Жизненно важны

      Тони спокойно сидел в кресле с чашкой кофе в руке и вспоминал тот день, когда решил оформить попечительство над неким Питером Паркером, пятнадцатилетним подростком, к которому внезапно сильно привязался. Пеппер, Хэппи и Роуди были шокированы, и Старк с довольной улыбкой вспоминал выражения их лиц, когда он оповестил их о своём намерении. Оставшихся Мстителей просто поставили перед фактом, что сюда теперь будет иногда приходить подросток, которому разрешено брать всё, что он только захочет. О том, что это тот самый Человек-Паук, Тони предпочёл умолчать, поскольку сам Паучок ещё не был готов раскрыть тайну своей личности. На следующий после принятия решения день Старк снова появился в квартире Паркеров, получил порцию возмущения от Мэй за втягивание её племянника в опасные ситуации, её искреннее удивление его решением и её согласие на это после того, как Тони рассказал ей о сокрытии Паучком своих ран от него, и его убеждения оказывать помощь сразу, поскольку мальчик теперь будет рядом с ним. Сам Питер, узнав о цели визита наставника, грохнулся вместе со стулом, случайно сломав его, но согласился.       Пеппер, войдя в общую гостиную, увидела мужа с кофе в руках и странным умиротворением на лице. Ребёнок, над которым пришлось оформить попечительство и ей, поскольку она была женой Старка, странно влиял на Тони, раскрывая в нём заботу, о которой миссис Старк не знала. Пеппер села на диван, поцеловав мужа в лоб и получив от него ответное, но немного ленивое приветствие.       Постепенно в гостиную подтягивались Мстители, те, кто не был в бегах или под домашним арестом, а также на какой-нибудь своей особой миссии. Ванда, которую еле восстановили в статусе, держалась поближе к Вижену, Роуди вытянулся на собственном кресле, удобно поставив ноги, вернувшийся Брюс продолжал обсуждать какую-то теорию с доктором Стрэнджем, который внезапно появился пару месяцев назад, а Кэрол, прилетевшая из глубин космоса, села на диван, активно переписываясь с Т’Чалой. Те, кому нечем было заняться, смотрели новости и пили чай.       Тони глянул на часы: двадцать минут восьмого. С минуты на минуту должен был вернуться Питер, который уже опаздывал; если бы он решил остаться у Мэй, у которой внезапно начался роман с Хэппи, то давно написал бы. Старк никогда не давал жёстких рамок возвращения домой Паучку, что того радовало, но, если его протеже опаздывал на полчаса без предупреждения, начинал волноваться. Хотя Питер был умничкой и редко задерживался хотя бы на полчаса.       Двери открылись, и Паркер медленно вошёл в гостиную. Мстители обернулись к нему. Кто-то тепло улыбнулся, кто-то махнул рукой, приветствуя, кто-то поздоровался вслух. Парень ответил всем и устало подошёл к попечителю, который уже внимательно его осматривал. Тони хлопнул по широкой ручке кресла, и Паучок, немного смущаясь, опустился на неё. Питер никак не мог привыкнуть к новым отношениям со Старком, но, к счастью, тот его не торопил, давая нужное время. А Тони всегда, но негласно умилялся румянцу на щеках мальчишки, стоило им начать действовать не как наставнику и ученику, а как настоящей семье. Команду такое поведение подопечного Железного Человека поначалу удивляло, но со временем все они к этому привыкли.       – Кошка упорно не хотела слезать с дерева? – тихо, чтобы команда не слышала, поинтересовался Тони. Всё его внимание было направлено только на Паучка, который выглядел более уставшим, чем обычно.       Пит молчал, обдумывая ответ. Он знал, что слишком долго думать нельзя, иначе попечитель решит, что случилось что-то ужасное, но как объяснить всю ситуацию, не раскрыв некоторые моменты? Тони терпеливо ждал, уже привыкнув к тому, что Питер всегда тщательно обдумывал свои слова, стараясь больше не допустить конфузов с наставником, как тогда на пароме, хотя это Старка немного, совсем немного, напрягало – они ведь теперь одна семья, ребёнок должен говорить то, что думает, выражая своё мнение и не боясь негативной реакции из-за этого. По крайней мере так должно быть в нормальной семье.       – Там был самоубийца, который случайно чуть не убил маленького ребёнка своим телом, – не подавляя дрожь, тихо ответил Паучок.       Тони поперхнулся кофе.       – Я спас обоих, а потом успокаивал мать, которая желала убить этого человека. Подростка, мистер Старк, – тяжело вздохнул Паркер.       – Кто-то из знакомых? – нахмурился Старк, ставя опустевшую кружку на журнальный столик.       – Нет, – покачал головой парень. – Но он был младше меня.       – Такое иногда бывает, Пит, – вздохнул Тони, почему-то начиная теребить рукав его толстовки, и оглянулся на комнату. – Дети не справляются с давлением в школе – из-за учителей или учеников, или их собственные родители слишком много от них требуют, невероятно строги и придирчивы, или им наоборот наплевать на своих детей, а ещё иногда это сопровождается рукоприкладством. Каждый подросток в какой-то момент думает о… об этом, – его руки остановились и сжали рукав.       – Не все, мистер Старк.       Попечитель взглянул на Питера, в его ясные глаза, светящиеся жизнью, несмотря на усталость тела. Он пережил потерю родителей, дяди, который заменил отца, в детстве, и Тони не представлял, как маленький ребёнок не сломался, как продолжал быть жизнерадостным и открытым. Нет, Питера никогда бы не посетили все эти ужасные мысли, он видел смерть и хотел жить.       – Определённо, – хмыкнул Тони и улыбнулся: – Хотя некоторым, похоже, нравится рисковать своей шкурой.       Он увидел, как ребёнок захотел весело возмутиться, и уже надеялся услышать что-нибудь вроде: «Вы тоже рискуете своей жизнью», – но… Пит внезапно сдулся, задор пропал, осталась только какая-то грусть.       – Всё нормально? – спросил Тони, мгновенно нахмурившись.       Глупый вопрос, по-настоящему идиотский, как будто не видно, что с ребёнком всё не нормально, но миллиардер надеялся, что Паучок внезапно разговорится, может, всё-таки захочет выговориться.       – Да, всё хорошо, – спокойно ответил Питер.       – Ты же знаешь, что я ценю всё, что ты делаешь для людей? – Тони вопросительно приподнял бровь.       – Конечно, мистер Старк! – изумился парень. – Я просто устал.       Паркер чуть изменил положение, всего на пару мгновений повернулся к наставнику прямо, и левая, до того скрытая от его глаз, сторона лица тоже попала в поле зрения мужчины. После того, как Пит переехал к ним, Пеппер обнаружила у своего мужа невероятную внимательность, всё, что касалось ребёнка, Тони подмечал в мелочах, будь это промелькнувшая царапина или блеснувшая в глазах искорка вины в отведённом взгляде. Если твой подопечный, твой сын – Человек-Паук, нужно обладать быстрой реакцией, чтобы успеть подметить абсолютно всё в нём и его поведении.       – Ты устал от патруля или синяка на скуле? – прищурился Старк.       Питер дёрнулся, едва не свалившись с ручки кресла, но понял, что его уже рассекретили, и отвёл взгляд. Наставник по части ранений был одновременно заботлив и строг: если Паучок получал рану в неизбежной драке, она спокойно обрабатывалась, а вот если Пит пытался её скрыть, получал небольшое наказание в виде урезания времени патрулирования – к чести Тони, он никогда не лишал Человека-Паука миссий, а город – своего героя.       – Мистер Старк, это…       Оправдываться внезапно расхотелось. Если он скажет, что это была случайность, то соврёт, а врать мистеру Старку – так себе идея, а если скажет, что это было не на патруле, получит новую порцию вопросов, отвечать на которые не хотелось.       – Это?.. – Тони голосом показал, что хочет узнать продолжение фразы.       Когда Питер нервничал, принимая какое-то сложное решение, всегда сжимал пальцы или выводил ими на своих ладонях узор, и попечитель видел знакомые движения и сейчас. Возникло поганенькое чувство, что ребёнок не может довериться ему до конца, будто боится реакции на свои слова.       Тони вдруг схватил его за ноги и стянул с ручки кресла себе на колени, сажая так, чтобы видеть лицо парнишки. Питер испугался неожиданного движения и чуть вскрикнул, не понимая, куда падает. Обернувшаяся на шум команда увидела довольно милую картину, но затем отвернулась, возвращаясь к своим занятиям. Старк держал руку на коленях своего протеже, не давая ему изменить положение, хотя прекрасно знал, что его паучью силу сдержать не сможет, вот только Питер никогда не сопротивлялся наставнику, будто забывал о своей силе. Сам Паучок, осознавав, что произошло, снова смутился и покраснел. Несколькими секундами позднее пришло понимание, что наставник не стал бы делать такой жест сближения, если бы сердился.       – Мы в школе с одним парнем немного подрались, – внезапно признался Пит. – Из-за какой-то мелочи, уже к концу дня забыли.       Тони понял, что ему откровенно врут насчёт того, что забыли. Поскольку первым Паркер никогда драку не начинал, а обижать не стремился, значит, тому парню что-то не понравилось в нём, возможно, это школьный хулиган. Учитывая, каким Питер был тихоней без костюма, наставник правильно полагал, что именно это было причиной маленькой драки. Единственное, чего Тони не мог узнать, это то, что драки и не было, его ребёнок не стал отвечать на удар; Старк был уверен, что обидчик получил своё наказание. А ещё он ясно видел по глазам мальчишки, что он точно помнит, что ему сказали.       Питер видел взгляд попечителя, откровенно говоривший: «Я вижу, что ты лжёшь», – и уже придумывал варианты возможных событий, когда Тони вдруг отвернулся, тем не менее продолжая держать руки на его коленях. И что он такого сделал, чтобы заслужить любовь самого Энтони Старка? Да, Паучок уже месяц назад усвоил, что это была та самая отцовская любовь, которой ему не хватало, только с учётом того, что его попечителем, а по сути отцом, являлся Железный Человек, его отцовская любовь отличалась особой силой. Им обоим досталось мало отцовской любви, и Старк будто старался это компенсировать.       – Есть когда будешь?       – Что?       Неожиданный вопрос ошарашил Пита. Тони менял тему разговора только тогда, когда она выходила из зоны комфорта, но мальчик совсем не ожидал, что он вот так быстро поставит точку в их разговоре.       – Ты перекусываешь, но, может, ты уже проголодался.       Ванда, Роуди и Брюс удивлённо оглянулись на них. Старк терпеть не мог повторять что-то дважды, особенно с пояснениями, но его общение с этим ребёнком выходило за все рамки обычного старковского поведения. Повторяя дважды вопрос задремавшему или на минуту задумавшемуся или отвлёкшемуся Питеру, поясняя что-то ещё раз или просто по нескольку раз за день прося что-то не делать, Тони не выглядел – а значит и не был – раздражённым, более того, казалось, он считал это единственным правильным вариантом поведения. Паркер постоянно смущался, если попадал в такую ситуацию, и попечителю только путём постоянных обнимашек удалось убедить его, что не считает это чем-то плохим.       – Нет, я… ужина дождусь.       Умиротворение охватило его, едва рука Старка оказалась в его волосах. Это невероятно успокаивало Паучка, и Тони прекрасно знал это. Питер не понимал, почему так сложилось, что именно рука Железного Человека, перебирающая его волосы, так действовала на него. Дядя, тётя, Пеппер – никто из них не имел такого успеха, он просто принимал от них ласку, но не больше. И только рука наставника умиротворяла. Самому Старку тоже безумно нравилось проводить рукой по мягким завиткам своего протеже, ему не раз приходило в голову сравнение Питера и кота, поскольку оба этих существа нуждались в ласке и сами дарили спокойствие.       – Много задали?       Команда замерла, ожидая ответа в некотором напряжении. Этот вопрос каждый вечер звучал в гостиной, хотя обычно задавался с первыми шагами Паркера, так что каждый Мститель мог построить планы на вечер: если задавали много, Пит, а порой и Тони с Пеппер, появлялись только за ужином, а значит команда могла заняться своими делами, если заданий было мало, ужин обычно сопровождался фильмом, и тогда все хотели посидеть в гостиной одной большой компанией.       – Не очень. Одна простая теория и пара десятков уравнений по органической химии, пять задачек по физике, несколько примеров по тригонометрии, где-то с десяток уравнений с логарифмами, потом какое-то упражнение по английскому и маленький рассказ по литературе, который мы должны будем пересказать.       – Ну с такой памятью, я сомневаюсь, что ты не сможешь, – усмехнулся Тони и ласково провёл ладонью по затылку ребёнка.       Питеру захотелось откинуться на наставника и остаться в гостиной, забыв о школе и уроках. Маленькое расстройство тяжёлым днём прошло, если бы завтра был неучебный день, он отложил бы все дела и остался бы с командой. Но, тяжело вздохнув, Паучок встал и пошёл в свою комнату. Чем скорее он сделает задание, тем скорее вернётся в гостиную.       Тони нехотя выпустил ребёнка из своих объятий, подмечая, что его настроение улучшилось. Вот если бы Питер закончил школу, у них бы появилось больше времени для совместных дел, для просто совместного времени. Ему вдруг захотелось пойти и выполнить часть заданий вместо своего ребёнка, чтобы они скорее могли отдохнуть, и мужчина непременно бы так сделал, если бы не тяга его протеже к знаниям, склонность самому понять все вопросы. Нет, он не стеснялся просить помощи, если она была ему необходима, но Тони живо представил возмущение, смешанное со смущением, Питера, если бы наставник предложил ему свою идею по разделению задания. Нет, этот мальчишка определённо был вторым лучшим событием в его жизни, вторым человеком, которого Старк захотел сделать своей семьёй.       Тони нахмурился, внезапно вспомнив синяк ребёнка. Какому уроду взбрела в голову идея поднять руку на Питера? Он хотел бы узнать это, а также причину драки, но понимал, что допытываться у Паучка нельзя, раз он не считает это чем-то из ряда вон выходящим. Тони думал, что теперь обидчик не сунется к Паркеру. Если бы он знал, что происходит с его подопечным в школе, в этот же вечер положил бы конец его обидам.

***

      Пятница началась спокойно, а Тони уже предвкушал просмотр фильма и развернул настоящие дебаты о том, что сегодня будут смотреть Мстители, ещё в три часа дня. Команда пользовалась этим особым хорошим настроением Железного Человека, которое у него обычно начиналось в пятницу и заканчивалось в воскресенье вечером. В этот период можно было попросить Старка о чём угодно, если это не отнимало его времени с подопечным. Пеппер в обсуждении не участвовала, поскольку ещё была на каком-то собрании, Вижен, как обычно, воздержался, зато Т’Чалла, приехавший из Ваканды на эти выходные, активно познавал американские фильмы. В процессе обсуждения Кэрол вдруг спросила, почему они почти не видят Человека-Паука, почему Тони его не приглашает на посиделки, он ведь тоже часть команды. Роуди закусил губу, чтобы не проболтаться и не засмеяться: как друг выйдет из ситуации? Однако Железный Человек быстро нашёлся:       – Я зову. Но он подросток, на примере Пита понимаете, каково это.       Т’Чалла, Ванда и Вижен сразу вспомнили битву в Германии – так вот почему Паук был взволнованной болтушкой. Все знали, что он скрывает свою личность, и теперь причина прояснилась: конечно подростку сложнее защитить свою семью, чем взрослому воину. Роуди усмехнулся, а Тони в ответ едва заметно пожал плечами – он не соврал и не раскрыл ничего лишнего.       Кэрол его ответ, похоже, удовлетворил, и команда вернулась к обсуждению фильмов. Вскоре были отсеяны те, которые никто точно не хочет смотреть, и был составлен небольшой список, из которого потом и будут выбирать фильм для просмотра путём голосования, когда Питер и Пеппер присоединятся к ним.       Двери разъехались, впуская кого-то. Тони хотел пошутить, что Вирджиния не выдержала собрания, но увидел удивлённые и серьёзные лица команды. В голове миллиардера за две секунды промелькнули разные мысли – от визита их госсекретаря до вторжения той части Мстителей, что была вне закона, хотя в таком случае ПЯТНИЦА не должна была их пропустить. Но он не был готов к тому, что увидел, когда повернулся к дверям, к которым до этого сидел спиной: Питер брёл в центр гостиной, прижимая руку к носу, а на ней выступила пара капель крови.       Старк быстро оказался возле Паучка, на лице которого выражалась нечитаемая смесь чувств. Тони осторожно отвёл его руку и увидел разбитые нос, губу, разодранный подбородок и пару царапин на скулах и щеках. Невидимые тиски сжали внутренности Железного Человека, его рука дрогнула. Что случилось с его ребёнком? Наставник кивнул на диван, с которого Т’Чалла, Кэрол и Брюс поспешили уйти, полностью его освобождая, и, пока Паркер садился, достал из одного из шкафов аптечку. Мстители с удивлением смотрели на Железного Человека – они знать не знали, что здесь есть аптечка, а самое главное, почему она вообще здесь была, ведь Питер раньше не приходил раненым из школы.       Тони снял с плеча мальчика рюкзак и силой воли заставил себя не откидывать его, а положить рядом, чтобы ничего внутри не сломалось. Питер был непривычно тихим, просто смирно сидел, пока попечитель обрабатывал его раны перекисью, ощупывал нос, который, к счастью, оказался повреждён всего лишь сверху, и накладывал пластыри. Тони легонько повертел его голову, осматривая на наличие ран на её других частях, и отпустил, ничего нового не увидев.       Пит так и не поднял на него глаз, зато команда с удивлением смотрела на Железного Человека, который обрабатывал раны мальчика так, что казалось, будто он уже давно этим занимался. Мстители, кроме Роуди, не знали, чему удивляться больше: отточенным движениям Старка или ранам Паркера.       Тони тем временем осторожно стянул со своего протеже толстовку, в которой тот постоянно ходил в школу, хотя попечитель давно купил ему несколько новых. Под футболкой Паучка могли скрываться другие раны, но на белой ткани не было капель крови, значит, сначала нужно обо всём расспросить. Зато кожа на обеих ладонях оказалась содрана, и наставник занялся ими, а затем и левым локтем. Парень сопел слабо повреждённым носом, не отрывая взгляд от спинки дивана.       – Где ещё? – спросил Тони, закончив с руками.       – На коленке… Я уверен, это просто синяк, – пробурчал Паркер.       Однако Тони уже задрал обе его штанины в поисках новых ран. Ноги Паучка были целы, ни на одной из коленок не было никаких следов, а значит завтра будет самый обычный синяк. Старк убрал аптечку и сел к ребёнку ближе, осторожно беря его за запястья.       – Пит, что случилось?       О патруле было глупо думать, поскольку мальчик вернулся домой почти сразу поле занятий, он даже не успел бы надеть костюм. Сбила машина? Заступился за кого-то без костюма? Наставник не ждал ответа сразу, однако Питер ответил быстро, что означало серьёзность ситуации.       – Я упал с лестницы перед школой, – тяжело вздохнул он.       Тони машинально сжал его руки сильнее и только через пару секунд ослабил хватку, не желая добавлять ещё синяков на теле своего подопечного.       – В толпе?       – Не совсем, там было мало народу.       – Тебя толкнули? – догадался Старк.       У членов команды были свои предположения, но они предпочитали молчать, никак не вмешиваясь в разговор. Притихший Питер и его разбитое лицо заставляли их хмуриться. За те несколько месяцев, что они его знали, каждый оставшийся Мститель полюбил его, заражавшего всех своим оптимизмом, каждого члена команды морально поддерживал, из-за чего с проблемами справляться становилось проще.       Питер молчал, и Тони понял, что именно ему не хотят говорить.       – Это был тот самый гад, да?       К удивлению Паркера, вопрос прозвучал намного мягче, чем он ожидал, а затем на его щеке оказалась рука наставника. Попечитель не заставлял, Питер сам посмотрел ему в глаза.       – Вы только не убивайте его, – попросил он.       Тони фыркнул, одновременно выражая протест и согласие на просьбу своего протеже. Мужчина вдруг подумал, что часть ран Паучка могла быть не от патрулей, говорить о них Паркер не стал, а значит и о драках в школе никто не мог узнать. Так что же, его Паучка бьют? И, похоже, это продолжается уже довольно давно.       – Ты хоть раз дал сдачи?       Питер снова отвёл глаза. Ну конечно, это же ребёнок с завышенным моральным долгом. Вот почему к нему продолжают приставать. Любой другой подросток, стань он Человеком-Пауком, непременно всем бы рассказал об этом, не стал бы заботиться о простых людях, помогать им, он скорее бы установил свою иерархию в школе, делал бы то, что захотел. Но Питер – это нечто совершенно иное, хотя и не Капитан Мораль.       Тони думал, как помочь ребёнку. Как заставить его обороняться, чтобы он, в это же время, не нарушал собственных правил? Конечно, Старк мог спокойно узнать личность обидчика, явиться к нему и испортить всё его будущее, но тогда Питер в глазах окружающих будет слабым, будет человеком, которому нужно заступничество людей повыше, а Тони вовсе не хотел, чтобы так сложилось.       – Пит.       Парень не отреагировал, ожидая дальнейших слов. Тогда попечитель мягко поднял его лицо на себя за подбородок, и Паучок поднял на него глаза.       – На прошлой неделе ты не ответил на обиду, сегодня тоже. Ты должен понимать, что это не закончится, если ты будешь позволять так обращаться с собой. Сделай так, чтобы твои синяки не выходили за рамки патрулей, миссий и тренировок.       – Но я не могу его ударить. Я же… – Паук сжал и разжал кулак. Приложи он силу, обидчик закончит в больнице.       – Но ты же умудряешься не раздавливать ручку или телефон, – усмехнулся Тони. – У тебя есть чутьё, используй его, чтобы он сам запутался в своей силе и оказался в дурацком положении.       – Я постараюсь, мистер Старк.       Наставник вдруг лукаво улыбнулся.       – Спорим, синяков у тебя убавится?       Питер открыл рот от удивления. Спорить с Железным Человеком о своём состоянии было странно.       – Если я выиграю, ты поможешь мне с новыми репульсорами для брони, если проиграю – каждый день буду отвозить тебя в школу лично.       Тони протянул ему руку, и Пит, едва вникая в суть, пожал её. Роуди, по просьбе друга, разбил руки. Только когда рука попечителя оказалась в волосах Паучка, он осознал, что при любом раскладе будет в выигрыше. Мистер Старк что, специально поставил такие условия?       Когда Питер отправился делать домашнюю работу на понедельник, миллиардер столкнулся с непонимающими взглядами и понял, что в разговоре со своим подопечным, затронув моменты, касающиеся Человека-Паука, дал команде их услышать. Тони спросил: «Что?» – с таким видом, что Мстители поняли, что лезть в это дело не нужно. По крайней мере пока. За просмотром фильма и ужином никто из них не стал озвучивать своих догадок, оставляя тайну тайной.

***

      Питер задыхался, судорожно пытаясь сделать глоток воздуха. Грудную клетку словно сдавили тисками, боль пронзала плечи как раскалённый прут. Из его губ вырвался хриплый стон, он звал, потому что больше не мог терпеть. Голова взорвалась болью из-за множества голосов, люди спорили, пытаясь перекричать друг друга.       Внезапно всё закончилось, боль отступила, воздух ворвался в лёгкие. Голоса стихли, зато раздались спешно приближающиеся шаги, а затем знакомые руки зарылись в его волосы, успокаивая, лаская. Питер прижался к Тони, подрагивающими руками сжимая футболку на его спине.       – Чщ-щ-щ, тише, тише, Паучок, всё закончилось, – раздался мягкий шёпот над ухом мальчика.       Шури выключила прибор и вопросительно посмотрела на брата. Т’Чала, как и остальные Мстители, молча наблюдал за Железным Человеком, о чём-то шептавшимся с Человеком-Пауком. Пятнадцать минут назад команда узнала, что этот таинственный герой каждый день был с ними, что это – их любимый Паркер. Те, кто догадался две недели назад, после того, как школьный хулиган толкнул Пита на лестнице, просто наблюдали, а те, для кого новость стала сюрпризом, с затухающим неодобрением косились на миллиардера.       Когда Мстители скручивали террористов, Человек-Паук выводил гражданских с территории огня, защищая их от ран. Последний прозвучавший выстрел оборвал какой-то трос, и парня завалило кусками здания. Железный Человек еле вытащил израненного подростка, которому срочно была необходима медицинская помощь, и за две минуты было решено отправиться в Ваканду, с чем помог Стрэндж. Шури велела снять костюм, чтобы машина могла излучением помочь с ранами, и Паучку пришлось терпеть боль исцеления без наркоза. Возгласы по типу «наш Питер – Паук?!» наполнили её лабораторию, и пока сам Паркер исцелялся, команда чуть ли не с возмущением спрашивала, как Старк только позволил ребёнку заниматься такой опасной деятельностью. Тони, заранее приготовившийся к подобной реакции, показал давние записи, на которых Человек-Паук полгода рисковал свернуть себе шею без костюмов и поддержки гения-миллиардера, и спокойно заметил, что теперь имеет возможность приглядывать за юным героем, помогать ему и следить за его ранениями. Вопрос, как и возмущение, был исчерпан, потому что всем было известно, как Паучок стремится участвовать в миссиях наравне с остальными.       – Как ты? Только не говори: «Нормально».       Питер слабо улыбнулся, всматриваясь в обеспокоенные глаза наставника. Ему не нужны были отмашки, он желал знать даже самую слабую боль своего подопечного.       – Намного лучше. Устройство Шури – просто чудо. Боли нет, – добавил он, предугадав вопрос попечителя.       Тони чуть фыркнул и пересел поближе. Пит потянулся головой за его ладонью, и Старк сразу зарылся пальцами в его завитки, попутно опуская его голову на подушку.       – Мистер Старк, а ведь вы были правы, – сказал Паучок и немного поёжился.       Попечитель снял свою олимпийку и накрыл его ей. Ребёнок почему-то начал мёрзнуть, хотя в Ваканде было довольно-таки жарко.       – Насчёт чего, Пит? – его пальцы гуляли по голове Паркера, успокаивая, даря поддержку, показывая любовь.       – Насчёт уменьшения синяков в школе. Получается, мне теперь нужен пропуск в вашу мастерскую.       Паук улыбнулся, показывая, что знает, что наставник поставил такое условие специально. Тони фыркнул, нежно улыбаясь, и поцеловал его в лоб. Он уже давно хотел оформить подопечному пропуск, чтобы ему не приходилось ждать наставника.       – Ты увернулся или всё-таки разбил ему что-нибудь?       – Он врезался в шкаф, – судя по виду Питера, ему не очень нравился такой расклад, но он не мог не признать, что школьный заводила отстал от него после нескольких неудачных попыток и весьма больных влетаний в стену или падений на пол.       Тони выглядел довольным, радуясь, что хоть в чём-то его протеже послушался совета относительно своей жизни. Он всё перебирал его волосы, слушая рассказ о том, какая это была захватывающая миссия. Человек-Паук радовался, сколько жизней успел спасти, как хорошо помог Мстителям, а Старк радовался, что ребёнок жив. Он бы не простил себе, если бы Паучок пострадал, но подросток сам в это влез, и попечитель понимал, что не имеет права отговаривать его.       Паркер вдруг замолчал, уставившись за спину наставника. Тони резко обернулся, на мгновение решив, что кто-то напал. Но это оказался всего лишь доктор Стрэндж, стоявший с чуть обеспокоенным видом.       – Шури говорит, Питер быстро поправится, я подумал, что Паучку комфортнее будет выздоравливать дома, – маг улыбнулся.       Глаза Питера округлились от ужаса, он нервно сжал руку попечителя. Только сейчас он понял, что тайна личности Человека-Паука Мстителям теперь известна.       – Ты смог удивить команду, Питер, – ободряюще улыбнулся Стрэндж, словно прочитал его мысли, – мы рады наконец познакомиться с Паучком и гордимся тобой. Так что скажешь: вернёшься в свою комнату?       Пит медленно кивнул, и Тони, захватив костюм Железного Паука, взял мальчика на руки. Тот вцепился пальцами ему в плечи и уткнулся лбом в его шею – всё-таки раны ещё не до конца зажили. Мстители попрощались с Шури и Т’Чалой, который попросил держать его в курсе здоровья Паучка, и вошли в открытый Стрэнджем портал. Они очутились в гостиной, испугав Пеппер внезапным появлением, и остались там, чтобы пояснить ей, что же происходит, пока Старк пошёл со своим подопечным в его комнату.       Питер сразу закутался в одеяло, едва коснулся кровати, и Тони, убедившись, что в ближайшие пять минут ребёнок справится без него, куда-то ушёл. Парень смотрел на потолок и думал, что с раскрытием личности команде получилось не так уж и плохо, в конце концов это должно было когда-нибудь произойти. Согреваясь, он чувствовал слабость – сначала активные прыжки, затем погребение под камнями, а после машина Шури, которая при заживлении ранений причиняла ему невероятную боль, чем принцесса была удивлена, хотя всё дело оказалось в его метаболизме.       – Эй, малыш, ещё не спишь?       Наставник показался с кружкой в руках, и Питер помотал головой. Тони сел рядом и протянул ему горячий шоколад. Со смущением и восторгом его протеже сел на кровати и обхватил кружку, начиная осторожно пить. Нет, этот ребёнок был неисправим, сколько бы раз попечитель ни приносил ему что-нибудь, Паучок всегда смотрел на него этим полным восторга, лёгкого удивления и смущения взглядом.       – Если захочешь ещё – скажи. Твой запас крови нужно пополнить, – мужчина мягко провёл рукой по голове своего протеже, тот лишь кивнул.       Старк увидел проступившие синяки на плечах и руках мальчика, большие, тёмные и очень больные. С его-то регенерацией они пройдут быстро, но Тони захотел оставить подопечного на больничном подольше, в конце концов так у них будет больше времени, чтобы проводить его вместе. Но, зная Пита, он начал придумывать, как уговорить его на такие каникулы.       Паркер тем временем поставил опустевшую кружку на прикроватный столик и снова лёг. Попечитель накрыл его одеялом и случайно задел один из синяков, от чего ребёнок зашипел, зажмурившись. Миллиардер разозлился на себя: как можно быть таким неаккуратным?       – Прости, Пит, я не хотел, – Старк, не зная, как усмирить боль, нежно прикоснулся губами к синяку.       Мария Старк, его мать, делала так, когда Тони был маленьким, и ему это помогало. Со стороны Железного Человека повторение такого хода смотрелось донельзя странно, но что поделать, если именно он оказался самым близким Питеру существом.       – Ничего, мистер Старк, тем более уже прошло, – улыбнулся Паучок, не понимая, как реагировать на последовавшее за словами наставника действие.       Тот зарылся рукой в его волосы. Как он смог заслужить такого ребёнка? Они были друг для друга жизненно необходимы и интуитивно понимали, что если погибнет один, то второй умрёт от горя. Вот почему Питер старался не ввязываться в откровенно опасные истории, вот почему Паучок давно перестал скрывать раны, вот почему Тони всегда держал его в курсе ситуации, если отправлялся на миссии без него. Миллиардер знал, каково это – потерять родителей, знал и Питер, а потому Старк понимал, что, потеряй парень снова родительскую фигуру, он точно сломается.       Тони неслышно вздохнул, вырывая себя из грустных мыслей, и как-то машинально прикоснулся губами к другому синяку, на предплечье ребёнка. В этом месте, будь это рука обычного человека, мог быть перелом.       – Мистер Старк, вы же не собираетесь… так со всеми моими синяками? – осторожно и с небольшой опаской поинтересовался Паркер.       Тони еле слышно фыркнул. «Так» заменяло «целовать», но Пит явно не мог заставить себя это сказать, просто потому, что это было непривычно, странно.       – Может быть и собираюсь, – весело улыбнулся попечитель. Если его протеже не хотел спать, можно было и посмеяться.       – Вы не сможете, – изумлённо отозвался Паучок.       – Это почему?       Питер порозовел. Он точно не спит сейчас? Разговор был странный, хотя в какой-то степени приятный этой отцовской заботой наставника о нём, как обычно выходившей за рамки нормальных отношений сыновей и отцов.       – Потому что их очень много.       Тони вдруг осенило, что представился нормальный способ посадить Паучка на двухнедельный больничный, такой, что парень сам будет его честно соблюдать. Старк хитро прищурился.       – Спорим?       Глядя на протянутую руку попечителя, Питер подумал, что ситуация весьма абсурдная. Мама, конечно, так тоже делала, но ведь это была мама, а тут – мистер Старк. Заменивший отца и теперь знавший абсолютно все секреты своего подопечного. Паучок вдруг понял, что Тони опять поставит условия таким образом, что его протеже в любом случае будет в выигрыше. Но почему-то очень захотелось проиграть. Кроме того, у него только руки и плечи были покрыты синяками.       Тони увидел, что ясные глаза ребёнка загорелись задорным огоньком, который не скрывал сыновней любви, впервые вдруг так ясно выступившей, и подумал, что ему очень повезло с сыном.       – На что спорим, мистер Старк?