Племянница: Последняя жертва / Niece: The Last Victim

Лумис приехал в Хэддонфилд как можно скорее. То, что сказал ему полицейский по телефону... Он не верил своим ушам. Маньяк вернулся спустя несколько лет, когда все уже про него забыли как страшный сон. Но зачем? Где он был все эти годы и что задумал сейчас? Возникало много вопросов, но ответов на них не было. Раз шериф заявил ему такое, то значит случилось явно что-то недоброе, хотя лучше бы он ошибался. Доктор подъехал к участку, вылез из машины и поспешил в здание. В одном из кабинетов его ждал Джонсон. – Что же произошло, что заставило Вас произнести такие слова? – спросил Сэмуэль. – Убийство. Несколько часов назад погибла Джилл Коулман. Причина смерти – ножевые ранения. Но это ещё не всё. – шериф достал ту папку и показал фотографию. – Помните это? – – Да, этот символ был обнаружен несколько лет назад. Его оставил Майкл, это я хорошо помню. – – Точно такой же знак я обнаружил на месте преступления. Точнее, не я. Потерпевшая. – – Мы можем отправиться туда сейчас? – Джонсон кивнул, и они покинули кабинет, а затем и участок. Спустя малый промежуток времени мужчины доехали до места преступления. Они прошли мимо работающих там полицейских и зашли в дом. Лумис, увидев эту картину, впал в шоковое состояние. Он подошёл ближе и внимательно изучал кровавый рисунок, который уже засох на обоях. Символ был действительно таким же, как и много лет назад. Сказать, что Сэм был ошеломлён, – ничего не сказать. Ему и в голову не могло придти, что убийца вернётся. После его исчезновения проверки не утихали ещё долгое время, но так и не обнаружив маньяка, всё прекратилось, и все думали, что он мёртв. Доктор не знал, чего ожидать дальше. – Вы говорили, что этот ужас обнаружила потерпевшая. Кто она? – – Ах, да. Подруга убитой, она представилась Бонни Рэймонд. – ответил полицейский. Услышав это имя, доктор ещё больше шокировался. Она увидела эту страшную картину, сотворённую её собственным дядей. Кто знает, может быть, на месте подруги могла оказаться Рэймонд. Теперь Лумис понял: Майкл вернулся за ней. – Я знаю, кто она такая. Почти весь город знает. Я как раз собирался к ней после приезда на место преступления. – увидев шокированное выражение лица доктора, сказал Джонсон. – Я еду с Вами. – *** Бонни уже который час сидела в кресле и не вставала. На девушке не было лица. Родители были обеспокоены состоянием дочери. – Дорогая, ну ты как? – спросила мать. Девушка в ответ лишь кивнула головой. – Может перекусишь? Хотя бы чуть-чуть. – вступился отец. – Нет. – почти шёпотом произнесла русоволосая. – Хотя бы походи. Ты уже долго сидишь. – Мама была права. Ей необходимо размяться. Бонни медленно поднялась с кресла и потянулась. Телу сразу стало как-то легче. Неожиданно раздался звонок в дверь. Девушка повернула голову в сторону коридора и напряглась. Мать открыла, и в гостиную вошли полицейский и неизвестный для Бонни мужчина, которому на вид было где-то за пятьдесят. Девушка вопросительно посмотрела на него. – Здравствуй, Бонни. – произнёс он. *** Майкл смотрел в окно дома Рэймондов. На его глазах только что произошла встреча племянницы и психиатра. Майерс не обрадовался приезду доктора, но это было предсказуемо. Значит, ему уже доложили о его возвращении, и эта новость наверняка стала для Лумиса громом среди ясного неба. Маньяк перевёл взгляд на Бонни. Та совсем не понимала происходящего, ещё не отошла от смерти подруги. Майкл догадывался, что сейчас девушка узнает всю правду, начиная с его рождения. Рано или поздно она всё равно узнала бы. Он знал, что после рассказанных событий племянница возненавидит его. – Убей кого-нибудь. Сейчас же. – Маньяк услышал этот требовательный тон. Жаль, он не увидит шоу, которое намечается в доме Рэймондов. Ему пришлось развернуться и пойти на поиски жертвы. *** Девушка смотрела на него пустым взглядом, но смогла из себя выдавить только одно. – Здравствуйте. – тихо сказала она. – Очень прискорбно, что ты стала свидетелем такого кошмара, но я как раз поэтому и приехал. Он вернулся. – Последние два слова доктор произнёс, обращаясь к супругам. Родители сначала не догадались, о чём говорит Лумис, но вскоре сообразили и ужаснулись. Бонни же совсем не понимала, о ком идёт речь. – О ком Вы... – речь девушки была прервана. – Не может этого быть. Он давно не появлялся в Хэддонфилде. Мы думали, он мёртв. – голос Джейн дрожал. – Я тоже так думал, но он внезапно объявился. – произнёс доктор. – Вы уверены, что это точно он? – – Всё указывает на него, поэтому да. Намерения неизвестны, я объявил жителям оставаться в своих домах. – сказал шериф. – Может быть, мне кто-нибудь объяснит, о ком вы говорите?! – Все так увлеклись волнительным разговором, что забыли про Бонни, которая, в свою очередь, не понимала взрослых, и эта неизвестность её злила. Девушка серьёзно окинула их взглядом и ждала ответа. Старшие смотрели на неё так, будто что-то скрывали и не решались рассказать. – Похоже, пришло время узнать всю правду. – произнёс доктор. – Какую правду? Я ничего не понимаю. – повысила тон кареглазая. – Детка, ты только не горячись. Сейчас я всё объясню. Тебе правда нужно было об этом рассказать. – Мать виновато взглянула на дочь. Бонни присела, вопросительно смотря на Джейн, которая всё никак не могла собраться. Женщина выдохнула и начала рассказ. – Ты ведь знаешь, что неродная нам. Несколько лет назад твоя кровная мама, Лори Строуд, чуть не погибла от рук маньяка. Его зовут Майкл Майерс. В шестилетнем возрасте он убил свою старшую сестру Джудит. Это случилось на Хэллоуин. Родителям пришлось отправить сына в психиатрическую больницу. Его личным психиатром стал доктор Лумис. – женщина указала на Сэма. – Он провёл там пятнадцать лет, а после сбежал в Хэддонфилд, где жил ранее. Убил нескольких человек, а потом хотел добраться до семнадцатилетней Лори, но мистер Лумис помешал ему. Майкл выжил после шести выстрелов и пожара, устроенного в госпитале, но потом впал в кому на десять лет. Это ещё не всё. У родителей Майкла осталась младшая дочь, которую после их смерти, удочерила семья Строуд. И как ты, наверное, догадалась, ею оказалась твоя родная мама. – – Так подождите. То есть, моя мама была удочерённой, следовательно, её родители были также родителями Майкла. Получается... – – Да, Майкл Майерс – твой дядя. – Эти слова стали ударом для Бонни. То есть, всё это время у неё был дядя? Она жила в неведении почти шестнадцать лет. Девушку будто током ударило, и она вмиг забыла о подруге. – Значит, все эти издёвки и шёпот за спиной в школе были правдой? Мой дядя – Бугимен. – казалось, что Бонни либо расплачется, либо разозлится. – Да, это стало его прозвищем. Все в городе его так называли. – мать опустила глаза. Девушка была просто в шоке от услышанного. С самого детства правда находилась под носом, а она не замечала её и думала, что это травля. От неё скрывали то, что Бонни имеет право знать. У неё был единственный родственник, который к тому же маньяк. Ей стало неприятно, что её гнусная одноклассница оказалась права. – Всё это время правда была рядом. Все знали, а я нет... – каменное лицо скрывало бурю эмоций внутри. – И как долго вы планировали это скрывать? Почему вы так долго молчали? – девушка начинала злиться. – Бон-Бон, ну сама подумай. Мы хотели как лучше. Как такую историю рассказать маленькой девочке? Мы не хотели портить тебе психику. – вмешался отец. – Я имею право знать это. Это моя жизнь. А вы обманули меня! Сказали, что это зависть и враньё. И я уже давно не маленькая. – – Дорогая, мы хотели уберечь тебя. – с ноткой беспокойства сказала мать. – Уберечь? От кого? От моего дяди? А с чего вы взяли, что он угроза моей жизни? Может, он пришёл за своей племянницей, потому что это его родная кровь?! Что, если он не хочет меня убивать, потому что любит?! – по щекам кареглазой начали течь слёзы. – Бонни, ты бредишь. Я понимаю, что ты расстроена убийством подруги, но прошу тебя, не неси ерунды. Майкл не способен на это чувство. Он – бездушный убийца, он не умеет любить. – сказал доктор. – А с чего такие убеждения? Кто это сказал? – Рэймонд была на грани истерики. Все были в шоке. Девушка определённо говорила какую-то глупость. То ли она наивная, то ли сошла с ума. Её слова можно было бы объяснить шоковым состоянием после убийства и рассказанной правды. Эти два происшествия свалились на девушку как снег на голову. – Бонни, он пробыл в "Смитс-Гроув" целых пятнадцать лет. Мне приходилось с ним работать, и я уверен. Ему неизвестны понятия "любовь" или "забота". – Сэм посерьёзнел. Доктор не верил своим ушам. С каждой произнесённой Бонни фразы он поражался всё больше и больше. Девушка явно не понимала, что говорит, и её состояние напрягало Лумиса. – Убийцами не становятся просто так. У всех есть душа, даже у маньяков. – – Боже мой, стокгольмский синдром... В чистом виде. – с ужасом подытожил доктор. – Для Майкла не имеет значения кого убивать. Ты даже не представляешь, о ком сейчас говоришь. В конце концов, чёрт побери, он чуть не убил твою мать и лишил жизни подругу! – – Нет, нет, нет, нет, нет! – закричала девушка и вскочила. Она вылетела в коридор, распахнула дверь и побежала прочь. – Бонни! – вскрикнула мать и ринулась к двери, а вслед за ней Бенджамин. – Бонни, вернись! – крикнул Лумис, но девушка уже никого не слышала. – Оставайтесь дома. Мы найдём её. – сказал полицейский перепуганным родителям. – Пожалуйста, найдите мою дочь. – женщина начала рыдать. – Конечно, миссис Рэймонд. Мы всё сделаем. – успокоил её доктор. Мужчины покинули дом, сели в машину и уехали по направлению, куда убежала девушка. *** Майкл стоял в тени деревьев, наблюдая за этой картиной. Всё-таки он успел посмотреть на это шоу. Маньяк не знал, что заставило девушку выбежать из дома, но, по крайней мере, он догадывался почему. Увидев, как доктор и полицейский уехали, Майерс решил действовать. Голос требовал убить её приёмных родителей. Он знал, что это будет сильным ударом для девушки, но сделать ничего не мог. Маньяк находится во власти внутреннего демона. Он заглянул в окно: Джейн сидела в слезах, а Бен пытался её успокоить, хотя сам был безутешен. Майкл принялся лезть на второй этаж. Он забрался через окно в спальню и вышел в коридор. – Я пойду приведу себя в порядок. – всхлипывая, произнесла Джейн. Она направилась в ванную. Включив воду, женщина стала умываться. Темноволосая взглянула на своё отражение: на ней совсем не было лица. Она очень любила свою дочь и переживала за неё, пусть и неродная. Неизвестно, куда Бонни могла убежать в такое время суток, так ещё и когда рядом бродит маньяк. Женщина надеялась, что вскоре её найдут, и они спокойно поговорят. В какой-то степени Джейн винила себя в том, что затянула с рассказом, и реакция Бонни была предсказуемой. Позади она услышала шорох и обернулась. Никого. Женщина отодвинула шторку, но и за ней никого не оказалось. Она начала думать, что сходит с ума. Вздохнув, Джейн хотела покинуть ванную, но её планам не суждено было сбыться. Прямо перед ней возвышался Майкл с кухонным ножом. Женщина в ужасе раскрыла рот и попятилась назад, но бежать было некуда. Джейн закричала, и маньяк стал наносить ей многочисленные ножевые ранения, пока она не замолчала. – Джейн, что слу... – сказал Бен и застыл на месте. Мужчина увидел окроплённую кровью комнату и впал в шок. Майкл обернулся, и Бенджамин ужаснулся ещё больше, увидев мёртвую жену. Он стоял неподвижно, а потом рванул в сторону входной двери, но оступившись, полетел с лестницы. Мужчина застонал от боли во всём теле и попытался подняться, но это было тяжело. Тем временем Майкл неспешно спускался по лестнице, держа в руке окровавленное лезвие. Он подошёл к Бену и поставил ногу на его горло, постепенно наступая. Мужчина закашлялся и стал размахивать руками в попытке спастись. Майерс наступал всё сильнее и сильнее, пока Бенджамин не посинел и не перестал двигаться. Майкл убрал ногу с его шеи и покинул дом. Теперь он направлялся к Бонни, которая даже не подозревает о скорой встрече со своим дядей.