Смерть в зазеркалье

      Билл стоял у окна. Мерно тикали старинные часы тётушки Мими, и ещё тише падал первый снег. Смерть, что это такое, до этих дней он не думал об этом, просто жил. Он уже давно не боялся хоронить близких, его самой горькой утратой был Эрик. Кто эти все люди, что наполняют его мир? Его деньги решают все, любой смазливый юноша мог стать его. Но ни один не тронул сердце. Биллу нравилось иметь что хочешь, но по сути он не имел ничего. После долгих лет притворства, ему хотелось владеть любовью, но это было ему недоступно. Проще купить дорогую пустышку, чем стать кому-то нужным и важным.       Он уже начал сомневаться, а может не проводить ритуал? Но его жестокая, властная часть решила иначе. Твёрдой рукой он начертил пентаграмму на зеркале. Часы пробили девять, нужно все закончить, зажечь свечи, разложить все в ёмкости. Перриш, порезал руку, нацедил в миску свою кровь. Времени осталось две минуты, сбросив халат, погасил свет и обнажённым улегся в центр. Зеркало полностью отобразило его и мистическую композицию. В комнате не было холодно, он протопил камин и полено ещё тлело, источая аромат какого-то фруктового дерева. Тётушка очень любила такие запахи в доме. Вспомнилось детство, когда они с мамой гостили здесь весной. Билл отогнал воспоминания, не место сейчас и не время. С первым ударом часов, он начал читать заклинание древнего народа островов. В комнате резко похолодало, было слышно шаги и проявился силуэт, ему было страшно, но читать надо было дальше, от этого зависит его будущее, его жизнь. Раздался свист ветра, стук ставней о раму, как будто дом начал жить своей жизнью, а потом нечеловеческий крик, благо дом стоит в отделении, а может его слышал только Билл. Он крепко зажмурил глаза и продолжил читать, от какого-то странного потока энергии даже волоски на теле встали дыбом, а может о холода. Ему казалось, что проходят не секунды, а целая вечность. И тут он приоткрыл глаза и увидел, как некую сущность в тёмном одеянии затягивает в поверхность зеркала. По зеркальной глади шли полосы и рябь, как в сломанном телевизоре, и тут открылась воронка, она затягивала это существо в себя. Билл не смотрел, он увидел как гаснут свечи на последнем слове заклинания. И зеркало полностью поглотило пришельца. Что-то было знакомое в силуэте его смерти, но в тот момент, он старался не думать об этом       Как в бреду, он встал с пола и, не смотря на зеркало, взял большой плед и накинул его на раму. Только после этого, он рухнул как подкошенный на диван и почувствовал себя замерзшим и полностью опустошенным морально. Билл не мог осознать, что он только что видел и что собственно сделал. Подобрав с кресла одежду и подрагивающими руками как попало надел брюки, рубашку и свитер. Потом глянул опять на накрытое зеркало, что с ним теперь делать? В любом случае спрятать по надежнее, особенно от племянника и внука тёти, тот должен был вернуться на Рождество из колледжа. Хороший парень, но излишне любопытен. При мысли о племяннике, у Билла даже потяжелело в брюках. «О чем я думаю, недельное отсутствие секса плохо влияет, надо срочно звонить Нику. И убираться из этого дома. Потом, все потом.» Он задвинул зеркало в кладовку, завесил его старой одеждой, дверь запер на ключ и забрал его с собой. Этот старый колдун строго запретил разбивать зеркало и смотреть в него. Оставалось только спрятать. Прибрав в доме, тщательно скрыв все следы своего прибывания и отгоняя навязчивые мысли об увиденном, он ещё раз проверил кладовку, его не покидала мысль, что зеркало каким-то непостижимым образом может выбраться оттуда. «У меня бред! Нет хуже, мания! Все это абсурд! И я это сделал?» Он помотал даже головой, как это все понять. Стены дома словно давили на воображение. Мирный и уютный дом его любимой в детстве тётки сейчас стал жутким и таинственным, будто древние потусторонние силы ожили здесь. «Это все мое воображение, что бы это ни было, оно запечатано в зеркале, оно по ту сторону!»       Выйдя на улицу, он сел в машину, набрал номер Ника, узнал что тот дома и решил срочно исправить свою неудовлетворённость и последствия стресса от пережитого. Хотелось тепла молодого, в доску продажного тела. Думать о доме и ритуале не хотел.       Приехав к красивому современному загородному дому, который снимал Николас, он откинулся на сидении и смотрел на залитые светом окна, его сердце отчаянно заныло от старого чувства одиночества. Резко открыл дверь, сплюнул на дорожку и решил не думать, не копаться, раз выбрал жизнь, значит живи и процветай. Дойдя до двери, настойчиво позвонил. Дверь открыл Ник, он был в домашней удобной одежде, серых штанах и оранжевой футболке, подчеркивающей его стройную фигурку.       — Привет, я думал, ты занят, всю неделю не появился и не звонил. Думал, что уже и не нужен стал тебе. Я вот два дня как закончил съёмку нового показа зимней коллекции.       Слушать это беспрерывный поток модного бренда Биллу было неприятно. Он обратил внимание на то, что Ник был чем-то взволнован перед его приходом. Что-то происходило с его игрушкой, но сейчас ему было не интересны подробности. Ему нужно было только одно это тело.       — Ник, я был занят, но мне сегодня нужен ты, не переживай, ты всё также мой, — Билл облизнул верхнюю губу, — Прости, но мне сегодня нужно больше, намного больше, чем обычно.       Ник знал, хорошо знал, как этот человек мог брать. В некоторые дни ему казалось, что сам дьявол жил в теле его любовника. Он брал его везде, в немыслимых позах, иногда причиняя боль, но и удовольствие. Это было важно, его всегда доводили до края.       Но была ещё одна вещь, которая так сильно волновала Ника, когда Билли, а так он называл своего любовника наедине, брал его, а потом спал обнимая, в эти минуты, он был счастлив, это было так запредельно хорошо, что можно было терпеть все. Умные разговоры с Перришем нравились ему не меньше. Ник нигде не учился, после школы, кроме курсов модели и потом быстро поднялся по карьерной лестнице. Его любовник заполнял все свои пробелы в знаниях. Будучи старше на 26 лет, он много давал юной модели. Ника снимали много, его приглашали на показы, он хорошо смотрелся на глянце. Всего за пять лет своей карьеры, он достиг большего, чем многие. Но самым главным его успехом был Перриш. Глубоко в душе, парень мечтал о том, что тот останется с ним. Их игры заходили все дальше и становились жестокими, часто приходилось скрывать следы укусов и синяки. Сегодня что-то не то было с его Билли, он был не похож на того лощеного бизнесмена, каким он был даже на пляже в отпуске. Перед ним был человек, похожий на Билла блеском глаз и характерными только ему манерами ходить и говорить, узнаешь из тысяч. Он был растрепан, в старом свитере и армейских ботинках, простой куртке и тёмных брюках цвета хаки, как из секонда. Словом, как будто дрова колол и оторвавшись от дел, решил заехать к нему. Все это немного взволновало Ника, но дальше думать ему просто не дали.       — Ник, ты один?       — Да. До понедельника отпустил Джейн и Тома, я завтра собирался побыть дома, устал от шума, было два приглашения, но у меня плотный график съёмок, просто отоспаться хочу.       — Нет, спать мы явно не будем. — тут Бил, в своей манере резко дёрнул его на себя и Ник почти упал, но его подхватили и толкнули к кожаному похожему на плитку молочного шоколада дивану. Перриш, как ни странно, обожал секс именно здесь. Парень чувствовал напряжение, зная аппетиты своего любовника, он тщательно подготовился, звонок был около минут сорока назад. Освободившись от одежды, они упали на удобный диван, Билл посадил Ника себе на колени, его руки жадно ласкали упругие бедра, хотелось больше. Парень сам горел от желания, он сел сверху, и даже после подготовки, было немного некомфортно, но возбуждение от того, что его любовник рядом и желает его, притупило неприятные ощущения. Через пару минут, Билл поменял позу, он опрокинул своего юного любовника на спину и раздвинув его длинные ноги, продолжил. Ритм был невероятным. Ник чувствовал, что почти на гране. Он уже забыл о том, что утром хотел порвать с Билли и улететь во Францию, это решение далось ему непросто, но страх наскучить любовнику и потерять все, а так заканчивали все, кто связывался с этим человеком, был сильнее. Через пару минут, Перриш излился в это податливое тело. Довёл Ника до конца, и облокотился на спинку дивана, подогнув одну ногу, вторую свесил вниз. Голова была пустой, почему-то захотелось, чтобы сейчас его любили по настоящему и чтобы эта яркая шлюшка, была настоящим любимым человеком.       Но это были всего лишь несбыточные мечты. Если бы он знал, что счастье рядом, что его любят и не могут высказать чувства.       Никто из них не заметил во время секса, что большое зеркало на стене, перед которым любил их игрища Билл, пошло рябью, и мелькнул тёмный силуэт.