Иван - тот самый дурак

Проклятье – это самое суровое из всех форм наказаний, так как не подразумевает прощение. Нет от него лекарства. Нет от него избавления. Эта история об отчаянном человеке, и начинается она с забытой всеми сказки... Давным-давно, когда все сказки начинались именно с этих двух слов, жили в далекой деревне охотник Иван и дочь его Василиса. Смутное то время было. Боги гневались, цари войны устраивали, а простой люд молился, да Богов дарами ублажал. Как – то раз, забрел в деревню старик. Молвил он, что из соседней деревни убежал, и той деревни больше нет: - Если той же участи не хотите, то жертву богам принесите. - Скотину или птицу какую? – переглядываясь, спросили мужики. - Может дичь свежую? – добавил Иван, явно не доверяя словам гостя. Насупился старик и отвечает: - Если за жизнь скотины боитесь, то несите её. А если за свою… Кутерьма началась, похлеще пожара. До самой ночи успокоиться не могли, а как стемнело, решили, что утро вечера мудренее. Разошлись все по избам, да ко сну готовятся. Иван дочке колыбельную поёт и в окно поглядывает. Видит, проснулся старичок и к лесу двинулся. Недолго думая, взял Ваня лук да стрелы, и за ним. Дошел старый до камня мшистого, углем на нем нарисовал руны какие то, кровью из пальца окропил их и исчез. Подождал Иван немного, бересты кусок сорвал, тем же углем руны изобразил и за пазуху положил. Наступило утро. Того старика никто и не вспомнил, ибо своих забот хватало. Но разговор вчерашний ни на минуту не прекращался. И вот, под общую шумиху, решил Ваня руны проверить у мастеров рунных. Далеко они жили, поэтому оставил он Василису за главную по хозяйству: -Еды здесь на пять дней, но вернусь я через три. Справишься одна, Василиса? -Справлюсь, папинька. - без опаски ответила дочка. - Ты на охоту и дольше, бывало, уходил. День потратил на дорогу Иван. Дошел до мастеров рунных, объяснил что да как и показал бересту с надписями. На второй день, собрались мастера и к вечеру ответ дали: -Руны эти открывают ворота в мир божественный, который обычному человеку не понять не осознать. Что бы мы не делали, но врата открыть не смогли. Видимо смертным эти руны бесполезны. – и отдали бересту обратно. На утро третьего дня, побрел Иван в деревню. Про кровь, что в ритуале использовали, говорить побоялся. Богов злить не хотел. Шел и молился всю дорогу. Прощение вымаливал, за то, что влез куда не следовало. Вернулся Иван в деревню, а от него все глаза прячут и в избу бегут. К кому подходит, те белеют или извиняться в ноги падают: -Прости Иван, думали бросил деревню или на болоте где сгинул. Ваня в дом, а там никого. Еды еще на три дня лежит. Сжал кулаки, вышел во двор и давай деревенских лупить. Никого не щадил кроме детей. Даже скотине досталось. Как кончились силы, упал на землю и в слезы. Вдруг понял, что не люд простой виноват, а Боги что страху нагнали. Затаил злобу лютую: - Раз терять мне нечего, клянусь избавить землю от божков, что за детьми тянутся. А не избавлю, так хоть в морду плюну! Вспомнил Ваня про ведьму, которой его когда-то отец пугал: «В лесу, ходи лишь по тропкам что до тебя топтали. Свернешь, поймает тебя ведьма и съест! Боги ее прокляли и теперь зла она на весь мир.» Пошел Ваня в лес. Не успел с тропы свернуть, а перед ним старушка дряхлая: -Ты либо отчаянный дурак, либо в суп ко мне хочешь! - потирая руки, говорила бабка. Но видит, на лице у Ивана лишь печаль да грусть, а в глазах огонь мстительный горит. Привела его в свою избушку. Ваня ей все рассказал и бересту отдал. Ухмыльнулась бабка, и говорит: -Есть у меня затея одна, но ничего обещать не буду... -Делай то, что считаешь нужным, - твердо отвечал Иван. - я даже смерти теперь не страшусь. -С нее то мы и начнем. Слышал ли ты о Кащее? -Это тот, что бессмертный? Слышал, конечно. Сильнейший воин, что охраняет мир мертвых. -Сильнейший воин? Ой, насмешил Ванька. Это плут, что за дерзость свою, бессмертием был проклят. Теперь на цепи сидит, перед дверьми за которые никогда не попадет. Подошла старуха к котлу, и принялась колдовать: -Наложу на тебя два проклятья, Иван, а третье попросишь у Кащея сам. -И на кой черт они мне? - возмутился Ваня. -А ты больше доверяй, и меньше спрашивай. Нам еще к Кащею идти, а путь до него не близкий. Нарисовала колдунья руны на полу, взяла Ваню за руку, и окропила их кровью как тот старик. Очутились они в кромешной темноте. Бабка Ваню не отпускала, тянула за собой, будто знала куда идти надо. Вдруг, в дали свет появляется, и в той стороне слышен голос чей-то. Подошли ближе. Голос громче стал, даже разобрать некоторое слова можно было: «Не толпимся... Вход бесплатный...» Подошли еще ближе. Свет ярче, а голоса громче и отчётливей. - Кащей мертвых развлекает. - сказала колдунья, не замедляя ходу. Добрались до ворот огромных. Над ними костлявое тело на цепях висит: - Здрассьти! Рано ты его привела бабуля, он же еще живой. - сказал Кащей, указывая на Ваню большим пальцем левой ноги. - Не узнал меня. Постарела видимо. - с наигранной улыбкой говорит колдунья. Встрепенулся Кащей, рукой голову себе оторвал и в руки Ване кинул: -Мужик, будь так любезен, поверни меня к этой милой женщине. Иван, с ошарашенными глазами, выполнил просьбу. -Не трясись ты так, - добавил Кащей. - и услужи еще немного. Подними мне веки. Ваня и эту просьбу выполнил. -Ба-а! Не ужели это сама мадам Ягаза, в простонародье Яга?! Как же я скучал по тебе дорогая. Рассказывай давай, как дела у тебя? Что на том свете? Какие войны идут, а какие закончились? Кто... -Не за этим я пришла любимый, - перебила его старуха. - а за местью что Богам обещана. -Ты меня знаешь, душа моя. Я, за любой кипишь, кроме голодовки. -Знаю, знаю. - кивала головой Яга. - Держит тебя сейчас мужик отчаянный. Богов свергнуть хочет, но сил ему не хватает. Вместе, вы тандем создадите бессмертный, а я вас силой награжу, что способна даже Богов свергнуть. Посмотрела бабка на Ивана, достала склянки две с разной жидкостью колдовской и говорит: -Проклинать тебя буду в особом порядке. Сперва зелье с дальних островов выпей и думай о мести. Ваня склянку взял, о дочери подумал и как хлынули слезы. -Думай о том, что затеял, - подначивала старуха. – думай, как будешь рвать и метать их по белу свету! С жадностью Ваня хлебать начал. Не морщась, не моргая и без капли сомнений всю склянку осушил. И с грохотом, упал. - А чем угощаешь то? - приглушенным голосом спросил Кащей, лежавший под Ваней - Мне тоже выпить надо? - Нет, дорогой мой. – бережно доставая голову из под Ивана, ответила Яга. - Это зелье называется «Месть берсерка». Действует как проклятье. Если ты местью и гневом преисполнен, то выживешь после выпитого. И если выживешь, дарует оно силу что необходима для отмщения. - То есть, без каких-либо ограничений? - Если легендам верить, то так и есть. Безграничную мощь, которой ни одно существо не может противостоять. Но есть и обратная сторона. После совершения мести, умрет и сам мститель. - А-а-а. И тут в дело вступаю я. Я же правильно понял?! - спросил Кащей. - Да, но повторюсь, здесь важен правильный порядок. Очнулся Иван, поднялся: - Я разговор слышал. Можно продолжать без объяснений. - Второе проклятье «Двоедушием» называют. - сказала Яга, протягивая очередную склянку с жидкостью. - Её так же просто выпить надо? - Сперва нужно руны на груди вырезать, так что терпи Ваня. Будет больно. Распахнул рубаху Иван, старуха ножом ему руны всякие вырезала, а он даже не поморщился. Кровью глаза налиты и кулаки сжаты. -Пей! Вторая склянка, была осушена с той же скоростью и без грамма сожалений. - Готово. - буркнул Ваня, вытирая рот рукавом. - Что дальше? - А теперь меня на ручки бери, и понежнее пожалуйста. - сказал Кащей в руках колдуньи. - Слушай внимательно и верь словам моим. Проклята душа, а не тело, потому могу я поселиться в сердце чужом. Меня лишь нужно пригласить. - Из-за двоедушия, займет он не твое место, - поддержала Яга, - а пустое. Так ты и силы сохранишь и бессмертие приобретешь. - Ну и пожизненного собеседника! - со страшным оскалом, похожем на улыбку, вскрикнула прогнившая голова Кащея. - А позже, я превращусь в подобие тебя? Буду гнить? Руки и ноги терять? - подметил Иван. - Пф-ф, я просто устал восстанавливать эти бренные костяшки. Не волнуйся, будешь всегда здоров, цел и свеж. - Ну, тогда, приглашаю тебя. - не уверенно кивнув, сказал Иван. - Не-е-ет, не искренне как-то. Ты должен всей душой меня принять. Почти полюбить. Поцеловать мож.. - Перестань! - перебила Кащея колдунья. - Место в сердце пустое. Никого просить не надо. Голова в руках Ивана затихла, а с ворот попадали трухлявые кости, которые еще секунду назад сами собой держались на цепях. Старуха начертила руны, что на бересте начерчены, дала нож Ивану и сказала: - Надеюсь, что свидимся. - Надеюсь... - с надеждой ответил Иван и порезал палец, чтобы руны кровью окропить. А рана на пальце взяла, и затянулась. Ни капли крови не упало. (Упс! Это я хулиганю. Проверяю все ли работает. Меня кстати слышно?) -Слышно. - с возмущенным лицом ответил Ваня и оглянулся по сторонам. -Кого слышно? - спросила Яга в недоумении. (Отлично. Режь еще раз. Я замедлю процесс.) Ваня порезал палец. Кровь капнула на руны, из-за чего те, светом белым засияли. И Кащей с Иваном, исчезли. Шесть дней шла буря на земле. А на седьмой пошел кровавый дождь. Вернулся Ваня в избу к колдунье. Весь в крови измазан, дышит тяжело и говорит: -Где остальных искать?! Так и извел всех Богов, что были на земле. Никого не щадил. Верить или нет, это уж вам решать. А на этом, обрывается сказка. Но, не обрывается история Ивана и Кащея.