Чернокнижник-полоскун

      Опоссум бежал по лесу. Бежал молча, спотыкаясь, задыхаясь, без конца оглядываясь. К груди он бережно прижимал склянку из темного стекла.       Наконец он замедлил свой бег — перед ним из густых зарослей черных елей выступили очертания могил. Древнее кладбище, скрытое в самой чаще, хорошо хранило свои тайны, и сейчас же от ближайшего надгробия отделилась бесформенная тень, сверкнув желтыми глазами. Но опоссум не обратил на нее никакого внимания, только коснулся свободной лапкой железного оберега на шее, и тень отступила назад.       Он прошел сквозь неровные ряды старых, местами совсем древних холмиков, поднялся на порог зловещего дома. — Я здесь… я… прибыл… — выдохнул он.       Тяжелая окованная дверь распахнулась сама собой. Опоссум вошел внутрь, низко склонив голову. — Проходи.       Опоссум несмело огляделся. Низкие темные своды странного дома скрывали под собой древний Храм Енотов, от былой роскоши которого мало что осталось. У алтаря стоял великий жрец, Енот-Некромант. — Как дела в Бобргарде? — спросил он, не повернув головы. Голос из-под мохнатой накидки звучал глухо. — Город обороняется, мессир, — ответил опоссум. — Войско Короля бобров смело отражает выпады врага. — Но ты все же пришел, — утвердительно произнес Енот. — Да… Король послал меня к тебе за помощью, мессир. Он послал меня за ответом и велел отдать тебе это, — опоссум протянул Еноту свою драгоценную склянку.       Глаза Енота жадно сверкнули. Он схватил ее, откупорил пробку. — Да… Ваш король знает, чем задобрить старого шамана. Так что же он хотел получить взамен? — Он сказал… Я ничего не понял, но запомнил слово в слово: "Под землей есть зерна, которые не принесут урожая. Старое вино ждет их яда. Без того яда бочка вина иссякнет". Что это значит, сам не знаю я… — Тебе и не нужно, — оборвал его шаман. — Вернись и скажи королю, что он получит свой яд.       Опоссум закивал и бросился за дверь.       Енот-Некромант вновь откупорил бутыль.

***

      Генерал Шиншилла пил сакэ в своем шатре, готовясь к последнему наступлению. Сегодня Бобргард будет разбит — осада длилась целый месяц, защитники крепости измотаны, их запасы на исходе. Им не пережить сегодняшней ночи. — Господин, господин! — вдруг вбежал шиншилла-стражник, и бросился перед ним на колени. — Что произошло? — гневно нахмурил брови генерал. — Господин… Там… Мертвецы… — Что?       Генерал Шиншилла выбежал из шатра и обомлел. До самого горизонта его лагерь окружало несметное количество воинов-бобров: и из-под их шлемов виднелись пустые глазницы и обнаженные резцы. Шиншиллы-самураи, презрев страх, бросались на мертвых воинов, но их истлевшей плоти не страшны были удары катан. Зато их ржавые топоры крушили в крошки черепа шиншилл… — Отступать! — закричал генерал, но было поздно. На крепости, весь в сверкающих доспехах, появился Король Бобров. За его спиной стояли его самые верные солдаты. — За Бобргард! — звонко провозгласил король.       Вскоре все было кончено. Тела шиншилл усеяли землю, а генерала еноты взяли в плен.       На рассвете его темницу посетил лично сам Король. — Каким колдовством ты владеешь, Король Бобров? Как тебе удалось такое? — спросил поверженный генерал. — Что ж… Скоро ты будешь казнен, потому я могу ответить тебе на этот вопрос, — произнес Король. — Слушай же, на кладбище забытом зловещий дом стоит… В нем живет древний шаман, Енот-Некромант. Со своим посыльным я передал ему компонент для зелья, что поднимает мертвых из своих могил. — И тогда… — И тогда они пришли и разбили твое войско. А за это Енот-Некромант получил твоих солдат в свое владение.       Шиншилла-генерал со стоном уронил голову себе на грудь.       Король бобров, помолчав, вышел из темницы. Лязгнули засовы.       До рассвета оставалось совсем немного.