спаситель.

мицуя не может вырваться, ран предусмотрительно связал его руки и ноги и сейчас нависает сверху. - ну что, мой малыш, - улыбается хайтани старший. - теперь только я и ты... что скажешь? - пошёл нахуй, - со всей злостью выпалил младший. - что тебе нужно, мудила великовозрастный? - я бы не был таким грубым в твоём положении, малыш, - смеётся ран, проводя своей излюбленной телескопкой по подбородку парня. - давай развлечемся? безумный взгляд и то, как загораются глаза человека напротив пугают мицую, но он уверенно держится, отворачиваясь от хайтани.

* * * * *

последнее, что он видел, когда ран тащил его куда-то на своём плече — бегущего за ними хаккая. он кричал что-то, но такаши уже не помнит, старший стукнул его по голове основательно. - хак... кай... - обесиленно шепчет командир. - прости... он видит, как на его лучшего друга налетают сразу трое, как старший не справляясь с ними, пронзительно кричит: - таканчи-ик! - за это его тут же валят на землю, а глаза мицуи закрываются.

* * * * *

- что, блять, тебе конкретно нужно? - спрашивает такаши, со всей ненавистью вглядываясь в глаза напротив. - ты не видел, малыш? - смеётся хайтани, приближаясь. мицуя, совершенно не улавливая ход мыслей этого бешеного, громко сглатывает. вот теперь, когда чужая рука ложится на колено младшего, становится очень страшно. длинные пальцы рана медленно поглаживают ногу командира, рука постепенно приближается к бедру, где и останавливается. - я уже устал смотреть на тебя, вздыхать, - хайтани наигранно дует губы, приближается к шеи младшего. - хочется раздеть тебя не только глазами... - что? - спрашивает мицуя, ещё не понимая, что этим совершит огромную ошибку. старший медленно расстегивает первые две пуговицы формы такаши, тот всем телом напрягается и шумно выдыхает. - грязный извращенец, - рычит младший. - выбить бы из тебя всю дурь, блять, чтобы ты встать не смог. - оу, малыш, - улыбается ран. - сегодня я не позволю тебе быть сверху, ты плохо себя вёл. хайтани смеётся, видя как скалится мицуя, когда тот руку запускает под его одежду. - думаешь, тебе, ублюдку, все с рук сойдёт? - спрашивает мицуя. - уже сошло, как видишь. ран задевает один его сосок, начинает водить по нему своими холодными пальцами. - отвратительно, - говорит такаши. - да? - он облизывается. - а риндо нравится, когда я так делаю... мицуя выпучивает глаза. он ещё и своего брата-акробата трахает? - конченая семейка, - истерически усмехнулся такаши. хайтани хватает его за шею, да так резко, что младший даже сориентироваться не успевает. на этот раз парень не улыбается, а наоборот хмурится. - не смей задевать мою семью, таканчик. - а ты, блять, не смей звать меня так, как тот человек, которому вы не позволили защитить меня. - этому слабаку? - ран смеётся. - господи, твой выбор пал на этого дурачка сопливого? - какой нахрен выбор, хайтани? - злится такаши. - заткнись уже! - ну, хочешь, я буду тебя защищать? от него, таканчик. - еще раз и я... - и ты что-о? - хайтани выглядит еще более безумно чем до этого. - что-о-о, таканчик? - блять! - вскрикнул мицуя. ран ударил его, получилось хуже, чем хотелось, но кровь из носа младшего пошла. мицуя бы нормально увернулся и врезал ему как следует, но для начала, нужно найти способ развязать руки. хайтани берет в руки телескопку и бьёт по голове, но явно не со всей силы. в ушах звенит, но он отчётливо слышит и видит все вокруг происходящее. старший вдруг оказывается прямо перед его лицом, с хищной улыбкой, он высовывает язык и слизывает чужую кровь с губ, пальцем аккуратно растирает мокрый след. - сладкий, - он улыбается во все тридцать два, прикрывая глаза от удовольствия. - хочу попробовать тебя всего. - лучше бы ты просто меня отхуярил, - усмехнулся мицуя. - это лучше, чем быть к тебе ближе, чем сейчас. не понимаю, почему за таким психом вообще следуют люди и тем более твой бра... на этот раз в лицо ему прилетело с ноги, да с такой силой, что мицуя свалился на пол вместе со стулом, на котором он сидел. затылком он ударился об пол, зашипел от боли. - я попросил не трогать моего брата, - говорит ран, наклоняясь к нему и поглаживая ноги младшего. - раздвинь ножки, малыш. - развяжи, - подмигнул мицуя. - я тебе их так раздвину, сдвигать заебешься, извращенец. - я говорю тебе их раздвинуть, ты не слышишь? - хайтани наклоняется ближе. - я сломаю этой палочкой все твои конечности, если ты прямо сейчас не сделаешь то, что я сказал. раз... - два, три, - командир закатил глаза. - бей уже, придурок. - два, таканчик. такаши разозлился, начал думать как действовать и понял, что ноги его вовсе не привязаны к стулу, а значит, чисто теоретически двигать он ими может. - два с половиной, - выражение лица хайтани снова пугает, безумная улыбка и широко открытые глаза, он не отрываясь смотрит прямо в глаза младшего. - ебало стянул, сын помойки нищей, - ухмыляется мицуя и тут же собирает всю силу, пинает его под дых и отталкивает от себя. ничего не подозревающий ран конечно же отлетел в сторону, но не так далеко, как хотелось бы. старший рассмеялся. - ты хочешь поиграть, сученок? - развяжи меня и я убью тебя за то, что ты сделал с хаккаем, косичка. - мне нравится, что ты так называешь меня, - улыбнулся ран, поднимая стул вместе с ним. - но за свои лишние движения ты получишь, таканчик. хайтани прильнул к шее мицуи, сначала просто поцеловал, а затем укусил. совсем не больно, но, кажется, такаши сейчас вырвет. - хайтани, отвали, - говорит мицуя, пытаясь отстраниться. - ты меня совсем не возбуждаешь, сколько не старайся. - а если я сбрею волосы и покрашу их в синий, понравлюсь? - хитро лыбится старший, прикрыв глаза. - хочешь, я даже имя поменяю на другое? например... хаккай. - я не прощу тебе, что ты сделал с ним, - рычит командир и тут же впивается зубами в волосы старшего. ран издаёт болезненный стон, пытаясь вырваться из хватки, мицуя крепко держит. кажется, что сейчас хайтани лишится своих прекрасных кос, но вспоминает про телескопку. - если хоть один волос пострадает, - угрожающе произносит старший. - пострадаешь ты. - мне похуй, - не разжимая зубов, отвечает мицуя. ему снова прилетает по голове, челюсть он разжимает, а ран, воспользовавшись моментом снова бьёт. - гол, таканчик, - недовольно фыркнул хайтани. мицуя признает, после стольких ударов, можно было уже отрубиться и проснуться где-то на помойке без одежды, которую ран даже не удосужится нормально снять и надеть. он и не такое переживал, но хайтани и никогда не дрались честно. чёртов ран вместе с его ебаной палкой. - в жопу себе вставь... - такаши кашляет. - эту хуйню. следующий удар прилетает по подбородку. - тебя никто не спасёт, как видишь, малыш, - улыбается хайтани. - сначала, какому-нибудь безумцу нужно пройти через толпу наших, - ещё удар, на этот раз по шее. - а на входе этого помещения стоит мой маленький риндо, который никогда в жизни, - удар. - не позволит никому прервать все моё веселье. что? все ещё веришь в того слабачка, чьё имя ты в бреду повторял, пока не очнулся? - меня не бросят, - говорит мицуя, еле сдерживаясь, ужасно больно. - я лично позабочусь о том, чтобы ты умер. - ох, малыш, тебе ведь, наверное, больно, - игнорируя слова младшего, говорит он. - хочешь, я прекращу тебя бить? - ага, - такаши усмехнулся, хотя подобный жест и заставил его знатно ахуеть от боли, которая прошлась импульсом по телу. - давай драться честно, а не в крысу, как вы с твоим щенком любите делать? - кого это ты так назвал щенком, риндо-то? - какая же ты тварь, господи, - командир закатывает глаза. - надеюсь, хаккай врежет тебе. - скорее всего, твой обожаемый хаккай давно мёртв, либо сейчас мой, как ты выразился, щенок, добивает его. а теперь... ран толкает стул, он падает вместе с парнем, но на этот раз, у мицуи хватает мозгов, чтобы развернуться и упасть боком, а не в очередной раз головой вниз. хайтани полностью разворачивает младшего на живот и одной рукой держит голову прижатой к полу, такаши выплевывает кровь и попавшую в рот пыль. - блять, - выдаёт мицуя, когда чувствует руки рана на резинке штанов. - не трогай меня, сукин ты сын. - эй, я только начал, - вздохнул хайтани. - обещаю, таканчик тебе понравится. и прекрати ерзать. - отъебись, блять, я серьёзно! такаши не на шутку напуган происходящим. не хочется быть изнасилованным в каком-то ебаном подвале без окон и дверей тем более таким конченым человеком как ран. мицуя болезненно шипит, пытаясь как-то выползти из под него. - ну же, ну, - хайтани ложится на него сверху, прижимается к его лицу своей щекой. - куда же ты, малыш... дверь в помещение залетает внутрь вместе с младшим хайтани, ран смотрит в проём. мицуя так же заинтересован, кто же этот человек, который сейчас вытащит его из этого дерьма? на пороге стоит хаккай, тяжело дышит, но продолжает уверенно стоять на ногах. - а? что такое? - спрашивает ран, приподнимаясь. - риндо? - он... - начинает младший, но шиба тут же хватает его за волосы и подставляет к его виску пистолет. - ран! риндо пытается отдышаться, но выглядит все так же невозмутимо. мицуя счастливо улыбается, уже добровольно ложась на пол. - т-таканчик? - увидев эту картину, как лицо командира падает, руки его задрожали. старший хайтани встал, направил телескопку прямо на голову мицуи и хорошенько размахнулся. - двинешься, - кричит хаккай. - и я пристрелю его нахер! - ран, бей! - говорит младший, не обращая внимание на дуло возле своей головы. - бей его, блять, - выдаёт риндо. - все хорошо. - не трогай брата, - командует ран. - а ты таканчика. хайтани злится, но телескопку откладывает. - отдай мне его, - просит хайтани. - чего? ран, ты ебнулся? - в недоумении произносит обессиленный брат. - да я лично тебя за эту херню убью... - я отдаю тебе такаши, а ты мне риндо, - предлагает ран. - в чем подвох? - уточняет шиба. - ни в чем, - хайтани жмет плечами. - я не хочу, чтобы мой брат пострадал, так же как и ты не хочешь, чтобы я касался твоего таканчика. хаккай злится ещё сильнее, никто не смеет называть его так кроме него самого. он поднимает риндо и придерживая за плечи, но все ещё держа пистолет возле чужой головы, шиба доводит младшего к брату. ран забывает про все, когда риндо с облегчением смотрит на него. - риндо... - ран проводит рукой по его щеке. хаккай, пока те отвлеклись, поднимает мицую на руки и начинает уходить. ран искренне улыбается, обнимая любимого брата. - эй ты, хаккай, - усмехнулся старший, окликнув парня. - береги его, а то снова заберу. - попробуй только, - фыркнул шиба и вынес наконец мицую. риндо смеётся, а ран обнимает его крепко, гладит его растрепавшиеся волосы. - он меня отделал как школьника, - выдаёт младший. - не повод для гордости, - строго произносит ран, кладёт голову ему на макушку. - я рад, что ты в порядке. - прости, - риндо обнимает его в ответ. - больше не повторится. - все хорошо, - старший хайтани улыбается.

* * * * *

хаккай периодически дёргает мицую, чтобы тот не заснул окончательно. он вынес его из того непонятного помещения на руках, застегнул форму и отвёл до своего байка. все происходило в самом странном молчании, шиба не хотел даже знать, что делал с ним ран и не хотел лишний раз донимать и так пострадавшего от него таканчика. - майки убьёт нас обоих, если мы просто уедем, - усмехнулся мицуя. - таканчик, - серьёзно говорит хаккай, садясь на байк. - если с тобой ещё что-то произойдёт, я себе не прощу. ты же знаешь... - ты как всегда. - моя главная задача - защищать тебя, таканчик. я убью этого еблана, если он ещё раз попробует подойти к тебе, клянусь... я не смог защитить тебя сразу, я... - хаккай, все нормально, - говорит мицуя. - поехали, раз ты так настроен. шиба улыбается, когда такаши, почти полностью навалившись на него, он не чувствует тяжести от веса своего командира и только старается быстрее добраться до дома мицуи, чтобы обработать его раны и оставить отдыхать. - как там ребята без меня справятся? - вздыхает мицуя. - что на это скажет майки? - ты хотя бы раз можешь подумать, блять, о себе, таканчик? - грустно улыбнулся хаккай, понимая, что по-другому его лучший друг не умеет. - кен взял на себя руководство над нашим отрядом, все будет хорошо, понимаешь? - возвращайся туда, - говорит такаши. - я сам все сделаю, не волнуйся. - с ума сошёл? - шиба взволнованно смотрит на командира. - я не оставлю тебя, господи, успокойся ты уже. они подъезжают к дому, хаккай помогает ему дойти, потом обработать раны и, переборов смущение, даже переодеться. - спасибо, хаккай, - улыбается мицуя и обнимает шибу. - таканчик, - парень счастлив, когда такаши так делает. - таканчик, ты такой хороший... - кончай уже, - смеётся мицуя. - нет, правда, таканчик, - шиба крепче обнимает, отпускать его совсем не хочется. хочется быть всегда рядом, обнимать и любить его. - ты самый лучший, я правда не понимаю, чем заслужил тебя, таканчик... я... не знаю, что будет со мной, если с тобой что-то случится. - не говори так, хаккай. - я сейчас расплачусь, таканчик, - усмехнулся шиба. - не надо, хаккайчик. хаккай сильно смущается, борется с желанием расцеловать его лицо, задушить в объятиях этого милого, такого беззащитного сейчас капитана. эмоции всё же захлестнули заместителя, он прислонился губами к чужому лбу и пустил слезу. - т-таканчик, - парень тут же отскакивает. - прости, я не... - все хорошо, - усмехнулся мицуя. - может, мне было нужно это, раз стало так легко. шиба обрадовался, снова сжал его в объятиях и повторил сие действие. такаши звонко засмеялся, положив руки на плечи. - ты как мама, - мицуя прижимается к его груди. - останешься? - конечно, ещё спрашиваешь! - радостно произнёс хаккай. - помочь тебе с чем-нибудь? - пойдём, накормлю тебя хоть, спаситель ты мой.