Я лишил его глаз, а он боится темноты..

— Я прошу, не надо!..   Он забился в угол прикрываясь лишь руками. Я был окутан слепой ревностью и яростью, действия бежали впереди моих мыслей. Над своей головой я держал нож. Первый удар был нанесён в левый глаз, после правый. Его кровавые слезы, ладони, выражение лица снились мне каждую ночь. Американец сидел смирно перед зеркалом, немного опустив голову дабы русскому было удобней завязывать черную, широкую ленту на месте его глаз. — Подожди, ещё чуть — чуть. Всё. — русский немного улыбнулся и положил руки на его плечи. Мерика начал медленно вставать и Руслан резко убрал руки, немного отойдя назад. Американца это напугало и бросило в мелкую дрожь, ведь он мог упасть или что-то ещё хуже. Парень расставил руки по сторонам, пытаясь найти ближайшую точку опоры. Русский молчал и всё отходил дальше когда американец мог вот-вот  его достать. — Россия? Ты ушел?.. —  сердце парня забилось быстрее, в своей темноте он чувствовал на себе взгляды, чувствовал страх, одиночество, он не мог включить свет и избавить себя от таких чувств, хоть на немного. Русский парень не отвечал, он играл с ним в своеобразную игру, но ей пришел конец когда американец споткнулся на ровном месте и упал. Россия не успел поймать его. Сев рядом с упавшим телом, Ру посадил его к себе на колени и обнял, прижимая к себе. Целуя его щеку, изгиб шеи, плечо,  русский тихо просил прощения. — Почему ты ушел?.. Ты знаешь, что меня одного оставлять нельзя. Мне страшно. — также тихо и немного возбуждёно шептал американец, запуская руки в его волосы  требуя продолжения ласк.   Русский не ответил на его вопрос, а лишь встал и положил на кровать средних размеров с двумя подушками и одеялом  которое было в ногах. Достаточно быстро снимая с американца футболку, покрывая его тело новой порцией бесчувственных поцелуев. Огонёк в их отношениях погас только у русского и достаточно недавно. Он не хотел новых отношений с ним,  один взгляд его прошлой любви, давал искру, парень не хотел чтобы эту искру у него забрали. Застав  Мерику с каким-то мужчиной в невинном разговоре, русского будто подменили и в довольно спокойную ночь Россия забрал искру, приковав слепого котёнка к себе. Громкие, с ноткой боли, стоны разносились по всей комнате в которой становилось жарко. Некоторые пряди волос так и стремились прилипнуть к потному лицу русского. Толчки были грубыми и быстрыми, руки сжимали его бедра оставляя на них следы от коротких ногтей. Любовь тут есть только у одного, у второго нет ничего. Половой акт закончился, боль проходила как и  день за днем. Русский стал чаще уходить,  а американец скучать по дому. Шли недели пока русский не привел домой  сводного брата американца. Канада был немного в шоке увидев своего брата в таком состоянии,  Саша был безумно рад слышать  голос  его родственника за столь долгий промежуток времени.  Россия  подошел к  Америке, взял  его за руку и довёл до канадца, протягивая ему руку Мерики, как-бы добровольно отдавая его обратно. — Я так счастлив. Слышать тебя —  американская улыбка было до ушей,  — я  так хотел увидеть тебя, хочу домой. С тобой. Канада крепко держал его руку, после поднял взгляд на русского, тот кивнул и немного улыбнулся. Через пару дней американец зашел в дом брата, всё ещё сжимая его руку боясь, что он начнёт играть с ним, как русский. Канадец провел ему экскурсию, после привел в новую комнату американца и пообещал, что будет ему помогать. За окном давно ночь, канадец  стоит на балконе делая очередную затяжку, думая о прошлом. Когда-то давно губы американца касались его губ несколько раз. На балу, вдали от всех, в самом темном углу зала, был их первый серьёзный поцелуй.