Игра в детектива

Еще несколько дней я был самым обсуждаемым человеком. Как я и предполагал, по школе пошли слухи. Это не критично, но не очень приятно. Главное, что есть люди, которые тебя поддержат. С ними я не обращал внимания на всю эту ситуацию. Мы старались не обсуждать ту вечеринку, хотя я уже рассказывал, что намерен найти ту девушку, но пока не знаю. После уроков ребята пошли в кафе, а у меня почему-то не было настроения, и я решил поехать домой. Позвонив Сергею, я вышел во двор школы и сел на скамейку близ детской площадки. На ней было полно детей. Маленьких, беззаботных ребят, за которых все могут решить родители, и которые еще не знают, что их дружба с мамой или папой далеко не вечна. Около 20 минут я просто сидел и думал о детстве, и о том, как оно прошло. Ветер, гулявший туда-сюда, трепал мои волосы и перебрасывал из стороны в сторону шарф, но я как-то не заметил, что замерз. Вибрация телефона в руке пронеслась по всему телу и вывела меня из “комы”. Тогда я понял, что сильно замерз. Запрыгнув в машину, я пожаловался Сергею, что сильно замерз. Последнее время мы стали хорошо общаться. Меня это радует. Во-первых, Сергей сам по себе очень интересный человек, а во-вторых, он максимально приближен к папе. В случае чего, у меня будет верный человек. Да, это звучит ужасно, как будто я использую папиного друга, но такова жизнь. Сентябрь в России холоднее, чем во Франции. Да, тут тоже падают разноцветные листья и идут дожди, но вот средняя температура гораздо ниже. Поэтому шарф стал моим постоянным атрибутом и лучшим другом. Глядя в окно я задумался о том, как там мои друзья, которых я оставил во Франции. Они не могут мне позвонить, ведь я сменил сим-карту, они писали мне в соцсетях, и я отвечал, что скорее всего больше никогда не вернусь. И если раньше я хотел вернуться только для того, чтобы пойти против Отца, то теперь понимаю, что это может угрожать моей жизни. Особенно тяжело мне было наблюдать за тем, как моя девушка убивалась, пытаясь достучаться до меня. Она спрашивала, почему я не отвечаю, куда я пропал, что со мной. Но я лишь написал ей, что мы не сможем больше встречаться, и что я люблю ее, но мы не можем быть вместе. Ее звали Аннет. Мы были идеальной парой, подходили друг другу, как никто другой. Наши родители были рады за нас. Я даже планировал сделать ей предложение, но отец испортил мне жизнь. Теперь, как я понимаю, нам вообще нельзя появляться во Франции. Так я сидел весь урок, вспоминая самые лучшие моменты своей жизни во Франции. Очнулся только тогда, когда все засуетились и начали покидать кабинет. Я тоже встал, вышел, и у двери меня ждала Алла. Я сделал вид, что не заметил ее и направился к лестнице. Но она взяла меня за руку и остановила. Я посмотрел на нее, во мне закипала злость. Скорее всего, она сейчас кинет что-то язвительно или обосрет меня, как последние несколько дней. Но ее взгляд был не высокомерным, а каким-то спокойным. Она даже была немного расстроена. -“Привет, Слушай, я поступила с тобой плохо, но мне нужна помощь”. От такого заявления я просто взбесился и чуть не закричал на нее: -“Какое право ты вообще имеешь теперь меня о чем-то просить? Совесть-то есть еще?” -“Я сделаю все, что ты хочешь”. Ее безысходности в глазах я не верил, но решил, что она может мне выдать информацию про ссору между нашими отцами и про ту девушку с вечеринки. -“Ты попросишь прощения у меня, публично заявишь, что то, что ты говорила своим поганым ртом – слухи, и это еще не все”. -“Так ты поможешь мне?” -“Я подумаю… Почему бы тебе не обратиться к кому-нибудь другому, достойному тебя. То есть наглому, эгоистичному и высокомерному. У нас, кстати, таких полно”. -“Нет, мне нужен именно ты. Я хочу загладить вину”. -“По собственному желанию, или кто заставил?” Она промолчала. -“Понятно, совести у тебя совсем нет… Короче, просто скажи, что тебе от меня нужно, и я пойду”. -“У папы завтра какая-то важная встреча с партнерами. И он сказал, что я должна прийти не одна, но. Так, тебе нужен костюм. Поедем сейчас к нам домой, снимем мерки”. Мы вместе вышли из школы, обсуждая детали предстоящего мероприятия. У ворот школы стоял большой, темно-красный BMW. Мы быстро сели и минут через 5 были у ворот того самого дома, который я успел уже 1000 раз проклясть. Мне становилось противно, при воспоминании того вечера. И теперь с этим местом у меня будут только плохие воспоминания. Но я успокаивал себя тем, что мог узнать от Аллы много нужной мне информации, всего-то нужно потерпеть его один вечер. Войдя уже в знакомый мне дом, Алла завела меня в гостиную. Там стояло только двое мужчин. Мужчина лет 50, в темно-бордовом джемпере и с полуседыми волосами, видимо отец Аллы. Он обратился ко мне: -“Добрый день, меня зовут Николай Анатольевич, я отец Аллы. А вы, как я понимаю, будете сопровождать ее завтра вечером?”. -“Да, здравствуйте, меня зовут Алексей… Алексей Орлов”. Его взгляд и взгляд молодого человека за его спиной стали суровыми. Но не ко мне, а к Алле, как я понял потом. Мне стало некомфортно. Алла опустила глаза в пол. Затем отец Аллы быстро вышел в коридор, уведя за собой дочь, и сказал мне на прощание: -“Алексей, к портному вас отведет Артур”. Высокий рыжий парень в белой рубашке и был Артуром, братом Аллы. Он выражал ко мне неприязнь всем своим видом. Он смотрел на меня с отвращением и не сказав ни слова отправился на второй этаж, я молча за ним. На втором этаже было темно. Артур прошел в эту темноту, я за ним. Ничего не было видно, и было очень тихо. Я молча шел в темноту. В какой-то момент звук шагов исчез. Я остановился. Вдруг Артур прижал меня к стене, схватив за горло. Я очень сильно испугался и начал задыхаться, пытаясь ударить его по лицу, но ничего не было видно. Позже Артур ослабил хватку и угрожающе мне сказал: -“Твоя мать еще пожалеет о том, что сдала ее в детдом”. Такого я не ожидал. Но быстро сообразил и решил сделать вид, что ничего не знаю, хотя и правда ничего не знал, чтобы Артур выдал мне больше информации. -“Я не понимаю, о чем ты говоришь”. -“Все ты понимаешь. Алла конечно зашла слишком далеко, с Алисой был перебор, но не важно, она уже получила. Я специально попросил Аллу привести тебя сюда, чтобы кое-что тебе прояснить”. Ту девушку звали Алиса. Он ее парень. То есть Алла сейчас не в лучших отношения со своим братом за поступок на вечеринке. Не удивительно… -“Твои родители еще пожалеют о том, что совершили. Понял меня?” Интересная логика. Совершили родители, а отдуваться мне? Я не хотел драки, поэтому покорно кивнул. Незаметно Артур отступил меня, и напротив меня распахнулась дверь, впуская в большой коридор, огромное количество света. Внутри нас уже ждал портной. Он хлопотал: икал ткани, писал что-то на бумажке и просматривал все свои ящики. Спустя некоторое время я стоял, раскинув руки в разные стороны, и портной измерял длину моих рук, записывал размеры в блокнот и о чем-то разговаривал с Николаем Анатольевичем, который сменил Артура. В какой-то момент, кажется, они забыли, что здесь я. Мне были отчетливо слышны все их разговоры, в которых обо мне и моей семье отзывались, мягко говоря, не очень лестно. И я уже не выдержал. -“Николай Анатольевич, а можно поинтересоваться, из-за чего такая открытая неприязнь ко мне и моей семье?”. После моего вопроса он вдруг напрягся. От него исходил ярко выраженный негатив и ненависть, которую он направил на меня. Внутри меня все сжалось, мне даже стало страшно. Меня даже поразило, что он так открыто и даже местами наигранно выражает ненависть. Медленно Николай Анатольевич подошел вплотную ко мне и сказал: -“Твой отец подлый человек. Он заказал у меня огромную партию продукта, обещал сотрудничество, а в итоге, получив товар, не заплатил, еще и натравил на нас налоговую. Пришлось понести большие денежные потери. Он гнилой человек, а его планы ничтожны”. Я не знал, что ответить, ведь детали этого конфликта были мне неизвестны. Поэтому я просто промолчал… Когда портной наконец закончил, он сообщил, что костюм будет готов завтра днем и мне ее завезет курьер. Я дал свой адрес, вызвал Сергея и уже собирался уходить, но Артур вдруг вызвался меня проводить. Мы шли молча, но уже у ворот он сказал мне: “О нашем диалоге никому не говорить, понял? Я знаю, где ты живешь, поэтому лучше не рисковать. У меня есть много крепких ребят, они разберутся, если что”. Я снова промолчал, потому что был в шоке от того, что такая с виду интеллигентная семья представляет из себя кучку каких-то бандитов. Всю дорогу домой мне не давали покоя слова Николая Малинина о том, что отец обманул его, украв крупную партию чего-то. Что может быть за товар у ягодного магната? И зачем он нужен папе? И о каких крепких ребятах он говорил? Так много вопросов и так мало ответов. На следующий день в школе, во время перемены мы, как обычно общались совей компанией, и к нам подошла Алла. По ней было видно, что она делает это нехотя. -“Привет”. Я кивнул в ответ. -“Прости меня за то, что было на вечеринке. И, в инстаграме я уже написала о том, что все, что я говорила, это – слухи. Все? Ладно, я побежала”. Ладно, она хотя бы попыталась… Ребята были в шоке. -“Алла перед кем-то извинилась? Это что шутка?” Я усмехнулся. -“Нет, не шутка. Просто ей пиздюлей дали за ее выходку. Оказывается, ее брат, Артур, встречается с Алисой, моей сестрой”. -“У вас прям семейная драма”. Я посмеялся, но это было на самом деле так… Алла должна была подъехать ко мне в 18:00, и мы вместе должны были прибыть на мероприятие. За час до этого в 17:00 раздался звонок в дверь, и мама открыла ее. Я выглянул из своей комнаты и заметил, как курьер передает ей большой мешок с малиновым костюмом. Да, этого я и ожидал. Но один вечер потерпеть можно. Мама опередила меня и взяла костюм из рук курьера. -“Мам, это мне”. -“Что это?” -“Костюм. Здравствуйте”. Курьер, который ждал в дверях, уточнил, туда-ли он доставил костюм, дал мне расписаться в квитанции о получении и напомнил о предстоящем мероприятии. Это мероприятие заинтересовало маму. -“Куда ты собираешься?”. -“Неважно…” Я выхватил костюм из ее рук и направился в свою комнату. Папа вышел из кабинета, преградив мне путь. -“Что за шум? Алексей, это что?” -“Не ваше дело… Пропусти меня”. -“Постой, я узнаю этот костюм, этот цвет. Алексей, объяснишься?” -“Нет, мне уже 18 лет, я не обязан перед вами отчитываться!” Я закрыл дверь на замок, повесил костюм в шкаф и прочитал записку. Там было указано время, место и ценные указания. Раздался стук и за дверью послышался голос отца: -“Сын, пойми, это не чистые люди, с ними не нужно связываться”. -“С тобой тоже, раз ты обманываешь людей и кидаешь их на деньги”. Видимо папа не решился ничего спрашивать, потому что за дверью стало тихо, а потом папа ушел к себе. Родители целый час, пока я собирался, родители промывали мне мозг и уговаривали остаться дома, но мне уже 18 лет, и они не имеют права мне что-то запрещать. Поэтому я без проблем покинул дом, а во дворе меня ждала уже знакомая мне машина. Должен сказать, что костюм оказался отличным, и даже не смотря на цвет, очень мне нравился и отлично сидел. Алла тоже выглядела шикарно. Короткое пышное малиновое платье прекрасно гармонировало с ее прической и помадой, которая была неизменно-малинового цвета. Машина ехала долго и далеко, но в итоге мы все же остановились напротив большого странного павильона, на отшибе города, который на сегодня превратился в банкетный зал. Водитель открыл дверь мне, а потом Алле. Я взял ее под руку и повел внутрь по красной ковровой дорожке. Внутри было полно гостей, дорогие закуски, алкоголь и небольшая сценка с микрофоном. Мы с Аллой еще в машине обсудили план действий. Мы будем вместе ходить, разговаривать, смеяться, создавать ощущение пары. Ладно, один вечер ее потерпеть можно. После получаса такой игры к нам стал приближаться отец Аллы с каким-то мужчиной. Они подошли к нам, и Николай Анатольевич с радостью начал представлять нас своему другу: -“Семен Степанович, знакомьтесь, моя дочь, Алла – продолжатель моего бизнеса, и ее будущий супруг, Алексей”. Мы оба широко улыбнулись, пожали этому человеку руку, он что-то сказал Николаю Анатольевичу, они посмеялись и ушли. Алла выдохнула с облегчением и заявила: -“Так, самое сложное позади, теперь можно не напрягаться, ходить есть и пить, главное не попадаться на глаза этому мужику, а то устроит тебе допрос, и ты спалишься, понял?”. Я кивнул, и Алла оставила меня в одиночестве. В этом павильоне было неуютно. Такое ощущение, что все эти люди разбогатели незаконным путем. Вид у них был вороватый. Я очень предвзято отношусь к таким светским мероприятиям. Возможно потому, что я - человек достаточно простой, и не люблю это все. Я лучше погуляю до утра с друзьями по Парижу и зайду в Макдональдс, чем буду пить шампанское в окружении денежных мешков и их молоденьких шлюх. Но ради правды я готов потерпеть это. Иногда мне даже самому кажется, что я действительно творю какую-то дичь ради правды. Спустя минут 20, мне надоело это все, и я вышел на улицу, чтобы проветриться. Я стоял за деревом и со входа меня не было видно. Солнце почти село за горизонт и оставило за собой тонкую полоску между небом и землей. У входа периодически появлялись люди. Они курили, смеялись. Никто меня не замечал, так же и не заметил отец Аллы, который грубо вытащил ее оттуда. Я решил не торопиться смотреть и послушать, о чем они будут говорить. Николай Анатольевич сначала нервно дышал, а потом начал очень грозно сказал, почти плачущей дочери: -“Мне надоели твои выходки! Последнее время ты очень часто мне перечишь!”. -“Ты меня совсем не слушаешь, я не хочу заниматься твоим делом”. -“А мне все равно, что ты хочешь, а что нет! Ты будешь делать, то, что я тебе скажу!”. -“Я не твоя вещь, ты не можешь мной распоряжаться!”. -“Ошибаешься, я плачу за твое обучение, без моих денег, ты – никто! Ты мне по гроб жизни обязана! Ты маленькая, бессовестная дрянь!”. Я понял, что тянуть больше нельзя, и вышел из-за угла, чтобы прекратить это. -“Да как вы смеете! Вы – не имеете права ограничивать Аллу в ее действиях и правах, и уж тем более указывать, что ей делать! Она не ваша собственность. Если вы не прекратите это, то все узнают, как вы обращаетесь со своей дочерью!”. -“А тебе бы я посоветовал держать свой язык за зубами. У меня есть компромат на твоего отца! Я могу его в тюрьму засадить в два счета!”. -“Думаете я поверю в эти россказни? Наша фирма занимается строительством. Нафиг нам ваши ягоды, или что вы там производите. В общем мне все равно, я никому не позволю трогать мою семью, вам мало было Разумовских, которых вы тоже подставили. С нами вы такое не провернете!” -“Это твой отец кинул меня! Я его засужу! И вообще…” Наш словесный бой остановил официант, который вышел из павильона: “Николай Анатольевич, вас уже все ищут! Сейчас открытие будет!”. Он ушел, бросив на нас грозный взгляд. Я повернулся к Алле. В ее глазах стояли слезы, а потом она разрыдалась, и упала мне на грудь. Я начал гладить ее по голове, чтобы успокоить, потом отвел ее куда-то в подсобку, принес шампанское и сев рядом с ней на пол, приобнял ее. -“Ну, ну, тише, не плачь”. Она рыдала навзрыд, всхлипывая. -“Я больше не могу это терпеть!” Эти слезы были очень горькими и душераздирающими. Это были настоящие эмоции, которые вызывали сочувствие и жалость. Я решил, что ей нужно все вырыдать сейчас. Спустя несколько минут она успокоилась и долго молчала. Я тоже молчал было слышно только музыку из зала. Алла вдруг прервала эту тишину, тихо сказав: -“Спасибо тебе. За меня никто никогда еще не вступался. Все меня ненавидят”. -“Да, есть за что… Но это не ты”. Алла очень удивленно на меня посмотрела. -“Это защитная реакция. За агрессией ты скрываешь свои страхи и слабости. Ты боишься своего отца…” Снова во мне заговорил психолог… -“Да, ты прав… Почему ты заступился за меня?” -“Я в такой же ситуации, как и ты… Отцу тоже не интересное мое мнение… Мы с тобой отцовские марионетки. Конечно, тот поступок я еще долго буду тебе припоминать, но…” Она снова замолчала, сделала глоток шампанского и снова негромко сказала: -“У меня никогда не было настоящих друзей. Все считают меня бездушной тварью…”. Я не знал, что она сейчас чувствует, поэтому решил поработать в роли психолога. -“Ты можешь мне все рассказать, я тебя выслушаю”. В ответ тишина... Но рассказ она все-таки продолжила. -“Я любила, и меня любили, но мой отец все разрушил... Он запретил мне с ним встречаться, разбив мне тем самым сердце… С тех пор я ненавижу его и пытаюсь стать независимой, но не получаю поддержки…” -“Мой отец тоже разрушил мои отношения. Я очень сильно любил Аннет. Но мне пришлось оставить ее одну во Франции”. -“Во Франции?”. -“Да, я все детство прожил в Париже и вернулся сюда только недавно, ведь у родителей возникли проблемы с бизнесом и мы сбежали от них в Москву”. Потом, в моей голове возникла сумасшедшая и одновременно пугающая меня идея. Я, ничего не сказав Алле, взял в руки бутылку, сделал глоток, засмеялся, поднял Аллу с пола и потащил за собой на улицу. Она была очень удивлена и даже немного напугана. -“Ч-что ты делаешь?” Я на секунду остановился, снова глотнул шампанского и громко сказал: -“Давай забудем на сегодня все проблемы! Возьмем бухло, машину и поедем кататься по ночной Москве!” Она была в недоумении. -“Что ты что, опьянел?” -“Нет, я трезвый. Просто почему бы хоть раз не почувствовать себя независимым? Сделать все не так, как говорит Отец! Давай! Да, будут последствия, ну и что”. Алла снова погрустнела. -“Я не знаю…” -“Тебя бесит твой папа? Он заставляет тебя делать то, что ты не хочешь? Ты благодарна ему?” Она засомневалась. -“Ты прав”. Алла тоже выпила шампанского, и мы громко засмеялись. Я снял этот дурацкий малиновый пиджак, демонстративно кинул его на пол, выправил рубашку, растрепал прилизанные лаком волосы. Алла сняла с себя все украшения, большие туфли, распустила волосы и громко сказала: -“Сегодня мы устраиваем революцию! Хватит терпеть этот отцовский беспредел! Я не вещь, мной нельзя распоряжаться!” -“Да!” Мы вышли из этой подсобки и наткнулись на Николая Анатольевича, отца Аллы, и их бизнес партнера. Мы ненадолго остановились. -“Алла, ты куда? Что происходит?!” -“Ой, здрасьте, а вы знаете, что мы с ним” Она показала на меня “не встречаемся, это все папа придумал, чтобы вы контракт подписали”. Офигели все. Я дернул Аллу за руку, и мы побежали к выходу, она лишь успела крикнуть ему вслед: -“Иди к черту!” Вы спросите, зачем я на это решился? В какой-то мере это был мой протест против отца, а в какой-то наказание для Аллы, но я все равно понимал, что будет весело! Мы выбежали на улицу. Машина с водителем, на которой мы приехали, стояла на обочине. Я открыл Алле дверь, она села, потом я. И из павильона выбежал Николай Анатольевич. Он что-то говорил нам, но мы не слышали. Алла его заметил, и крикнула водителю: -“Юра, быстрее, вези нас в центр!” -“Но я не…” -“Я заплачу!” Водитель согласился, и мы быстро выдвинулись в центр. По пути мы прихватили несколько бутылок шампанского, сели в машину, и Алла попросила отвезти нас в центр. Мы врубили музыку на всю катушку, высовывались из окон и как собаки глотали свежий воздух, в котором чувствовался запах свободы. Что было той ночью, я уже не особо помню. Помню Красную площадь, потом бар, танцы, музыка, много алкоголя и все… Больше ничего не помню. Но проснулся я утром дома у себя. Голова болит ужасно, хочется пить и умереть. Я еще никогда так не напивался… Это был первый за все мои 18 лет раз. Только спустя несколько минут мозг начал работать. Первые 5 минут я просто собирал себя в кучу, пытаясь хоть что-то сообразить. Нужно найти телефон. Сколько времени? 9:42 В школу уже опаздываю. Куча сообщений от друзей в инсте. Почти все сообщения – реакции на мои истории. Что я такого снимал? Я открыл, просмотрел их. Сначала все нормально. Мы катаемся по Москве, бухаем в баре, курим кальян, этого я кстати не помню, дальше поцелуи, стриптиз под музыку, потом мы полезли купаться фонтан. Честное слово, я бы утопил телефон в фонтане, но телефон водонепроницаемый. Очень жаль. Дальше что-то непонятное… Теперь мне понятно содержание сообщений в директе. POV Алла Я проснулась и кое-как отодрала себя от кровати. Боже, что со мной? Что вчера было? Я помню только как мы с Лешей сели в машину и… Все… Сколько времени? Я взяла телефон, он разрывался от уведомлений. Что происходит? Я зашла в инсту. Все отправляют мне истории Леши. Что там такого? Блять… Зачем он все это снимал? Какой кошмар… Отлично, теперь слухи расползутся по школе быстрее, чем я запущу новые… За моей дверью вдруг послышались шаги. -“Мне хватило Алисы, так ты еще концерты нам устраиваешь?!” Это Артур. Я быстро вскочила с кровати. Я запаниковал. Что делать? -“Алла! Что ты вчера устроила? Где Орлов!” -“А что я такого сделала?” -“Что ты сделала? Мало того, что ты показала нашу семью в дурном свете, так ты еще и сорвала важную сделку!” -“Нашу семью? В дурном свете? Да она и так уже опустилась ниже плинтуса! Папа – вор и мошенник!” -“Ты забыла, что наша семья только на нем держится?!” -“Ничего страшного не случится, если папочка лишится одного бизнес партнера…” -“Лишился одного, пошли слухи к другому, а потом вообще наш бизнес рухнет!” -“Артур, успокойся, все хорошо” -“Ты – дрянь. Не лезь в наш бизнес!” Он начал на меня наступать. Он был в бешенстве, его состояние меня пугало. Я пыталась отбиваться, но Артур схватил меня за запястья. -“Артур, ты что хочешь влезть в это дерьмо? Не иди по пути отца, это неправильно!” -“Это не тебе решать!!!” Вдруг Артур меня ударил по лицу, я вскрикнула. Он, осознав, что сделал, отпустил меня. Мы оба были в шоке. -“Что ты сделал? Ты меня ударил? Ты с ума сошел?! ” Я схватила первое, что попалось под руку. Это оказался канделябр, я ударила Артура со всей силы по голове, и он с грохотом упал на пол. Я не сдержалась и заревела. Мне было не то, что больно, мне было обидно, что тот, кого я считала своим лучшим другом, поднял на меня руку. POV Леша В тот день я получил очень много замечаний, криков, разборок и прочее. Мне говорили, что я качусь по наклонной, что я связался с плохой компанией, что от Малининых не стоит ждать ничего хорошего. Но меня не особо это волновало. Меня волновало, как там дела у Аллы. У меня не было ее номера телефона, но был инстаграм. Я спрашивал у нее в разное время, но она не отвечала. К счастью вечером она написала мне: -“Что вчера было?” -“День независимости”. -“Это не смешно. Что ты в своих историях выкладывал?” -“Я уже не помню…” Тишина… Ладно, значит у нее все хорошо. Так же вечером я повесил в своей комнате огромный плакат на стену, на котором написал все свои вопросы, сделал зарисовку, кто с кем контактирует. Зачем? Просто мне надоело, что с появлением в моей жизни новых людей, вскрывается все больше и больше подробностей, которые только путают. Мне нужно все расставить по полочкам… Если бы я знал, к чему меня приведет эта игра в детектива…