Последнее свидание

      Последний вечерний трамвай. Полупустой задний вагон. Хорошо одетый молодой человек смотрел в окно опустошенным взглядом. Не замечал он ни уносящихся вдаль домов, ни мелькающих мимо машин, раз за разом прокручивая в голове недавнее свидание. Последнее свидание с той, что занимала все его мысли почти два года. Больше он её не увидит. Никогда.       Милая Люда... Они повстречались в гостях у общих знакомых. Не обладая броской внешностью, она совершенно необъяснимым образом смогла сразу же вызвать его симпатию. Было в её наружности, в её поведении, в том, как она просто существовала, нечто невыразимо приятное. По временам ему казалось, будто бы она вся светится невидимым светом. Рядом с ней ему было тепло. Мало с кем в этом мире он чувствовал подобное. Начав встречаться с ней, он впервые ощутил, что живет полной жизнью.       А сегодня было их последнее свидание. Уже с полгода они встречались лишь от случая к случаю, но умершие отношения всё никак не удавалось похоронить. Не мог он примириться с мыслью, что Люда для него потеряна. Сейчас он всё острее чувствовал, что только она ему и нужна в жизни. А пару дней назад она позвонила и сказала, что у неё появился другой. Какой-то начинающий актер. Новость ошеломила, и всё, на что хватило сил, это на просьбу об ещё одном, прощальном свидании. Люда согласилась. Ей хотелось по-хорошему расстаться с тем, кто был к ней так трогательно привязан, чтобы после с чистой совестью перевернуть эту страницу своей жизни. Он же был уверен, что вернуть дорогую ему женщину ещё не поздно.       Он постарается убедить её остаться с ним. Если же не выйдет, то тогда всё закончится. Совсем всё.       Свидание получилось нежно-печальным. Её прощальные, порывисто-отстраненные ласки будто чеканкой оттиснулись на его нервах, навеки въелись в самую его суть. Забыть их — забыть себя. Мгновения меж тем безжалостно убегали в вечность, одно за другим, словно унося его жизнь по капле, выжимая последний воздух из легких. Люда отстранялась, невозвратимо удалялась от него. Он не мог вот так расстаться с ней, только не сейчас! И вновь обратился с просьбой остаться, обрисовал их будущую счастливую жизнь. Пытался убедить. Она же была непреклонна: "Нет!" Значит, решено: всё закончится именно сегодня.       Он убил её. Сбил с ног ударом в затылок. Накинул на нежную, манящую поцеловать шейку петлю из пестрой шелковой косынки и затянул.       Как Люда билась в его руках, как хотелось ей жить!.. И ведь вполне могла бы еще жить да жить, реши она остаться, согласись и дальше делить с ним свою постель и свою жизнь. Им было бы так хорошо вместе! Но нет, она была слишком увлечена своим актеришкой. В будущем, которое она готовила себе, не было места тому, кто её действительно любил. Так несправедливо! Её же это, казалось, вовсе не волновало. Она наплевала на его чувства. Глупая гордячка! Что ж... Значит, она больше не будет ни с кем.       Как же плохо всё вышло! Грязно, мерзко. Он не хотел, но другого выхода не оставалось. Это было тяжело, оборвать цветущую молодую жизнь, обречь дышащее живым теплом трепетно-бархатное тело на трупное разложение. Но что же ему было делать? Он не мог допустить, чтобы она оставалась жить на этом свете с кем-то другим. Тем более, что никто иной её так сильно любить не будет. Актеришка рано или поздно бросил бы, и она стала бы страдать. Теперь же ей больше никогда не будет больно.       Только вот не хотелось бы, чтобы из-за этого возникли какие-нибудь проблемы. Впрочем, он ведь потратил столько усилий, чтобы надежно спрятать тело, так что всё должно быть в порядке. Но легкая тревога оставалась.       Молодой человек ещё раз прокрутил в голове свои действия, последовавшие после убийства. Да, он всё предусмотрел и сделал всё правильно. Никаких проблем возникнуть не должно.       Он вздохнул с облегчением. Трамвай подъезжал к его остановке.