Перекрёсток

После недолгого, но столь утомительного секса Мисаки крепко заснул. А когда проснулся, то обнаружил что находится уже дома. Акихико как-то умудрился донести его сюда, чудом не разбудив. «А где Усаги?» - спросонья подумал Такахаши, - И сколько сейчас времени??? Надо продолжить поиски», - но неожиданный звук СМС утихомирил его панику. Мисаки принялся искать свой мобильный и, найдя, открыл крышку. На экранчике высветилось сообщение от Тодо. Взволнованно прочитав его, Мисаки охнул, потом приказал себе не нервничать, стал натягивать на себя первую попавшуюся футболку и покинул апартаменты. Вскоре Мисаки оказался около того самого кафе, в котором они разговаривали с Тодо в день Святого Валентина. Его друг сидел за те же самым столиком. - Тодо! - радостно воскликнул Мисаки, плюхаясь напротив него на стул. Глаза прямо сияли от счастья. - Привет - тихо произнес Тодо и махнул официантке. Та подошла и спросила: - Что желаете? - Саке, - произнес Шинсуке. Девушка кивнула и удалилась. Мисаки удивленно посмотрел на друга и сразу начал осыпать вопросами: - Ты решил напиться? - но сразу же следующее, более волнующее его: - Где ты был? Почему не отвечал? И что это было за сообщение??? Что вообще случилось??? Шинсуке был готов к подобным расспросам, поэтому дождавшись, когда принесут заказ, упорно молчал. Как только бутылку поставили на стол, брюнет сразу же взял ее и, отпив приличный глоток, ответил: - Ненавижу это день! День влюбленных… - Почему? Причем тут он? - не понял Мисаки. Парень лишь пробурчал что-то непонятное и продолжил пить. - Знаешь Тодо, тебе вредно пить, - произнес Мисаки, - Тебя бросила девушка? Из-за этого ты исчез? Или из-за того случая? - Ага… То есть, да бросила… «Девушка, ага!» - Какого случая? – встрепенулся тот. - Ну…когда я был у тебя. Ты сказал, что я напился и вел себя, скажем так, неправильно… - Такахаши стал заметно краснеть, но Шинсуке сделал вид, что не заметил и ответил. - А забудь… Это все алкоголь… - Извини… - виновато произнес Мисаки, - Но что случилось? Рассказывай, а то я не понимаю… Тодо вдохнул и, допив последний глоток, произнес: - Я просто решил отдохнуть, - голос чуть дрогнул. Саке не помогло ему открыться. Тодо так не набрался смелости рассказать все другу и решил наврать. - Мисаки, прости, я так психанул. Была депрессия, - продолжил дальше сочинять Тодо, лишь бы тот поверил и успокоился. Но и Такахаши оказался не прост, он требовал полного изложения. Шинсуке начало это бесить, и он перешел на грубую форму разговора: - Не твое дело… - резко сказал он Мисаки. - Тодо… Брюнет усмехнулся, показывая всем своим видом, что ему не хочется говорить на эту тему и изменил тему на более простую: - А как ты? Все хорошо? Как Усами? Такахаши сначала ничего не мог ответить, так как бы растерян, но увидев, что его друг вроде успокоился, начал рассказывать. Выслушав его, Тодо немного разозлился, ведь у Мисаки все было хорошо, по-прежнему, рядом любимый человек… Его начала душить зависть и он резко встав, вымолвил довольно громко: - Я должен тебе кое-кто рассказать, но не здесь!

***

По пути домой, темноволосый юноша задумался о том, как ему удалось встретиться с Такахаши. Это была самая безумная неделя - он с головой окунулся в это одуряющее пьянящее чувство, голова шла кругом, стоило только оказаться в постели мужчины. Идзюин-сенсей с какой-то жадностью мучил бедного парня. Иногда мужчина с трудом мог дождаться окончания занятий, и как только Тодо приходил, тот резко нападал на него. Юноша громко, вскрикивал от такого грубого объятия, но тут же, подстроившись под него, смиренно начинал раздеваться. После каждого очередного секса, он закрывался ванной и громко плакал. «Я бы мог прогулять занятия и сбежать, я мог бы позвонить Мисаки, я мог бы…» И вот все эти желания так и остались невыполненным, а он стал собственностью Коу. - Что, зализываешь раны? - спросил как-то раз его Коу застав его за очередным самобичеванием. - Какое вам дело?! Даже если и так…. – юноша громко всхлипнул и снова погрузился в тяжелые и невеселые раздумья о том, как вырваться из этого сексуального рабства, в которое он попал. - Ой, у нашего мальчика все болит… - начал глумиться мужчина, - Давно надо было привыкнуть. Тодо сидел, молча, смотря на издевающегося над ним Коу. Целая гамма чувств бушевала у него в душе: стыд, страх, смятение, все. Неудивительно, что теперь его поведение резко изменилось - он замкнулся в себе, отгородился высокой каменной стеной, не хотел никого видеть и разговаривать, подолгу сидел в одиночестве. И когда он, наконец, в один прекрасный день вырывался и встретился с Мисаки, то решил что все…он положит этому конец. Ведь из-за его трусости пришлось: 1. Забыть своего лучшего друга, кинуть его и соврать насчет всего. 2. Взять отпуск в учебе и забросить секцию кендо. 3. Слушаться во всём сенсея и потакать ему. 4. Стать почти что его рабом… Попытки сбежать, исправить, остановиться, провалились. Каким-то образом Коу заранее предугадывал его действия и все рушилось. Один раз он тайком ушел пораньше с занятий, парень вернулся в дом сенсея и стал обыскивать. Он знал, что тот ушел в издательство, поэтому он мог спокойно разобраться во всем и сбежать. Он нашел свой телефон в одном из ящиков и включил его. В это тот момент вернулся Идзюин и застал его на месте преступления, проучил так, что теперь Тодо боялся лишний раз повторять подобное. Шинсуке тоже очень злился, но вместо криков - сдавался. Только не в этот раз. Подойдя к брюнету направил на него указательный палец и не отрывая своего взгляда от него глаз, очень медленно начал облизывать его, затем его сосать так, как будто делал минет. Тот улыбнулся, но взгляда не отвел, а наоборот его глаза широко распахнулись, дыхание начало учащаться. Тодо, пристально глядя на мангаку, облизнул пересохшие губы, придвинулся к нему вплотную и дотронулся своим пальцем до губ сенсея. Мужчина одобряюще кивнул и высунув язык, облизнул его палец. Тот взял и просунул палец в рот мужчине и тот начал его посасывать и щекотать языком. - Вам нравится? Теперь позвольте мне сделать все то, чему вы меня научили, - прошептал юноша, рука начала опускаться вниз. Брюнета это возбудило, но он старался помнить, для чего он сейчас это делает. Тодо поспешно расстегнул ремень, вытащил из-под него рубашку и дернул так, что пуговицы, вырванные с кусочками ткани, посыпались на пол. Он нетерпеливо стянул ее и откинул ее в сторону, затем толкнул Коу в грудь, опрокидывая его на спину и наваливаясь сверху. - Идзюин-сенсей, у меня никогда еще не было такого любовника, - прошептал Тодо,- Мне это будет интересно проверить, сколько еще раз вы испытаете оргазм. - Ого. Вот это слова, - произнес мангака, - Решил взять меня? Ну что ж попробуй, - а сам рассмеялся про себя. «Не получится…» Тодо улыбнулся, провел рукой по его бедрам и сев на него, начал быстро раздеваться сам. Когда последняя часть была снята, и он предстал перед ним полностью обнаженным, мужчина невольно залюбовался. Шинсуке ощутил себя в этот момент очень комфортно под пристальным взглядом мужчины, который рассматривал его тело. - Продолжай… - подсказал ему мужчина. И тут брюнет поменялся в лице. - Да? А больше вам ничего не надо, Идзюин-сенсей? - усмехнулся Тодо. Коу удивленно приподнял бровь, взглянув на стоящего обнаженного парня, глумливо усмехающегося, который наклонился к нему, поцеловал взасос и прикусил ему язык. - Тодо, ты псих, - ошеломленно произнес Коу, - Больно же! - Больно? - засмеялся Шинсуке, - Это вы псих, Идзюин-сенсей! - и поднял руку, но не для удара. Мужчина увидел, что в ней был зажат его телефон. - Как? - Вы слишком увлеклись. Забылись… До этого времени когда вы доминировали, он всегда был под вашей защитой и я никак не мог его заполучить. А теперь вы потеряли бдительность и решили расслабиться…. Думали, я сам все сделаю? Как бы не так! Все будет теперь по-другому!. Коу поднялся и потянулся к телефону, готовясь вырвать. Рука коснулась серебряного корпуса, но рука парня ушла в сторону, выпустив телефон. Выскользнув из пальцев, мобильный полетел на пол. Секунда и он разбился. Коу кинулся было к нему, но Тодо наступил на телефон ногой, смешивая с полом. - Тодо, какая же ты сволочь! - прошептал Идзюин-сенсей. - Это вы сволочь! - продолжая улыбаться, произнес Тодо, - Помнишь, ты ночью спросил меня, зачем я согласился спать с вами? Я защищал Мисаки. Теперь я могу ему спокойно, либо признаться, что ты со мной вытворял, либо молчать Вы были хорошим учителем, но на это я вынужден сказать вам «Идите куда подальше!», - и показал средний палец.

***

Тодо же оказавшись на улице, решил, как следует выспаться у себя дома и поставить крест на прошлом. Но это оказалось сложнее, чем он думал. Дома он хоть и радовался свободе, и даже заранее подстраховался, чтобы Коу не посмел больше к нему придти. «Но ведь все теперь стерто. Он не сможет меня шантажировать. Я могу пожаловаться на него…» - он лег на диван и заснул. Как только он закрыл глаза, перед глазами возникли не самые приличнее сцены. Парень распахнул глаза. «Он даже во снах меня преследуют! - подумал со злостью Тодо. - Черт, так не может продолжаться. То, что он делал, это был ненормальный секс. Мне нравилось вроде…. Но я всегда хотел заниматься нормальным сексом, а не этим грязным извращением, после которого испытываешь чувство брезгливости к самому себе и ощущаешь себя грязным и униженным». Он так и пролежал без сна до утра, в голову лезли всякие мысли, то о Мисаки, то о чертовом сенсее. Дошло до того что его гормоны разбушевались и парень оказался лишен возможности настоящего секса, он начал придумывать разные способы самоудовлетворения, но быстро утомился и уснул с первыми лучами солнца. Днем, только что проснувшись с сильной эрекцией, решил снять напряжение. И так каждый день в течение трех дней. Когда он дрочил, то представляя половой акт с Коу. После того, как кончал, ругал себя за это, но не знал, как остановиться. Но все повторялось, снова и снова и Тодо понял, что это самая настоящая зависимость. Как наркотик, сильный и мучительный настолько, что импровизированный секс перестал доставлять удовольствие. Шинсуке был вынужден сознаться самому себе, что ему больше нравиться, когда трахают его, он уже начал мириться с мыслью, что он самый настоящий пассив, однако так прошел еще один день и он всё же решил встретиться с Мисаки. Однако теперь его взгляды и положение вещей сильно изменились. И ему стало наплевать, поймет это Такахаши или нет. - Черт, надо прекращать с этим, - лениво думал Тодо,- Пора уже вернуть нормальные отношения с Мисаки, Надо ему все рассказать и признаться… Признаться???

***

Мужчина взял отпуск. Поняв и смирившись с тем, что все теперь потеряно, он решил вернуться к прежнему образу жизни, забыть Мисаки, Тодо и все что, было. Да возможно скоро к нему придет Мисаки, чтобы выговориться со злости, или Усами, чтобы набить морду. А может даже придет начальство, чтобы уволить…. Но не Тодо, которого он ненавидел сейчас больше всего, но понимал, что успел за это время привязаться к нему без всяких задних мыслей. «У нас был только секс… Я не мог в него влюбиться!» Делая уборку по дому и размышляя о том, что же на самом деле он испытывает к этому парню. В столе одного из ящиков он нашел что-то типа блокнота, листы бумаги были неряшливо скреплены. Он стал с любопытством рассматривать записи. Это были заметки Шинсуке. Планы побега, всевозможные варианты. О многих он даже не знал, но суда по зачеркиваниям, они не устраивали Тодо. Мангака даже посмеялся вслух, и продолжил листать. Дойдя до последней страницы, он нашел еще одну, но почему-то сложенную пополам. Раскрыв ее уголки, мужчина начала читать. От некоторых приложений даже вздрогнул, содержание было жестоким, порой даже слишком. Это оказался дневник его жертвы. Всего одна страница, но столько красноречивых и грубых слов. Очевидно, он писал это после их секса. Идзюин-сенсей даже начала нервничать, хотя понимал, что этого не будет. То, что произошло, уже случилось. И это было самой первой угрозой. Шантаж. Но слабый. Так почему уже его жертва не осуществила все это? И тут он прочитал, то чего не следовало читать. Там Тодо писал о Мисаки… Мужчину сковал шок от прочитанного… Что случилось? Как такое произошло? Это из-за того что он затащил мальчишку в постель или же… Шинсуке по своей воле стал таким?

***

«Это я и должен сделать!» - решил парень, ведя своего друга к себе домой. Потом незаметно закрыл дверь на замок и предложил присесть. Мисаки послушно сел и с любопытством стал таращиться на него, ожидая того, что друг хотел ему рассказать. Тодо присел рядом, схватил его за плечи и громко сказал: - Я тебя люблю! Тот захлопал глазами и почему то рассмеялся: - Что? Это не смешно, Тодо... - А я и не смеюсь! - ответил юноша и приблизился к нему. Шинсуке твердо решил, что пора переходить к более решительным действиям, иначе он просто потеряет все, теперь он тоже сможет ему дать то, что он так хочет и пообещал себе что сегодня обязательно переспит с Мисаки, и поставит большой жирный крест на своем прошлом. Он-то не такой как Идзюин, он нормальный и у него уже есть друг, которого он любит, и все у него сегодня получиться, а там видно будет... Брюнет хотел поцеловать Такахаши, но тот отпрянул и в лоб задал Шинсуке вопрос о том, что с ним происходит. Раньше бы Тодо застигнутый врасплох, смутился и отчаянно пытался найти отговорку, но не сейчас. В этот момент ему хотелось просто прибить его за то, что он сует нос не в свои дела и мешает его планам. Но если его просто послать и сказать чтобы не лез в его личную жизнь, Мисаки сам рано или поздно обязательно докопался до истины. Поэтому сейчас, Шинсуке вспылил: - Ну что за хрень, а? - в голосе прозвучало разочарование. Такахаши ничего не ответил. - Это же полный идиотизм! - Шинсуке сорвался на крик. - Я не понимаю, что происходит… - сказал Такахаши просто, не пытаясь оправдываться или извиняться, - Ты ведешь себя странно. - Хорошо. Прекрасно. Тем легче мне будет сделать то, что я должен. Сейчас я тебе все объясню. Такахаши ожидал, что он все сейчас объяснит, но Шинсуке поступил по-другому. Он не вскочил, а, наоборот, медленно-медленно приближаться к Мисаки, справедливо полагая, что тот не убежит. Он не боялся испортить то хрупкое взаимопонимание, которое им удалось выстроить. Но с другой стороны… с другой стороны, лучше жалеть о сделанном, чем о несделанном. Тодо приблизился к Мисаки и, теперь уже быстро и порывисто, схватил его руку, повернул ее чуть-чуть и прижался губами к подушечкам тонких пальцев. Мисаки вздрогнул, но, не сказал ни слова. Несколько секунд Шинсуке так и стоял, приглядываясь к эмоциям друга. – Что ты делаешь, Тодо? – лицо стало более сосредоточенным, но никак не злым. – Целую. И жду, когда ты отдашься мне прямо здесь и сейчас, – брюнет нервно хихикнул. – Зачем? – юноша все еще ничего не понимал. – Хочу, – терять уже было нечего, и он что есть силы прижал ладони Мисаки к своим щекам, – Мне это нужно. – Нет, не нужно, – вот теперь Мисаки испугался, резко выдернул ладонь и сложил руки в замок, словно защищаясь от возможных будущих попыток. - Ты точно в порядке? Я беспокоюсь… - Ну-ну, - произнес Тодо спокойнее: он услышал лучшее, что мог услышать в реальности, а не в мечтах. Заботу. Мисаки, конечно, повел себя как обычно, но он беспокоился за него по-настоящему.… А, ему не нужна была сейчас эта забота. Раньше надо было заботиться… Шинсуке на секунду задумался и обнял его, вкладывая в это объятие всю свою горячность, все одиночество и страх. Ухитрившись не разорвать их, Тодо запустил руки в волосы, теребя и оттягивая их – боже, как же сильно ему хотелось это сделать, и вот, наконец, он может, он может сейчас все! Такахаши едва слышно застонал от боли, подстегивая этим еще сильнее, пугая юношу. Тот Шинсуке Тодо, которого Такахаши знал, сейчас был словно другим человеком. Вряд ли сейчас можно было узнать, какие из черт его характера остались прежними, а какие изменились. Тодо казался другим, но Мисаки хотел знать гораздо больше, прежде чем объявить его безопасным. Правильнее всего было бы оставить того в покое на какое-то время, но, в конце концов, тому придется поделиться подробностями, даже если они неприятны. - Тодо…. Прекрати, отпусти… Глядя на вырывающегося друга, Тодо еще больше разозлился и был возмущен тем, что ему не дают сделать то, что он затеял. Сейчас ему даже не хотелось целоваться, а просто повалить и взять силой. Шинсуке прижал его к стене и попытался впиться в губы, но тот, наученный опытом, вырвался и стал бить его рукам, крича, чтобы тот прекратил, что ему это не нравится, что он уходит. Когда Мисаки направился к двери и потянулся к ручке, Тодо бросился следом и придавил того к двери. Такахаши ойкнул, стукнулся носом о дверь, сполз вниз, хватая в воздухе ручку. Пальцы сомкнулись на ней, и дернули, но ничего не произошло. - Закрыто... - не веря вымолвил он и дернул еще раз. - Дверь закрыта, – прошептал ему в ухо Тодо, присев рядом с ним. Такахаши поднял голову и уставился на Тодо. Тело немного дрожало. А тот сидел, изучал, как какую-то редкостную ценность, если, конечно, ценности принято изучать таким затуманенным желанием взглядом. Мисаки передёрнуло от такого взгляда. От такого интересующегося… пожирающего заживо. Набравшись решимости, он произнёс, глядя с укором, возможно, на бывшего друга: - Открой дверь! Тодо лишь ухмыльнулся. - Зачем? - Как зачем? Я хочу уйти! - Правда? Хм… а я не хочу, чтобы ты уходил! – он притянул к себе Такахаши и впился в его губы жестким поцелуем. Мисаки широко распахнул глаза и уставился на друга, невзначай отвечая на поцелуй. Тодо же, не открывая глаз, наслаждался этим моментом всеми клеточками своего тела. Он ждал этот поцелуй… и наконец, заполучил его! О это сладкое чувство, расплывающееся по сердцу… Мисаки, опомнившись, оттолкнул от себя искусителя и попытался отдышаться, но ему не дали этого сделать, опрокинув на живот и нависая сверху. - Тодо… - Сегодня всё будет так, как я хочу! – хищно прищурившись и улыбнувшись произнёс Шинсуке. Он приблизился к шее парня и хотел впиться в неё, но вдруг, в кармане завибрировал его мобильный. Лёгкая мелодия отвлекла Тодо и он отстранился от тела теперь, наверное, бывшего друга. Такахаши же вздохнул с облегчением. Брюнет вытащил телефон и увидел на дисплее знакомое имя. Хмыкнув, он нажал отбой и выключил его.