Голос

      – Сяо!       Слышать этот голос больно буквально физически. Постель рядом пустая, тепло в ней больше не будет никогда. Сяо вертится, не привыкший к тому, что одеяло никто не стянет, не скомкает, не выкинет и прижмётся поближе.       – Сяо, вставай, мы опаздываем...       Итэр бегает по комнате, пока Сяо лениво открывает глаза. Ищет подходящую одежду, одновременно с этим пытаясь расчесать светлые локоны. Они струятся по плечам, блестят в солнечном утреннем свете, и Сяо лениво наблюдает за этим, наслаждаясь картиной. Прекрасно.       – Сяо, ну чего ты лежишь...       Раньше это золото струилось по постели каждое утро и каждую ночь. Сяо снились кошмары уже семь лет, и он не мог спать нормально, а Итэр стал в последнее время прибегать в его комнату и сидеть рядом, чтобы так одиноко не было. Непонятно как, но кошмары исчезли. Непонятно как, но бессонница Итэра тоже куда-то делась, и просыпались они в обнимку, после долга краснея и извиняясь. Тем не менее, видеть такую прелесть в своей постели было чудесно. Как и утыкаться по возможности в его макушку.       – Ну вставай, ну Сяо! — Итэр тянет его за руку из постели, хмурясь и действительно стараясь. Сяо только смеётся. Он в последнее время смеётся постоянно.       Но вместо светлых локонов на постели теперь пустота. Запах карамельного шампуня с подушек и простыней давно пропал, но Сяо иногда сам моет им голову. Ему не подходит, но пахнет Итэром, так что может потерпеть, глотая соленые слёзы и пытаясь разодрать кожу на лице.       – Сяо, Аякс меня убьёт...       Сяо никогда не претендовал на звание чего-то большего, чем сосед по квартире. Он сдавал Итэру половину своей жилплощади, они делили кухню и иногда ванную, вот и всё. Да, проводили в итоге кучу времени вместе, гуляли, спали иногда в одной кровати, но у Итэра был парень. Сяо не смел трогать его не там, где нужно. Сяо не смел влезать в их отношения, и когда Итэр стал проводить больше времени в ванной, покупать больше тонального крема и носить больше закрытой одежды, он не спрашивал. Это не его отношения.       – Сяо, ты такой дурак...       Итэр чаще всего возвращался домой где-то в девять. Он прекрасно учился, работал и не желал сидеть ни у кого на шее. Тени под его глазами были практически чёрными. Как и у Сяо, собственно. Но даже без макияжа Итэр оставался самым красивым, и когда он приходил уставший с работы и приносил тофу из ближайшего ресторанчика, чтобы накормить Сяо, последний не мог оторвать взгляд.       – Приятного аппетита, Сяо!       Ему до сих пор кажется, что вот, стрелки на часах пробьют девять, Итэр откроет дверь и завалится уставший в квартиру. Со своей привычной широкой улыбкой, в через чур лёгкой одежде и с растрёпанными волосами. Поставит пакет на стол, ткнет в нос Сяо указательным пальцем и будет долго рассказывать про свой день, зная, что его слушают внимательно. Но прошло уже два месяца, а Итэр так и не пришёл.       – Нет, Сяо, я просто... Я сейчас не хочу жить с Аяксом по своим причинам.       И да, Сяо бы молчал весь вечер про то, что синяк на половину лица Итэра все равно видно. Про то, что жуткие засосы, превратившиеся в гематомы, и царапины на всём его теле заметить легко. Он не лез, потому что Итэр расстраивался и хмурился каждый раз, когда Сяо заводил разговор об этом. А ещё смотрел на него умоляющим взглядом, когда Сяо собирался сказать что-то очевидно злое Аяксу. Должно быть, молчать не стоило. Стоило хлопнуть по столу, взять за руку, насильно потащить снимать побои и заставить написать заявление. Принудить к чему-то, чтобы потом получить полный ненависти голос и искреннюю благодарность в заплаканных золотых глазах.       – А? Часы? Аякс подарил, да... А это, ох, я в детстве баловался не самыми хорошими вещами.       Порезы были свежими, они только-только зажили. У Сяо таких куча: на ногах, на руках, он знает лучше всех, но он решил промолчать, потому что это не его, чёрт возьми, отношения. Он и без того даёт слабину, позволяя Итэру ложиться в его постель и позволяя себе обнимать его во сне. Это неправильно. Так он думал тогда, а сейчас посылает все к чёрту, выкидывая толстовку, которая Итэру никогда не нравилась, в окно. Может быть, если от нее избавиться, он вернётся?       – Сяо, я так устал.       И когда Итэр приходил с каждой встречи со своим «любимым» расстроенный, с потухшими глазами. Плелся устало в комнату, не находя в себе сил поесть, а затем приходил к Сяо и плакал в его грудь, шепча без остановки «он убьет меня, он действительно хочет убить меня». Он боялся, и Сяо говорил ему уйти, но было слишком поздно, потому что у Итэра вся жизнь сломалась из-за слов и рук чужих. Она трескалась у Сяо на глазах, а тот наблюдал, ничего не делая и предпочитая оставаться в стороне, думая, что так лучше.       – Сяо, я сегодня не приду домой. Ужин на третьей полке сверху, твои очки убрал в шкаф, в своей комнате пробрался. А ещё...       У Сяо куча шрамов на теле, но ему не хватало ни смелости, ни мотивации вонзать лезвие чуть глубже. У Итэра, как оказалось, тоже. Как-то раз, проснувшись утром, он сказал: «Сяо, я сегодня летал во сне, и это было так чудесно». Что же он чувствовал, когда наконец-то ощутил это живее, в реальном времени? О чем он думал в ту секунду, когда делал шаг в пустоту? Улыбался ли он, рыдал? Сколько часов просто сидел на крыше, пытаясь решиться, и почему никто не заметил его?       – И ещё я люблю тебя. Сильно.       Ему стоило бы задержаться немного. Ему стоило остаться на пару часов, и тогда Сяо прижал бы его к себе, поцеловал бы и сказал, что всё хорошо. Ему нужно было подождать совсем чуть-чуть, и по новостям и так передали бы то, что он хотел услышать.

Опасная группировка Фатуи, которая бесчинствовала в Ли Юэ и других регионах Тейвата на протяжении более чем тридцати лет, наконец была поймана и ликвидирована. Среди участников выделяют...

      – Я не знаю друзей Аякса по именам. Они у них такие сложные...       Сяо замирал, увидев эти строки. Сяо улыбался, увидев эти строки, а потом Сяо бледнел, и сердце его, кажется, пропустило с сотню ударов.

А также Аякс, известный как Чайльд Тарталья, приговорен к казни за такие преступления, как: 1. Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью; 2. Доведение до самоубийства; 3. Изнасилование; 4. Хищение в особо крупном размере; 5. Многочисленные убийства; 6. Хранение и сбыт запрещенных веществ; 7. Участие в массовых беспорядках.

      И если бы Сяо, вмешался, то второй строчки никогда не было бы. Если бы Сяо вмешался, то он отвел бы сейчас Итэра в парк развлечений, в который он хотел попасть уже около пяти месяцев, купил бы ему самую большую сладкую вату и держал бы за руку на колесе обозрения.       А в итоге он просто сдирает обои и бьётся головой о стенку до крови.       – Сяо, а если я умру, ты будешь обо мне помнить?