Попробуй, проверь

Шел 1883 год. Зимний морозец щипал нос тучной женщине, укутанной в теплые одежды белого и красного цвета. Быстрым, но мелким шагом она направлялась в конец деревни, чтобы успеть до рождения благословенного дитя. Ветер, будто подгоняя её, устремлялся вперед и лихо закручивал падающие снежинки. Деревенское небо окрасилось в черный цвет, где сквозь облаков проглядывало множество ярких звезд. Небольшая деревянная сторожка, где всего лишь одна комната и небольшая кухонька, а все удобства на улице, стойко держалась под напором холодного ветра. Внутри, бережно поглаживая округлый живот и часто дыша, сидела белокурая девушка. Обстановка комнатушки оставляла желать лучшего: небольшой деревянный столик рядом с лавкой, где накинуто старое, но чисто тряпье, подобие одеяла, печка, небольшой шкаф без дверцы; а в углу притаилась совсем маленькая детская кроватка, устланная белой тканью. Девушка стойко терпела приближающееся появление своего первенца и молилась богам, чтобы повитуха успела к самому началу. Спустя время дверь в сторожку тихо открылась и на пороге появилась та самая женщина, которую так нетерпеливо ждала молодая мама. Порыв холодного ветра ворвался в теплую комнатушку, будто гладя роженицу своими морозными руками. Скинув с себя зимнее шерстяное платье, оставшись в легком одеянии, гостья поспешила набрать теплой воды и взять чистые тряпки. -Я рада, что вы так быстро пришли — девушка слабо улыбнулась и поторопилась встать с лежанки. -Еще бы я не торопилась, девка. Коли было предсказано тебе родить дитя, значит родишь. Повитуха грубо усадила белокурую на место и принялась поднимать ей юбки, подготавливаясь к родам.

***

Над деревней поднималось яркое красное солнце, освещая улочки и заглядывая в каждое окошко. В крохотный домик на окраине оно тоже заглянуло, где лишь под утро, с первыми лучами раздался детский плач и облегченный стон двух женщин. Сморщенного маленького человека обмыли, укутали в тряпье и положили на грудь матери. Ребенок перестал плакать и кричать, он лишь вяло махал ручками в тщетной попытке что-то изменить и вернуться в более комфортное место. Повитуха молча вытерла пот, смыла кровь с рук и кинула тяжелый взгляд на младенца в руках счастливой матери. За всю свою долгую жизнь она помогла многим детям появиться на свет; детям, большинство из которых стало честными и добрыми людьми, но были и промахи — женщина чувствовала, что, несмотря на предсказание о благословленном ребенке, дитя будет темное. -Как наречешь? — спросила осунувшаяся женщина, уже напоминавшая старуху. -Геллерт. Геллерт Грин-де-Вальд. — немного замявшись ответила та.