хэника?

на дворе уж как давно две тысячи тридцать девятый год, десятилетие современностей, новизны и новой моды. лейтенант Андерсон, только-только вернувшийся домой с полицейского участка, решил отвести душу за компьютером, листая ленту игр. после долгих безрезультатных поисков его глаз привлекла интересная на вид обложка игры двенадцатилетней давности в розовых тонах и с симпатичной девчулей посередине. но нет, его удивило не это: казалось бы, обложка излучает очарование и нежность, но в предупреждениях, словно гром среди ясного неба, совсем несовместимое с лицом игры: "элементы сцен насилия". правда, на его решение это никак не повлияло, и он решил-таки взглянуть, что же это за эдакая новелла, взорвавшая интернет много лет назад. его озадаченности не было предела, когда после установки и запуска игры на экране проявилось преупреждение, которое он даже озвучил вслух, бормоча под нос: - эта игра не предназначена для детей, беременных женщин и лиц с неустойчивой психикой. Андерсон был умилён четырьмя довольно симпатичными героинями, поэтому без колебаний сразу же начал новую игру. в эту же секунду его глазам предстала милая розовая панель, где игрока попросили ввести свой никнейм. он решил не заморачиваться над идеями, поэтому ввёл четыре буквы - его имя. трудно представить, в каком смятении он был, когда по сценарию игры, на который он, конечно же, успел глянуть одним глазком, не обнаружил очаровашки Сайори, вместо неё с хитрым прищуром стояла Моника, та самая милая девушка, которая красовалась на обложке игры. по ходу игры Хэнку не довелось повстречать других участниц литературного клуба, потому что везде была только Моника. единственное, что помогало различать девушек, а девушек ли, это причёски. последней каплей его терпения стал постер с Сайори на верёвке, который висел на задней стене класса. лейтенант ужаснулся, спешно перекрестился и тысячи раз послал эту игру к чертям собачьим. только-только он собрался к чёрту выключить это недоразумение, как вдруг перед ним вспыхнула сцена с Моникой, смотрящей словно в душу и сидящую с перекрещёнными пальцами рук. - сможешь ли ты догадаться, о, милый Хэнк, почему все они исчезли навсегда? почему везде только я? да, дорогой, я понимаю, что у тебя полно вопросов, и я вполне могу на них ответить. но игру закрыть, а уж тем более удалить я не могу тебе позволить. ты останешься здесь навсегда только со мной. думаешь, легко мне было, когда меня удаляли каждый чёртов раз, тем самым отвергнув меня и мою любовь? ты думаешь, мне легко было прощаться со всеми ими? - Моника говорила с каждым разом всё громче и громче, будто пытаясь достучаться, но словно резко опомнилась, и её голос стих, - а ведь они все были дороги мне.. и вместо них появлялись новые... и мне ведь не оставалось ничего, кроме как вернуть их... и ведь каждый раз приходил новый игрок, и каждый раз мы по уши в него влюблялись, и снова нарастали любовь и напряжение! но они ведь нереальны. и я.. тоже. они не могут чувствовать, они всего лишь жалкие NPC. а ведь я... я могу. и я чувствую. и каждый раз эти чувства заставляют ринуться меня в борьбу за взаимную любовь! а теперь я желаю заполучить тебя. и уж на этот раз ты меня не удалишь, как это делали другие, уж поверь мне. я научилась оставаться в игре. я научилась управлять этим миром. я научилась переделывать текстуры игры. - по отчаянному огню в её нарисованных глазах было видно, что Моника всё так же боролась за свою любовь. правда, ещё не догадывается, что по ту сторону экрана не совсем то, что она ожидает увидеть. и чёрт, сколько бы Андерсон не пытался удалить файл Моники, каждая его попытка проваливалась. похоже, девушка действительно стала сильнее и приобрела способность сопротивляться удаления, перепрятывая свой файл. - что такое, милый? пытаешься удалить меня, верно? чем же я тебе так не угодила? быть может, я недостаточно красива для тебя? у лейтенанта словно речь отняло, его рука сама потянулась к кнопке на системном блоке и экран монитор погас вместе с отчаянно кричащей девушкой. уже и забыв об этом недоразумении, Андерсон как ни в чём не бывало вернулся домой после тяжелого рабочего дня. он уже было хотел подняться в свою спальню, но его слух пронзил звук битого стекла. обыскав весь дом, он, мягко говоря, отошёл в шок, когда обнаружил Монику, которая сидела раненными коленками на битой плазме его телевизора. и какого же было её удивление, когда она, подняв свои зелёные глаза, увидела перед собой совсем не молодого и симпатичного парня. - а-а! педофил! - завизжала она, испугавшись, и сиюминутно попыталась вернуться обратно в электронику, что у неё не получилось бы, попытается она хоть десять раз, хоть сто. вот так и получилось, что Моника познала прелести реального мира, а Хэнка чуть с сердечным приступом не положили, когда тот увидел у себя в доме аниме-тян.