I’ll make you love me

Утро наступило незаметно. На улице была едва различима щелкотня птиц. Город постепенно просыпался, а вместе с ним и Джу ДанТэ, который едва смог заснуть часам к трём ночи. Голова жутко болела, усталость и недостаток сна давали о себе знать с самого пробуждения. Мужчина медленно сел на кровати, небрежно взъерошивая волосы. СуРён лежала рядом, так спокойно и тихо посапывая себе что-то под нос. Эта женщина дарила необъяснимое умиротворение и покой председателю, просто находясь рядом. ДанТэ мягко улыбнулся, проводя кончиками пальцев по виску девушки, едва касаясь лица. Сейчас всё было не важно, все проблемы становились такими пустяковыми, такими глупыми, все, кроме одной, имя которой — Чон СоДжин. Хотелось просто обнять супругу и никогда не отпускать. Джу разочарованно вздохнул, поднимаясь с кровати. Сегодня было много дел, и с основным хотелось покончить прямо сейчас. Если СоДжин раскроет свой рот, кто знает, чем всё обернётся. Эта женщина была опасна, как бы ДанТэ не был уверен в себе. Мужчина направился в ванну и, приведя себя в надлежащий вид, зашёл в свою гардеробную, святую святых, которую председатель оформил по личному заказу в стиле барокко: широкая, можно сказать огромная студия, на стене красовался подлинник картины Франческо Пармиджанино «Мадонна с длинной шеей», которую Джу купил за неприлично огромные деньги, уж очень она ему понравилась. На противоположной стене висела ещё одна картина «Туалет Венеры», на которой была изображена завороженная своим отражением богиня любви. На этот раз художник был Питер Пауль Рубенс. Хоть жена и была против таких откровенных изображений, ДанТэ настоял на своём, и девушке пришлось согласиться. Расписной потолок, позолоченные шкафы, всё это председатель считал необходимым для полного удовлетворения. Пол был выложен голубым мрамором, куда же без него. Все шкафы были массивными, изготовленными из светлых пород дерева. Огромное круглое зеркало в золоченой инкрустированной раме стояло по центру комнаты, чтобы мужчина мог не стеснять себя в движении. Здесь было всё. ДанТэ долго подбирал себе костюм, то и дело примеряя то другую рубашку, то пиджак, то галстук. Закончив с гардеробом, мужчина вернулся в комнату, и поцеловав СуРён, направился к квартире Чон СоДжин. Плевать, сколько сейчас времени, плевать, дома ли её муж, председателю нужно решить всё сегодня. Сейчас. СоДжин уже бегала по квартире, собираясь в школу. Она всегда вставала пораньше, чтобы успеть собраться и выйти вовремя. Девушка надела строгую чёрную юбку-карандаш до колен, комбинируя ее с классической шелковой рубашкой ярко-красного цвета. Уложив волосы, Чон разбудила дочь, и, приготовив завтрак на скорую руку, сварила себе кофе, в котором она так нуждалась. ЮнЧхоль ушёл на работу, и после вчерашнего они так и не поговорили. Наверное, это к лучшему. Чон поторопила дочь и, отдав ей деньги на карманные расходы, села за стол, с аппетитом отрезая кусочек творожной запеканки. Только СоДжин собиралась насладиться завтраком, как в дверь постучали. «Кто это? Так рано?» – учитель поморщилась, и, встав из-за стола, направилась в прихожую. Открыв дверь девушка усмехнулась, преграждая путь Джу рукой. По бледному лицу председателя было понятно многое: недостаток сна, нервозность и усталость ДанТэ говорили сами за себя. Чон ждала объяснений. Мужчина медленно вздохнул, стараясь держать себя в руках: — Чон СоДжин, я хочу знать, что происходит. Скажи, что тебе нужно, — девушка улыбнулась, подходя к председателю, тем самым захлопывая за собой дверь: — Как мне неловко, сам господин Джу ДанТэ пожаловал в мою квартиру. Не стоило изводить себя в догадках, лишая сна. Но раз ты так нетерпелив, я скажу тебе вот что: помнишь, мы уже разговаривали с тобой на эту тему? Пару месяцев назад, на выпускном наших детей. Тогда я попросила тебя быть осторожнее со мной, намекнув на небольшой сюрприз, который я приготовила для тебя. — Я не знаю, откуда ты взяла это видео, но оно тебе не поможет, если я задушу тебя прямо сейчас. Почему ты ведёшь себя как последняя мразь? Неужели ты не в состоянии понять, что ты мне противна? Омерзительна, как человек, но в первую очередь как женщина. — Чон засмеялась, складывая руки на поясе. «Этот мужчина непробиваем». — Надо же, а я и не подозревала, что ты ТАК любишь свою жену. Похвально. СуРён была бы счастлива услышать это. Но знаешь, я могу разрушить твой брак одним смс. Я подготовилась заранее, догадываясь, что ты за человек. И сейчас твое целомудрие совсем не к месту, — председатель ослабил галстук, достав из кармана пиджака часы на золотой цепочке. Это была первая крупная покупка Джу, как только бизнес стал приносить деньги. ДанТэ считал их талисманом, притягивающим удачу. Они всегда его успокаивали, стоило только взять в руку маленький, компактный, гладкий корпус этого хрупкого механизма: — Ты уверена, что СуРён настолько наивна, чтобы поверить в такую чушь? Прошло много времени, и она смирилась с тем, что ребёнок от того ублюдка, на которого она меня променяла, мёртв. Уж я позаботился о том, чтобы жена никогда не узнала всей правды. — О, вот значит как. Но маленькая поправочка: я знаю, что девочка жива. Ты думал я блефую, когда сказала тебе, что у меня есть доказательства? Что подумает твоя ранимая супруга, когда узнает, что ты разлучил её с малышом? Интересно узнать, как она разорвет тебя на куски? И да, на той записи всё отлично видно, я даже нашла людей, которые всё подтвердят. — СоДжин ухмыльнулась, подходя к мужчине вплотную. Осталось дожать ещё немного, и ДанТэ сдастся. — Тварь! Да ты хоть знаешь, что я сделаю с тобой потом? Твоя драгоценная ЫнБёль останется сиротой, если ты сейчас не остановишься! — председатель пришёл в ярость, сжимая плечо девушки со всей силы. Чон лишь улыбнулась, проводя костяшками пальцев по щеке мужчины: — Ну-ну, тише. Соседи же могут подумать, что ты мне угрожаешь. Давай договоримся так: ты разводишься с женой, а я уничтожаю компромат на тебя. Никаких копий не будет, обещаю. Я в скором времени займу пост директора школы и хочу, чтобы у меня была достойная партия. Ты просто идеальный кандидат, к тому же ты мне нравишься. С ЮнЧхолем проблем не возникнет, — председатель выдохнул, кладя пальцы второй руки на горло девушки. «Что эта женщина делает? Она в своём уме?» — Серьезно? Я должен тебе поверить? Твои обещания просто пустые слова, я уже наслышан об этом. Я прикончу тебя здесь, Чон СоДжин! — ДанТэ сжал руку на горле девушки, лишая её возможности дышать. Если бы он захотел, мог бы одним движением свернуть ей шею. Но тогда проблем точно не избежать. Марать руки в крови из-за такой мрази? Ну уж нет. Джу зажмурился, пытаясь прийти в себя. «Давай, успокойся..» – мужчина вспомнил СуРён: её улыбку, прикосновения, поцелуи. Через пару мгновений ДанТэ всё же отпустил девушку, отбрасывая её к стене. СоДжин закашлялась, и поправив юбку, встала, возвращая на лицо прежнюю самодовольную ухмылку: — Неплохо, но я знаю, что тебе не хватит духу убить меня. ДанТэ, расслабься. Я даю тебе время подумать, я же не какой-то там зверь. У тебя есть время до вечера, а дальше уже мой ход. — Чон улыбнулась, и поцеловав опешившего мужчину в щеку, вернулась в квартиру. Председатель ещё какое-то время стоял в коридоре, собираясь с мыслями. СуРён проснулась почти сразу после ухода мужа. У девушки очень чуткий сон, и разбудить её — плёвое дело. Распластавшись на огромной кровати поудобнее, Шим заметила телефон мужа на тумбочке. «Ушёл без него? И куда он так рано?» – супруга взяла мобильный, чтобы узнать, сколько сейчас время, и взглянув на дисплей увидела новое сообщение. Отправитель: «Учитель Чон». «Странно, что ей нужно?» – девушка не удержалась и открыла уведомление, не прочитывая само сообщение: «Обдумай всё хорошенько и позвони мне. Я уверена, ты сделаешь правильный выбор». – Шим задумалась, кладя телефон на место. ДанТэ ненавидит, когда трогают его вещи. «Что это значит? Какие могут быть дела у моего мужа с СоДжин? Дети сегодня дома. Что он должен обдумать?» – у СуРён разболелась голова, и девушка, накинув халат, направилась в душ. Нужно успеть приготовить завтрак, чтобы накормить детей. СокХун и СокГён уже проснулись, бездумно валяясь в кроватях. Девушка недовольно поморщилась, аккуратно переворачиваясь на спину. Спать сегодня было невероятно больно. «И чем заниматься сегодня весь день? Брат может просто свалить к друзьям, а я? Оставаться дома не хочется, особенно с СуРён, которая снова включит режим заботливой мамочки, от которого меня так тошнит..» – СокХун повернулся к сестре, бегло осматривая её: — Эй, ты как? Нормально спала? — Привет. Бывало и лучше. Ощущение, словно рёбра раздробили на кусочки, а в целом неплохо. Ты чего так рано проснулся? — близняшка улыбнулась, стягивая с себя футболку, которая за ночь пропиталась кровью от бинтов. Хоть синяков и было не так много, но внутри СокГён ощущала сильную боль, начиная от груди и заканчивая пахом. Парень прикрыл глаза, утыкаясь лицом в подушку: — Ну как почему? У меня уже режим подстроен под школу, дольше спать не могу. Давай я помогу тебе поменять повязку, ты плохо выглядишь. Бледная, словно родственница графа Дракулы, — брат засмеялся, и встав с кровати, достал с трубочки все необходимое: перекись водорода, хлоргексидин, чистый этиловый спирт. Вчера парень предусмотрительно забрал всё к себе, пока горничная возилась с сестрой. СокХуну не хотелось, чтобы кто-то, кроме него, занимался восстановлением сестры. СокГён благодарно кивнула, и избавившись от бинтов и марли села на кровати, руками придерживая грудь. Близнецы были настолько родными друг другу, что между ними никогда не возникало ни малейшей неловкости, словно они две части одного целого. Брат взял оставшуюся аптечку и подошёл к девушке, аккуратно садясь рядом на кровать. — Расслабься и доверься мне, хорошо? — СокХун улыбнулся, и обработав грудную клетку приступил к спине и пояснице. Такое состояние сестры пугало его. «Неужели отцу вообще плевать на своих детей?» – девушка зажмурилась, впиваясь ногтями в одеяло. Слёзы сами по себе потекли по щекам. Брат остановился, и взглянув на СокГён, потрепал её по волосам, одновременно целуя в затылок. — СокХун, мне страшно. Страшно за тебя, нет, за нас. А если отец не остановится? Вдруг он однажды убьёт нас? — тихо бормотала близняшка, вытирая слёзы ладонью. Парень нахмурился, осторожно накладывая повязку, медленно перематывая грудную клетку. — Этого не случится, слышишь? Доверься мне, я не дам тебя в обиду, больше нет. Поговорим с СуРён, может она приструнит отца? — Ты же знаешь, что это бесполезно. Эта наивная дурочка и ухом не ведёт, вообще не осознавая, с кем связала свою жизнь. Скоро и до неё очередь дойдёт, если она не одумается. — СокХун промолчал, сосредоточившись на перевязке. СуРён уже приготовила завтрак, и переодевшись позвала детей. «Куда делся Джу ДанТэ?» – девушка обеспокоенно взглянула на часы, включая телевизор. Такое исчезновение мужа пугало её. Сердце чувствовало, что что-то идёт не так.