Мышеловка

У кампуса поднялась суматоха. Вокруг кого-то сгрудилась толпа — только и виднелись черно-золотистые юбочки. Мистер Томпсон нервно расхаживал рядом, позвякивая ключами. Его моложавое лицо будто постарело лет на десять. Я подошел только потому, что без мистера Томпсона попросту не начнется следующая пара по информатике. Если что-то стряслось, может, у меня появится окошко для дуракаваляния. — Сэр, доброе утро. — Я улыбнулся с живым интересом. — Все в порядке? — Да… не совсем, — потерянно ответил профессор. Прежде чем со мной случилось «вот это», я подозревал, что меня тянет на парней. Не то чтобы с девушками не было кайфово — было. Но никогда не было до фейерверка в голове, до тумана перед глазами. Я понял, что горизонт открытий для меня может оказаться шире, когда Мик, друг по команде, похвалил мою фигуру. Он честно и в красках расписал, как пашет в зале, чтобы торс у него выглядел так же рельефно и сексуально, как у меня. И чтобы зад был подкачанный, но без провалов и ямок, ну а красивая спина — это вообще генетическая лотерея: либо дала природа, либо нет. И Мик ничего предосудительного не сделал. Потрогал меня вполне безобидно, оглядывал жадно, но без подоплеки. Это я подумал о грязном, когда он на меня смотрел. Внутри что-то пробудилось, но недостаточно, чтобы рвануть искать бойфренда куда-то в «Тиндер». Судьба завидного холостяка, морочащего голову однокурсницам, меня не тяготила. Девушки расступились на секунду, и я увидел его. Он сидел на парапете сбоку от ступеней, на скуле наливалась длинная ссадина. Пухленькая Милли прикладывала к его лицу холодный компресс. Трое девушек из группы поддержки футбольной команды «Саламандры Скай Холлоу» копались в дорожной аптечке. Я поймал его взгляд, стоя аккурат напротив. Взгляд этот был серый и холодный, как грозовая туча, безжалостно испортившая погожий денек. Глаза — ясные и пронзительные, вот они меня и пронзили. Я стоял, бездыханный, в клетчатой рубашке и рюкзаком через плечо. Моя пижонская поза вкупе с обескураженным лицом выглядели, наверное, ужасно глупо. Мне некогда было об этом думать. Я смотрел на его аккуратно уложенные светлые волосы. Ресницы и брови у него были темнее, чем волосы, это бросалось в глаза, но его не портило. В белой рубашке с коротким рукавом и воротником-стойкой он выглядел порочно целомудренным. Закралась удушающая мысль, что он может быть из мормонов, которых в нашем городе было немало, и тогда мне даже смотреть на него не следовало. Не то что слюни пускать. Раз — и девчонки своими фигурками скрыли от меня нечто с глазами-убийцами. Раздался мой хриплый вдох, от которого я сам испуганно дернулся. — Господи! Ты что, пчелу вдохнул? — С искренним беспокойством заглядывая мне в глаза, Эрика приложила ладонь к пышной груди в антимормонской кофточке. А на деле была до дури религиозной мормонкой. Это я вспомнил кстати, подбадривая себя. Не все то, чем кажется. — Подавился просто. — Выглядишь так, будто инфаркт на месте случился. — На секунду подумал, что это мой знакомый, — соврал я. Эрика все еще выглядела озадаченной. Я захлопнул рот и попытался справиться с лицом, придавая ему беспечное выражение. — Привет! Что-то случилось, могу чем-то помочь? — с интонацией нежнее карамели спросил я. — Томпсон сдавал на парковке задом и сбил его. Мы уговариваем его вызвать медиков, но… — тут Милли негодующе вздохнула. — Не нужно никого вызывать. Это просто синяк, я не хочу проблем преподавателю. — Его голос был не слишком низким, с едва слышной хрипотцой. Бледный, как доска, Томпсон явно уже попрощался с правами и пока еще не верил в счастливый исход событий. — Я сам зазевался, в первый раз в главном здании. Пока искал в телефоне план помещения, сам не видел, куда шагаю. — Парень неловко улыбнулся тонкими губами, и пара девиц просто растаяли. Я вдруг понял, почему вокруг пострадавшего такая толпа, а не только многострадальный Томпсон. Его внешность была простой — от стрижки до тонких губ и острого подбородка. Не считая потрясающе ярких глаз. Его черты казались ничем не притягательными. Но вот все вкупе создавало ему образ невыносимо привлекательный, но как будто бы невольно. Рене. Я случайно услышал. Томпсон негромко переговаривался с ним. Эрика рядом со мной тоже замолчала. — Давай я отведу тебя в медпункт? — брякнул я, прежде чем мой мозг подключился ко рту. — Окей, — просто согласился Рене, сползая с парапета. Милли смотрела на нас поочередно с плохо скрываемой завистью, Эрика — в недоумении: мы собирались вместе на пару. Дорогу в медпункт искать не надо, указатели на каждом шагу. Но я до дебильного оскала был счастлив урвать его внимание. — Значит, ты на практическом курсе по программированию. — Ну да. Мне нравится мой универ. У меня там друзья… — Эта фраза прозвучала как-то картонно из уст Рене. Будто она ему в сценарии была прописана. — Но он на отшибе, а я занимаюсь в клубе фехтования, который тут неподалеку. Решил записаться на этот летний курс, чтобы присмотреться. Может, переведусь. Хотя тут и подороже... — Насчет друзей можешь не париться, — вскинул брови я. — Я Брэдли. В смысле, просто Брэд. — Рене. — Да, слышал. Приходи на вечеринку братства. Обрастешь приятелями, девать будет некуда, — хохотнул я. — Да? Честно говоря, я не пью. Да и веселым тусовщиком меня не назовешь, — стушевался Рене. — Хорошо, тогда как минимум свою компанию готов тебе обеспечить. Я не знал, как его уболтать и на что я вообще рассчитываю? Но видел, как Рене сомневается, принимать ли мое приглашение. Это меня ломало. — Ну же, будет круто. К слову, я тоже на практике по программированию. — Правда? — воодушевился Рене. Хер там плавал. — Ну да, — самодовольно кивнул я. — Ты есть в «снэпчате»? — М-м… нет. — Ладно, тогда вот мой номер. — Я едва скрыл удивление. Какое упущение! Я на грани того, чтобы вести ему «снэпчат о нем за него. — Набери СМС, могу тебя забрать. Все равно девчонок тоже буду подвозить. Я типа бесплатного такси. — Ты не пьешь? — Нет, тоже спортсмен. В университетской команде по плаванию — ну же, вот еще одна точка нашего соприкосновения. Давай, я тебе отличный друг. Азарт застилал глаза. — Хм… ну ладно. В пятницу, ты сказал? Я приеду, сам. — Рене вернул улыбку на свое задумчивое лицо. Мы уже минуту стояли под дверьми медпункта. Предложить дождаться его здесь будет уже перебор. — До встречи. — Пока, — махнул я. Уставившись на красную с белыми буквами вывеску, я не мог двинуться с места еще минут десять. Сердце колотилось как бешеное, у меня дрожали пальцы, горели уши. Все мои планы, мысли и дела потеряли приоритет.