Моя плохая сторона пробудилась после перерождения

Лин Фан выглядел очень спокойным несмотря на пристальный взгляд этих придурков. Он наклонился и медленно поднял с пола кирпич. Главарь банды сказал с надменным выражением лица: «Эй, парень, только не говори мне, что собираешься драться со мной. Ха-ха, тебе лучше отказаться от этой идеи.» — Хм! Кирпич не добавит ему преимуществ в драке. Я не думаю, что этот болезненный мальчик сможет победить нас. В конце концов, у нас численное превосходство», — подумал он. На самом деле у Лин Фана не было сил сопротивляться. Он был слишком слаб, чтобы поднять кирпич. Но… «Ха-ха…» На его лице появилась жуткая улыбка. — Да, я не могу победить тебя. Но что, если я убью себя кирпичом? К тому времени вы, ребята, будете арестованы. Знаете ли вы, как долго вам придется сидеть в тюрьме?» — неторопливо спросил Лин Фан. Его голос был слабым и ровным, но слова пробирали их до костей. «Без шуток, мальчик… А-а-а-а-а-а! — пронзительно закричал один из членов банды. Прежде чем мужчина успел закончить фразу, Лин Фан без колебаний ударил себя кирпичом по голове. Кровь хлынула из раны и потекла по его лицу. В его глазах появился хищный блеск. — Мне кажется, этого недостаточно. Угадай, сколько раз я должен ударить себя, прежде чем умру, — сказал Лин Фан с улыбкой, как будто глубокая рана на его голове вовсе не болела. Его лицо было залито кровью, а улыбка была мрачной и безумной, как будто в нем проснулся злой дух. Он выглядел как демон из ада. Лин Фан не знал, что такое ад, но думал о себе как о свирепом призраке, который только что вернулся в человеческий мир. После слов Лин Фана эти молодые люди, раздутые от высокомерия, были напуганы до смерти. Они подсознательно сделали шаг назад. Им нравилось издеваться над своими одноклассниками, но в любом случае они были всего лишь подростками лет семнадцати — восемнадцати. По сути…детьми. Они никогда раньше не видели такого бесстрашного человека, как Лин Фан. Они все дрожали от страха. «Вот дерьмо… Он сошел с ума… Он собирается покончить с собой… Давайте выбираться отсюда…» Они в панике убежали и даже выбросили монету, которую украли у Лин Фана. Лин Фан смотрел, как они исчезают за поворотом. Он присел на корточки, поднял монету и положил ее в карман. Теперь он был очень беден и должен был следить за каждым пенни… Казалось, он не замечал боли. Лин Фан снял куртку, вытер кровь с лица и плотно прижал ее к ране, чтобы остановить кровотечение. Затем он повернулся и ушел. Первый урок, который он усвоил в тюрьме- «слабые боятся сильных, а сильные боятся тех, кто не боится смерти». Лин Фан дорожил своей жизнью больше, чем кто-либо другой. Хотя его рана выглядела ужасно, но она вовсе не была опасна для жизни. … Лин Фан вернулся в свой класс, не получив никакой медицинской помощи. Одноклассники смотрели на него с удивлением, любопытством или даже страхом. У некоторых на лицах было выражение мрачного удовольствия. Никто из них не сочувствовал ему и, тем более, не заботился о нем. Их реакция нисколько его не удивила. Не говоря ни слова, Лин Фан вернулся на свое место. Через некоторое время староста класса подошел к Лин Фану и с несчастным видом сказал: «Эй! наш классный руководитель попросил тебя зайти к нему в кабинет.» Не говоря ни слова, Лин Фан просто кивнул старосте. Процесс поменялся, но результат ничуть не изменился. Его вызвали в кабинет классного руководителя, как и в прошлой жизни. Лин Фан изогнул губы в улыбке. — Этот человек… Я не видел его десять лет… " — подумал он про себя.