Мзга

Бритоголовый, то есть, Клим, познакомил меня со «своими», и всего за неделю, я заметил одну странность: некоторые из них не общались и даже враждовали друг с другом. Это противоречило его словам о их сплочённости и у меня неумышленно закралась мысля: «а не пиздит ли он?» Карла, например, общалась только с Климом и Ханной - старшеклассницей. Даниэль - мальчишка двумя классами младше, только с нашей Софией, что было аналогично. Мария - белокурая девка, тоже из младших классов, только с Климом. Стефан общался со всеми, но недолюбливал Волкова и неровно дышал к Карле. Даже Клим общался далеко не со всеми. Они не посвещали меня в свои дела, а главная парочка в классе, коими являлись зэк и ворона (так я их прозвал) этого даже и не скрывали. Даже не знаю, кто из них староста, а кто помощник. Я старался поддерживать хорошие отношения со всеми, но это не так уж и просто. Особенно, когда ловят на каждом слове и следят за каждым шагом. А если ляпнешь что-то лишнего - сразу большие разборки. Один из случаев, я точно когда-нибудь припомню этой шайке. Они сначала сделали вид, что уже приняли меня в свою «банду», даже проверку устроили. Только вот, на этой проверке, ничего не закончилось. За ней последовала следующая, ещё одна, и ещё одна, а за ещё одной — пред замыкающая и замыкающая. С таким успехом, они повесили на меня все школьные проступки за месяц и я едва не вылетел из школы, благодаря этим подонкам. Послушно молчал, кивал головой, соглашаясь с обвинениями в кабинете директора, но внутри меня бурбулило и зарождалось что-то совсем не хорошее, чёрное, готовое переполнить меня и вылиться через рот, прямо на головы дружного коллектива и стукачей-учителей. Конечно, я мог стать изгоем и сидеть ниже травы в захарканном позорном углу, но я решил терпеть. Хорошо, что вызванная в школу бабушка договорилась с директором. Я догадываюсь, как она договорилась с ним. У нашей семьи очень хорошие связи и только безумец осмелиться намеренно перейти нам дорогу. Одним утром, я даже не планировал начинать серьёзный разговор с Климом, но тот курил за школой один, и я не смог не подойти. Другого момента могло не представиться. Курил он всегда один, редко и долго растягивал одну сигарету, а это значит, деньги шли к концу. Почему-то, беседу, я сразу начал с темы «дружного» коллектива. — И мне кажется, что ты напиздел мне,— слова сами вылетели из меня, как из пулемёта, такого тона, я даже сам испугался, но Клим только равнодушно зырнул на меня и выпустил дым в лицо. — Я не имею права пиздеть? — Ответь на вопрос. Бритоголовый задумался, подозрительно посмотрел на меня, словно взвешивал, какого количества информации я достоин и достаточно ли хорошо проявил себя. — Мы все разные, — монотонно заговорил Клим, стряхнув пепел, и я почувствовал, как он ещё колеблется насчёт меня. — Но есть одно обстоятельство, которое сплотило нас. Мэр. Так мы его называем, хотя он им не является. Эта гнида главная над нашим посёлком. Он подозревает нас в убийствах. Кого-то застукал не в том месте, у кого-то что-то нашёл. Поставил всех на учёт. Сука в общем. — Мэр? — удивлённо спросил я. — Как обвиняет то? — Гнида словно момент поджидает. Один раз, я пришёл домой, а он там моей мамке уже напел про подозрение в убийстве. Мать потом неделю с давлением маялась, а у неё и так здоровье ни к чёрту, — зэк выкинул окурок, раздражённо придавил его носком тяжёлого ботинка и сунул руки в карманы. — В общем, не удивляйся, если тебя неожиданно к мусорам поведут. — Он сотрудничает с милицией? Клим посмотрел на меня, как на дурочка, улыбнулся, и не сдержавшись, озвучил свои мысли. Про убийства в посёлке, я наслышан, и слышать больше не хочу. Дальнейший разговор не клеился, и я, постояв немного, ушёл на занятия. Первым была физкультура. Обычно, я занимаюсь в паре с вороной. Её дружок не ходит на первые уроки, поэтому, ей всё равно с кем работать в паре. — Хватит вынюхивать, как псина! — рявкнула Карла, как только ей предоставилась возможность отработать со мной подачу мяча. — Сильно пожалеешь, если продолжишь. Мяч отбил мне руки. Было одновременно смешно и страшно. С одной стороны, мне угрожает девушка, а с другой, очень злой, мстительный и агрессивный человек. Было всегда очень непривычно видеть её в спортивной форме. Ворона была болезненно тощей, но спортивной. Юбка по щиколотку сидела на ней намного лучше: самодельные разрезы до колен открывали обзор на ножки, когда та спешно поднималась или спускалась по лестнице. Мне было интересно, что такого в ней находят парни. Чаще всего, про понравившихся девушек говорят: она добрая, красивая, сексуальная, спокойная, но ничего из этого, не подходит под описание Воронцовой. Может, бесстрашие и прямолинейность? Бред какой. Я, как и многие парни, предпочёл бы видеть рядом с собой хрупкую девушку, которую есть желание защищать и оберегать, может, даже склонную к лести. Это резкое и хабалистое чучело не в моём вкусе, подумал я прежде, чем сильно надутый мяч прилетел в затылок. Почему я ей позволяю так с собой обращаться? На следующее занятие, я пошёл не в лучшем настроении. Карла допытывалась о разговоре с зэком и даже вывела меня из себя. Мне было трудно удержаться, чтобы не врезать по противной вороньей морде. И дело не в стереотипе, что девушек бить нельзя. Меня бы, после этого, точно парни заживо закопали. Когда зашёл в класс, я ни с кем не разговаривал, записал тему занятия и делал вид, что слушаю учителя, пока на глаза не попалась муха. Я без труда поймал её. Уже не помню, где мне удалось раздобыть нитку, но всё оставшееся время, я запускал привязанную за голову муху. Это даже успокоило меня, как и рядом сидящего со мной Казанову, который довольно быстро включился в процесс «игры». Стефан — мой сосед по парте, любит литературу, можно даже не объяснять почему. Учиться он средне, но без двоек, в отличии от меня. Он более хорош в точных науках. Как-то раз, на уроке математики, я заглянул в его тетрадь, чтобы списать пример, но тот ничего не записывал, а рисовал обнажённых женщин на вырванном листе бумаги. Таланта у него был. Выходило правдоподобно и детально, словно он видел их каждый день, и отнюдь, не на картинках. Я часто замечаю, как он ухлёстывает за девочками постарше. Понимаю, что это не серьёзно, но то, как он смотрит на Воронцову — совсем другое дело, он задерживает дыхание, когда она читает стихи и иногда помогает ей с точными науками, причём, напрашивается сам. Лично мне, блевать от этих невзаимных соплей хочется. На задней парте сидит София, уделяющая большое внимание своему внешнему виду: всегда с укладкой и какими-то украшениями за которые её ругает наш завуч. Терпеть не может сокращения своего имени. Постоянно смотриться в зеркало. Она такая чудная, если смотреть со стороны. Когда она искренне смеётся или злиться, сразу достаёт зеркало, рассматривая свои эмоции и "прирождённый артистизм". Слышал, что у неё какие-то комплексы на этот счёт. Когда я выхожу из школы, каждый раз натыкаюсь на старшеклассников. Они противно смеются, харкаются куда придётся и подшучивают над идущими со школы младшеклассниками. В этой кучке, всегда можно найти подругу нашей вороны. Ханна — настоящий гопник. Тусуется только с парнями или Карлой. Наглая, всегда грязно ругается и устраивает драки. Кстати, она и сама похожа на мужика: короткая стрижка под ёжика, широкие плечи, высокий рост и грубый голос. Никогда бы не отличил, если бы не подсказали. Так, каждый учебный день, я умудрялся перекинуться несколькими словами со всеми членами дружного коллектива, кроме Даниэля и Марии, потому что, почти не пересекался с младшеклассниками. С ними можно было встретиться только намеренно и в определённое время. Например, на перемене, перейдя в соседний коридор. Я всегда хожу домой через пустырь, так короче всего. Наш с бабушкой дом стоит на пригорке, ниже — спуск к реке и заросли кустов. С нами соседствуют ещё десяток домов и ни один из них не заброшен, если не считать старое многоквартирное сооружение. Его так и называют "многоквартирник" или "чёртов дом". Как я понял, там собираются наркоманы, ночуют бомжи, жгут костры и обитают призраки. Хорошее соседство — ничего не скажешь. В призраков я не верю, но предпочёл бы чтобы там обитали они, а не отбросы общества.