляется! Весь год был одним из лучших учеников, доказывал, что достоин здесь учиться, а теперь завалит пустячный экзамен? — Осталось десять минут, а с заданием справилось только два человека! — вещал Михаил Алексеевич, обращаясь ко всем студентам. — Я что-то не понял, в чем дело! Я заклинание вам дал, расчеты все показал, вам надо было только выучить. Извините, но если вы этого не сделали, то это ваши проблемы! Не надо было поступать в академию. Хотя вы все равно вылетите отсюда, бездари. «Думай, Адам, думай, — в панике приказывал себе Цветков. — У меня же получалось раньше, — Адам улыбнулся, вспомнив крики бабушки, увидевшей зомби-крысу, — как я это делал? И без всяких заклинаний. Магия. Магия… Магия!» — Мозги-и, — уныло тянула упитанная зомби, вяло, но неуклонно переставляя опухшие ноги. В ее массивный бюст изо всех сил упирался щупленький Федя, пытаясь замедлить движение, но тетка, как танк, перлась вперед, таща Федю перед собой. Адам аж подпрыгнул от внезапной догадки, снова вырвал лист и застрочил быстро и уверенно. — Время вышло! — возвестил Купров. Адам никак не отреагировал. — Адам, ты оглох? — недовольно спросил Михаил Алексеевич. — Еще пять минуточек, — жалобно провыл Адам, размашистым почерком дописывая последние цифры. — Готово! Адам торжественно зачитал длинное заклинание, припечатав в конце: — Surge, lignum putridum truncus, tempus ad opus. Рюк медленно-медленно сел, дергаясь, будто подвешенный за ниточки. Злобно оглядел кладбище, рывком встал, оскалив пасть. И стал плясать канкан, высоко выбрасывая обглоданные червями ноги. — Получилось! — подпрыгнул Адам, но тут же стушевался под строгим взглядом Купрова. — Ну хорошо, поставлю вам четверку, — Михаил Алексеевич скривился, будто бутылку серной кислоты разом выпил. Адам довольно улыбнулся и побрел в корпус. Впереди был экзамен по демонологии.