Body Shots

      Колледж — это...       Разочарование.       Старбакс в холле общежития перестал быть крутым после того, как Пэнси сдала свой первый экзамен по политической экономии и поняла, что учиться с блестящими ручками, флэш-карточками и имбирно-пряничным латте, как это было в старших классах, вероятно, уже не получится. И даже несмотря на то, что вечеринки фактически были более многолюдными, социально разнообразными и, по крайней мере, частично легальными из-за соотношения старшекурсников и первокурсников — они не слишком отличались.       Колледж — это, по сути, все дерьмовые моменты старшей школы, возведённые в абсолют, при этом все весёлые моменты просто... слегка изменены.       И у Пэнси были ожидания, понимаете? Она готовилась к тому, что будет зависать по ночам в период экзаменов, пить текилу прямо из бутылки вечером ничем не примечательной среды, со смехом заваливаться в такси с добродушными и одновременно озадаченными водителями, которые будут хихикать, сочувствовать и делать с ней селфи и...       Она не делала ничего из этого.       Она засыпала на скетчбуке и просыпалась от того, что грифель карандаша утыкался ей в щёку. Она выпила графин вина Yellow Tail вместе с соседкой после того, как один единственный человек на её этаже пришёл на практику по сближению во время ориентационной недели. У неё начались месячные на заднем сиденье такси на обратном пути из Магнолии, куда они ходили на «Секс в большом городе», после чего ей вручили очищающее средство и большой рулон бумажных полотенец, когда она попыталась изящно выйти из машины.       Итак.       Да, колледж разочаровывал.       Не помогало ни то, что Гарри до сих пор не смог навестить её, ни то, что Дафна каким-то необъяснимым образом променяла Пэнси на Гермиону. Не помогало и то, что Маркус охотился за привидениями с Полумной и продолжал посылать Пэнси грёбаные открытки, будто ей есть дело до того, как выглядит городок Шайенн в штате Вайоминг. И не помогало то, что у Блейза есть Тео, а у Драко есть все. В прошлом году она была так уверена, что сможет выжить в Нью-Йорке самостоятельно, сможет веселиться и быть Пэнси без сопутствующей поддержки друзей, её отца или Гарри...       В общем, она ошибалась.       И не то чтобы она была несчастна, но...       В дверь её комнаты в общежитии громко и настойчиво постучали, отчего зеркало, прикреплённое к двери, задребезжало.       Пэнси нахмурилась.       Она бросила взгляд на небольшое бежевое пятно на майке — какой-то мудак в лифте пролил на неё чай, пока она тянулась, чтобы нажать кнопку нужного этажа, — и вздохнула. Возможно, это просто её соседка. Распитие дерьмового вина Москато из бледных бумажных стаканчиков Дикси, очевидно, создало настолько прочную связь, что даже ужасно плохое поведение Пэнси не могло её разрушить.       — Иду, — лениво бросила она, отряхивая штаны для йоги от крошек кекса, и дёрнула дверь.       И Пэнси...       Она не приняла решение закричать, как грёбаная банши, и не бросилась на Гарри, когда увидела его в коридоре, потому что это было бы смешно, а Пэнси не смешной человек. Ладно, она не смешная, она просто... она просто очень скучала по Гарри, скучала по его дурацким очкам, как у ботаника, по его дурацким беспорядочно торчащим волосам и по его дурацкой самодовольной ухмылке, от которой он так и не смог избавиться с тех пор, как её отец хлопнул его по плечу и ворчливо пригласил выпить пива.       — Сюрприз? — Гарри удалось вздохнуть и обхватить руками её талию, пока она осыпала поцелуями его подбородок, горло и нос, но не рот, нет, это она приберегла напоследок. Однако он не позволил ей — обхватил рукой её шею и притянул губы к своим, и она, чёрт возьми, таяла в этом, в нём, потому что он на вкус как мятная жвачка, и начос, и дом, и Гарри, а она скучала по нему, скучала очень-очень сильно.       — Ты говнюк, — сказала она, задирая его футболку. — Ты мог бы, например, предупредить меня или что-то в этом роде.       Гарри очаровательно подмигнул, его очки сдвинулись, а лицо исказилось, и если Пэнси не была смешной, то он, определённо, был. Она хихикнула не в силах остановиться, а щёки чертовски заболели из-за улыбки, но это стоило того, это всегда будет стоить того, Гарри всегда будет стоить того...       — Я принёс текилу, — ответил он, кивая на свою потрёпанную чёрную сумку. Белая эмблема Найк давно начала отклеиваться, но он настаивал, что сумка имеет для него «сентиментальную ценность», и продолжал таскать её с собой повсюду, куда бы ни пошёл. Пэнси на самом деле никогда не была так счастлива видеть её, как сейчас.       — Текила? — повторила она.       Он заправил прядь её волос за ухо и провёл большим пальцем по линии челюсти.       — Текила, — подтвердил он.       Она сделала паузу.       — Будем пить её прямо из бутылки?       На долю секунды в его взгляде мелькнуло что-то похожее на недоверие, а затем сменилось чем-то немного пошлым и очень возбуждённым.       — Ты будешь, — ответил он, понижая голос и перемещая руку вниз, к её тазовой кости. — Хотя я собираюсь быть более изобретательным.       Пэнси моргнула.       — Верно, — слабо произнесла она, — верно. Так что... тебе стоит войти внутрь. Да. Внутрь.       Он ухмыльнулся.