search for soul in everything

На фестивале Мондштадт предстал перед ними в лучшем своём обличии. Перед входом развесили разноцветные ленты и растянули их между крышами зданий по всему городу. Желтые, красные и белые полосы пестрели повсюду и разрезали небо над городом на смешные квадратики. Все: от работников таверн и забегаловок до простых местных жителей натянули на себя праздничную одежду в цвет лентам. Детишки бегали с флажками, на которых были изображены луна и солнце. — День летнего солнцестояния Мондштадт конечно каждый год отмечает, но чтобы с таким размахом… — Беннет оглянулся вокруг, рассматривая родной город будто впервые. А вот Рэйзор не мог отвести взгляда, потому что каждый камешек, каждого человека и каждый уголок он видел впервые. Такая красота находилась так близко с ним все эти годы, но лицезреть её ему удалось лишь сейчас. — Наверняка это для тебя так все вырядили, — усмехнулся Беннет, подмигивая Рэйзору и толкая того в бок. Пока они поднимались по лестницам города к статуе Анемо Архонта, волчонок поймал на себе много удивленных взглядов. И каждый раз, когда Беннет видел это, он становился так, чтобы закрывать его собой от чужих взоров. — Спасибо, — тихо произнёс Рэйзор, когда искатель спас его от очередной любопытной старушки. Тот показал большой палец. Если до этого и казалось, что город украсили пышно и со вкусом, то завидев площадь возле статуи Барботоса, все те убранства померкли на её фоне. Сотни, даже, наверное, тысячи летающих фонариков лежали на земле и красовались на прилавках, ожидая своего часа. Вместе с историями о море, капитан Кейя рассказывал Беннету и о ежегодном празднике фонарей. Мондштадские огоньки были совсем не похожи, ведь на них красовались рисунки с мельницами, вином, одуванчиками и небесной лирой- на любой вкус. В Ли Юэ конечно не могло быть таких картинок, — с улыбкой подумал искатель. На голове статуи Барбатоса виднелся огромный венок, сплетённый из прибрежной ароматной травы. На руках статуи слегка отстранённо от всех стоял бард в яркой зелёной одежде с деревянной лирой в руках. Внизу под ним собралась толпа музыкантов с самыми различными инструментами от скрипки до самодельного бубна. — Ветер снова вернулся! — весело и нараспев прокричал бард. Толпа жителей загудела в ответ на его слова. — Отпразднуем же великий праздник смены сезонов вместе! — с его последними словами зазвучала жизнерадостная музыка и все гурьбой пошли танцевать. Среди людей оба заметили путешественника, который смотрел на барда, пока над ним парил его извечный весёлый помощник Паймон. — Привет! — радостно окликнул их Итер, заметив как они приблизились. — Не ожидал увидеть вас здесь вдвоём. Рад, что ты пришёл на праздник, Рэйзор, — он улыбнулся и извинившись, удалился, так как его позвала Эмбер. Итер знал о том, что Беннет хотел пригласить Рэйзора на праздник. Искатель рассказывал путешественнику о своих переживаниях и просил совета. Поэтому сейчас тот был рад заметить этих двоих в самой гуще празднования. Размахивая руками к ним через толпу пробиралась низенькая фигура со светлыми высокими хвостиками. Запыхавшаяся и уставшая Барбара несколько секунд восстанавливала дыхание, а затем протянула Беннету сложенный пополам конверт. Тот с опаской трясущимися руками развернул его и закрыл рот рукой, когда заметил знакомый почерк. « До меня дошли слухи, что сегодня ты решился привести заблудшую душу Вольфендома на устраиваемое горожанами мероприятие. Надеюсь ваши души переплетутся крепкими нитями, а объятья вечной ночи уберегут от забот. Судьба приняв приятный оборот разрешила мне остаться подольше в этом бренной мире. Распоряжаясь её волею как Принцесса Осуждения обещаю не оставить тебя ибо мой глаз Правосудия присматривает за тобой, мой юноша, преследуемый злым роком. Не стоит беспокойства, Оз присмотрит за мной.» На глазах искателя выступили слезы и он прижал странное письмо к сердцу. -Вот же дурочка, — засмеялся Беннет и не снимая с лица радости, молча улыбался минуть пять. — Она жива, Рэйзор. С ней все хорошо… — он до сих пор не мог поверить. Барбара, что стояла все это время здесь тоже усмехнулась и поспешила скрыться. -Пойдём, — оживившись и став на сто процентов прежним Беннетом, искатель потянул Рэйзора за руку. Хоть оба не смыслили ничего в танце, поток музыки, движений, адреналина и счастья захватил их в озорной круговорот. Бард пел балладу о луне и солнце, в честь праздника солнцестояния. холодно ночью утратив свой дом луна тихо грустила покидая родной небосклон. Скрипка заиграла протяжное тужливое соло, подходящее как нельзя к смыслу слов. повстречала та солнце что светило ясней сотни, нет тысяч самых ярких огней На припеве подключились все остальные инструменты, толпа взявшись за плечи стала то сужать, то расширять круг, в котором все танцевали. На всех лицах вокруг виднелась радость. Она же сияла в зелёных и красных глазах. Они поняли это, взглянув друг на друга, обменявшись улыбками. и влюбилась луна в те улыбки, лучи влюбилось и солнце в мглу темной ночи. Но счастливей всех был простой маленький бард, чьи ветра своей теплотой достигли обеих душ. Теперь он мог быть спокоен за детей солнца и луны, что вдохновили его на написание данной баллады.