Торт не получился. Испекли КеКс.

Ким Сокджин любит готовить. Обычно, он старается готовить полезную и низкокалорийную пищу. Джин и его парень Ким Намджун следят за здоровьем и телом. Но иногда Джин балует себя и Джуна вкусненьким и вредным. Сегодня он решил испечь торт. Бисквит и много сладкого крема. Коржи уже были готовы и остывали на столе. Напевая вполголоса и притопывая, Джин приготовил два крема - ванильный и шоколадный. Собираясь приступить к сборке сладкой конструкции, он услышал, как в замке двери в прихожей повернулся ключ. Джин выглянул из-за приоткрытой двери кухни. —Джуни, ты так рано, что-то случилось? —Обедали с заказчиком, решил не возвращаться в офис. Без меня сегодня обойдутся, —Джун разулся, —что готовит мой повар? На Джине была футболка почти до колен, поверх футболки фартук с котом Гарфилдом, на ногах мягкие тапочки—альпаки. Намджун оглядел парня, залип на стройных ногах, глаза его блеснули. Джун сделал шаг к кухне. —Стоять! —воскликнул Джин —Наму, детка, ты забыл правило? В одежде, в которой ходишь по улице, на кухню ни ногой. — Я хотел поздороваться и поцеловать. —Намджун надул губы. —Сегодня утром здоровались. —Утром я здоровался с Джини-младшим. —хихикнул Нам. Щёки Джина порозовели. Этим утром Намджун исполнил глубокий горловой. Пару лет назад Нам прошёл онлайн курсы по минету. Он сделал это ради Джина. И Джин оценил, он знал чего это стоило стесняшке Наму. —В душ. —безапелляционно заявил Джин, и скрылся за дверью кухни. *** В офисе Намджуна все считали самцом-альфой: он был суров и временами довольно жёсток, его уважали и побаивались. Только Джин знал, какой его Наму нежный, ранимый и чувствительный. Как сладко он стонет в руках любимого. Джун не любит грубости. Джин навсегда запомнил их первый раз, поддавшись возбуждению слишком резко вошёл в тело, тогда ещё девственное, крик боли и слёзы в испуганных глазах навсегда записались на подкорку. За семь лет что они вместе Джин больше ни разу не причинил боли своей детке. Детка? Услышали бы подчинённые Нама, как зовёт его парень. Охуели бы! *** Намджун из комнаты громко рассказывал о переговорах с заказчиком, Джин слушал иногда задавая вопросы. Залогом их практически идеальных отношений было умение выслушать и услышать друг друга. Они за семь лет серьёзно ни разу не ругались. —И этот щуплый чел, сожрал почти два киллограма криветок, представляешь? Бррр.. —Джун задержался у двери в ванную. —Ну это ты морепродукты не любишь, —засмеялся Джин, —а для него, может, это любимое блюдо. Джун фыркнул и зашёл в ванную. Послышался шум воды. Джин стоял у стола в центре просторной кухни, изображая сахарницу (руки в боки). Мысль, что надо бы всё убрать, пришла с опозданием. Шум воды в ванной стих, и через минуту в кухне появился Намджун, в одном полотенце на могучих бёдрах. —Джини, я так соскучился, —улыбаясь промурлыкал Нам и, сделав пару шагов, споткнулся на ровном месте. Это умение путаться в собственных конечностях, личная фишка Намджуна. Он сделал ещё пару шагов и плашмя рухнул на стол, животом в коржи, руками в миски с кремом. —Где у меня номер доставки из кондитерской? —спокойно произнёс Джин, ни один мускул не дрогнул на его красивом лице, и он продолжал изображать сахарницу. Намджун лежал на столе : он не шевелится, растекающийся крем достиг уже его лица, миски вертевшиеся на столе наконец благополучно слетели на пол. Наконец, Джин опустил руки и шагнул к неподвижному телу, положил ладонь на поясницу Нама, заставив того вздрогнуть. —Надо бы выдрать тебя детка, но я хочу отодрать. —голос Джина был всё так же спокоен. Он сдёрнул полотенце с оттопыренной попки и погладил ягодицу. Намджун глухо простонал в поверхность стола. Джин подошёл к парню сзади, сжал половинки двумя руками, сглотнул увидев как сжимается колечко мышц между ними. —Иди ко мне, недоразумение моё прямоходящее,—Джин берёт Нама за плечи и поднимает разворачивая к себе, —Ты что, крем лопал? Мордаха Джуна перемазана в ванильно-шоколадной массе. Джин ржёт, его тело трясётся от смеха, Джун тоже трясётся, потому что его держат за плечи. —Боже, я так люблю тебя, бедствие моё стихийное! —Джин всё ещё смеясь припадает к сладким губам, сладким в прямом и переносном смысле. *** Когда они начали встречаться, Намджун при каждом удобном случае, и при неудобном тоже, говорил Джину, что любит его. Сокджин очень смущался, особенно на людях. —Джуни, тебе обязательно говорить это так часто? —Джини, дорогим людям говорить о любви нужно как можно чаще. Ты не знаешь, что будет завтра, можешь не успеть! С тех пор Джин говорит: я люблю тебя всем близким ему людям, Джуну, родителям и даже друзьям, которые его посылают, но при этом краснеют и прячут довольную улыбку *** Джин подхватывает Нама под бёдра и сажает на стол. —Ай... Я сижу в корже.. —тихо выдыхает Джун в губы своего парня. —Ну и как твоей попке моя выпечка? —смеясь шепчет Джин не переставая целовать. —Пусть Джини-младший у неё спросит. —Дыхание Намджуна сбивается, и он жмётся ближе к Джину упираясь своим стояком в его. Джин вздрагивает и агрессивнее начинает вылизывать рот Намджуна. Руками сминает бёдра, гладит спину и грудь, избегая сосков. Намджун может запросто кончить от стимуляции своих "бусинок". —Джини-и, это же кухня, как же правила? —Нам ёрзает попой, окончательно уничтожая бисквит. —Плевать, продезенфицирую всё. —хрипит Джин, он знает что уже не сможет остановится. Семь лет вместе, а каждый раз как первый. Страсть между ними не становится меньше, а любовь только сильнее. Джин давно привык к разрушительной силе своего Наму, поломанные вещи такая хуйня, по сравнению с обидой в любимых глазах. Джин никогда не злится на свою детку. Джин целует шею Нама, так хочет оставить следы своей страсти, но нельзя, Намджун должен соблюдать имидж грозного начальника. Поэтому язык плавно вырисовывает узоры на коже, у Намджуна и от этого срывает крышу. Джин подаваясь вперёд рукой ведёт по столу за спиной парня, собирая ладонью крем, и размазывает его по намджуновой груди. Широким мазком языка слизывает сладость, от одного соска до другого, срывая первый громкий стон с губ любимого. —Ммм... Вкусняшка моя. —шепчет Джин, продолжая слизывать крем с подрагивающей груди Нама. Отстраняясь снимает фартук, футболку и боксеры, кидая всё на пол. Джун поскуливает, ёрзая на столе, касается груди Джина, теперь и он перемазан в креме. Тянется за поцелуем. Джин не отказывает и снова впивается в припухшие, покрасневшие губы, за талию снимает Джуна со стола и разворачивает к себе спиной. —Моя сладкая детка в нетерпении? —выдыхает Джин в шею парня прикусывая загривок, ведёт языком до уха, втягивая в рот мочку. Джун снова стонет откидывая голову на плечо сзади. А Джин гладит руками пресс Нама, совсем рядом проходясь с членом, но не касаясь его. Намджун хнычет и толкается бёдрами назад вжимаясь попой в возбуждение парня и заставляя того рыкнуть. —Наму, ты провоцируешь меня! —он нагибает Джуна на стол и резко опускается на колени. Тихо смеётся отряхивая крошки с задницы перед своим лицом. Широкий мазок языком между половинок заставляет Нама вскрикнуть. —Джини-и, хочу кончить от твоего члена в себе, пожалуйста! Джин встаёт с колен. Масло оставленное на столе подтаяло, и парень не долго думая окунает в него пальцы. Первый палец легко проскальзывает в колечко, и второй тоже. —Детка шалила в душе? —наигранно грозно шипит Джин. —Ты был так сексуален в фартуке, я не сдержался. —виновато шепчет Джун, утыкаясь лбом в поверхность стола. Джин растягивает осторожно и долго, когда входят уже четыре пальца, он слышит просящий скулёж. —Я готов, Джини-и! Пальцы выходят из разработанный дырочки и их место занимает сочащийся смазкой член. Джин крупно дрожит, одному Богу известно каких усилий ему стоит держать себя в руках, и не ворваться сразу на всю длину в это желанное тело под ним. Он медленно входит, поглаживая спину задержавшего дыхание Нама. —Я люблю тебя ,детка! —хрипло выдыхает входя до конца. —Я тебя больше! —отвечает Нам двигая бёдрами навстречу. Они любят нежный, неспешный секс, с поглаживаниями и поцелуями в процессе, поэтому Джин выходит из Нама и поворачивает его, укладывая на стол спиной. Входит снова одновременно целуя, проглатывая стон Джуна. Отстраняется, закидывая невъебически длинные ноги на свои плечи. Двигается немного быстрее но всё так же плавно. Правой рукой поглаживает живот парня, левой обхватывает голень ноги и ведёт по ней губами. Нам прерывисто стонет, извиваясь от ощущений. Джина ведёт когда он смотрит на такого Намджуна, мечущегося, вцепившегося в края стола руками, с разводами от крема в перемешку с потом на груди. Джин ускоряется, надрачивает Наму, чувствуя что уже близок к разряде. Голос Намджуна срывается на крик, парень прогибается в спине. —Оох... Блять... Джи-ини! —кончает тугими толчками, крупно вздрагивая. —Ахмм... Чё-ёрт! —рычит Джин, когда чувствует как его сжимает Джун внутри себя. Несколько толчков и выйдя из горячей тесноты Джин спускает на живот своего парня. Какое-то время они пытаются отдышаться, потом Джин навалившись сверху долго целует немного охреневшего от кайфа Джуна. —Кухне пиздец! —констатировал Нам, когда Джин, разорвав поцелуй, привёл их в вертикальное положение. —М-да.. Пойдём в душ, профитролина! —хохочет Джин, глядя на лохматого и перемазанного в коктейле из крема, спермы и пота, но охуеть какого довольного Джуна. —У меня крем снаружи. —Зато масло внутри. —Джин снова ржёт увидев округлившиеся глаза напротив. В душе они целуясь моют друг друга. —Сейчас поспим, кухню отпидарасим потом, у меня сил нет. —бубнит Джин падая на кровать. Через три часа ему объяснять друзьям, какого хуя Мамай проскакал через их кухню, да ещё и торт сожрал, Су-ука-а! Но это будет потом!