Only imagination

«Loving you is a losing game»

Минхо и Хан познакомились достаточно банально — на вечеринке их общих друзей. После нескольких коктейлей разговор с легкостью завязался, нашлось много чего общего и так они и общаются по сей день. Им было хорошо вместе, они много гуляли, шутили и просто часами напролет могли вместе лежать и обсуждать всё и ничего одновременно. Хан каждый вечер обязательно звонил Минхо, если не было возможности встретиться, и просто без остановок рассказывал, что произошло за день. Минхо же наоборот — в основном молчал и слушал, почему-то часто опечалено вздыхая. Когда-же Джисон спрашивал его об этом, получал всегда один и тот же ответ: «Все хорошо, тебе показалось». Но Хан уверен, что не показалось. В какой-то момент Джисон понял, что испытывает чувства к Минхо. Ему хотелось бы признаться, но он боялся реакции и потерять лучшего друга, поэтому просто изредка продолжал намекать. Иногда, ложась спать, он думал, а что же он собственно знает о Минхо. Хоть они и много общались, а часы проведенные вместе давно перевалили за сотню, Хан понял, что почти ничего не знает о нём. Только то, что он невероятно красивый, что ему очень идёт чёрный, что он больше слушает, чем говорит, а когда говорит, то обычно с издевкой или сарказмом, что он любит котиков и смотреть на звезды. Чем больше Хан думал о нем, тем больше деталей вспоминал, на которые раньше мало обращал внимания. Минхо часто куда-то пропадал, избегал прикосновений и часто вздыхал. Его глаза всегда казались ему какими-то грустными, даже когда он шутил, но причины этого он не знал. Все чаще Джисона мучал вопрос, правда ли он что-то чувствует к Минхо или это просто сильная привязанность к другу. Сколько ночей он убил, обдумывая этот вопрос? Одну, две, десять? Хан давно сбился со счёта. Чем больше он думал, тем явнее это становилось. Обычно активный Хан превращался в ленивый овощ, и часто засыпал прямо на лекциях. Однажды Феликс не выдержал и поинтересовался состоянием друга. — Земля вызывает Хан Джисона, приём, — весело сказал он, махая рукой прямо перед лицом парня. Тот даже не моргнул, продолжая пялиться куда-то в стол, параллельно колупая палочками в давно остывшем рисе. — Эй! — громче произнёс Ликс и слегка дёрнул его за плечо. — А, да, — это подействовало и Хан, будто бы его вырвали из транса, растеряно ответил. Он часто моргал, оглядывался, будто бы не понимал, где он и кто он. — Феликс, ты что-то хотел? — Что с тобой, дружище? В последнее время ты сам не свой. Влюбился что ли? — В точку… — чуть слышно пробормотал Джисон. — Что? Я угадал? И кто эта счастливица? — игриво спросил Феликс, ненавязчиво подталкивая друга плечом. — Счастливчик, — также тихо отвечает Джисон. — Это уже сложнее, — ошарашено протягивает Феликс. — А этот счастливчик случайно не я? — Нет, конечно. — Фух, а я уж испугался. Не хотел разбивать тебе сердце, — парень наигранно откинул голову назад, одной рукой будто бы вытирая слезу, а другую положа на сердце. — Придурок. — От придурка слышу. И кто же это? — по колебаниям Хана он понял, что тот не сильно спешит ответить. — Обещаю выдать максимально адекватную реакцию, честно. — Это Минхо, — на выдохе произнёс Джисон. — Минхо? — Феликс немного схмурил брови, как делает это всегда, когда думает. — Какой Минхо? Я его знаю? — Ну тот, с вечеринки Чонина, помнишь? — Может я сильно напился, — сказал Феликс даже скорее себе, чем Хану. — Но я вроде немного пил. Ладно. Так из-за этого ты ходишь, как привидение по универу? — Можно и так сказать. — Так признайся ему. Примет — начнёте встречаться и будет всё у тебя зашибись, нет — ну отпустишь и наконец поспишь нормально. А то надоело видеть твою кислую рожу. Верните мне буйного Джисона! — шутливо крикнул Ликс, но немного переборщил с громкостью, поэтому на него оглянулись некоторые студенты. Джисон всерьёз задумался над словами друга, хотя казалось бы Ликс просто сказал нечто логичное, банальное, очевидное. Хан долго думал, как воплотить мысли в реальность, но решил не париться и просто поговорить с Минхо в их любимой кафешке на берегу реки. — Привет, Минхо. Надо поговорить, — решил не тянуть Хан и выпалил сразу, чтобы не стушеваться позже. — Бельчонок? С чего такой серьезный? Мне уже страшно. Может не стоит? — в своей обычной шутливой манере отреагировал он. — Минхо, давай без шуток, мне правда надо поговорить. — Ладно, ладно. Надо, так надо. Что-то срочное? Завтра в восемь, сойдёт? — Да, — ответил Хан и сбросил трубку, даже не попрощавшись. Во время их разговора дыхание спирало, казалось он просто однажды задохнётся. Джисон спихивал это на нервы, но правда ли это так?

***

До встречи с пока ещё лучшим другом оставалось несколько часов. Джисон просто не находил себе места: метался по квартире, обдумывал варианты диалога, раз двадцать проверил нормально ли он выглядит. Хоть до кафешки и было всего пять минут пешком, Хан вышел за пятьдесят, чтобы наверняка. Вдруг придётся переводить старушку через старушку. А, ой. Ну мало ли что может случиться. Походка была до жути странной, ладони потели, мысли путались. Когда он зашел в кафе, посетители даже начали оглядываться на странного молодого человека, но вскоре это им надоело, и они вернулись к своей еде. — Здравствуйте, что будете заказывать? — поинтересовалась милая официантка. — Давайте два молочных чая — мне и другу, — ответил он, но даже не посмотрел в её сторону, продолжая пялиться куда-то вдаль в ожидании Минхо. — Но Вы одни… — Хан нахмурено глянул в её сторону, и та быстро удалилась, поняв, что вопросы будут лишними. Вид на вечернюю реку Хан, на удивление, успокаивал. Далекие огни красиво мерцали, завораживали. Так время быстро и пролетело за созерцанием вечернего Сеула. Из размышлений Джисона вытянул звук резко затормозившей машины неподалёку. Шикарная чёрная машина Минхо будто бы повисла в воздухе на фоне такого же чёрного неба. «Снова он гоняет», — пронеслось в голове у Хана. Сердце всегда замирало, когда машина Минхо почти что пролетала мимо. Он переживал. А может дело не в этом? Может дело в самом Минхо? Может дело в чёрной шёлковой рубашке, что открывает вид на изящные ключицы? Или в обтягивающих штанах, что периодически хочется снять? А может в волосах, в которые хочется зарыться пальцами со стонами на губах? Минхо уверенной, модельной походкой направился прямо к Джисону, перед этим захлопнув дверь машины. — Бельчонок? — с порога произносит он, на что Джисон смущается, краснеет и оглядывается, ожидая странную реакцию, но никто не оборачивается и даже официантка не здоровается с ним. — Я не опоздал? — скорее из вежливости спрашивает Минхо, и легким движением поправляет сбившиеся волосы. — Нет… — Зачем позвал? Что там у тебя такого серьёзного? Мне между прочим пришлось отменить нечто важное. — Прости, — сдавленно произносит Хан. Минхо это совсем не нравится и он подозрительно смотрит на Джисона, слегка опустив уголки губ. Увидев реакцию друга, Хан пытается немного разрядить обстановку перед признанием, — не свидание ли я тебе сорвал? — получается плохо. — У меня такое ощущение, что я сам сейчас на свидании. Ты меня заинтриговал, валяй, что у тебя там. На лице Хана явно отображались все его мысли, он был в нерешительности. Пальцы нервно и неуверенно сжимали стакан. — Ты мне нравишься. Очень. Минхо будто бы давно знал и просто ждал, когда это случится, поэтому лишь устало опёрся на руку. — Горе ты моё. И что ты хочешь от меня услышать? — от слова «моё» в груди разлилось тепло. Но не надолго. — Ну в идеале ответ «ты мне тоже», — Минхо многозначительно промолчал. — Вижу, нет. Но ничего, я ожидал такого. Ты не виноват, что такой идеальный, а я такой, ну, такой, какой есть, — Хан постарался ответить максимально беззаботно, но у него получилось не очень. — Эм, я пожалуй пойду. Можно счёт? — обратился он к официантке. — Да, конечно. Вот, пожалуйста. Джисон тоскливо посмотрел на Минхо, а тот не правильно понял и сказал: «заплати за меня, я потом верну». Когда Хан расплатился, Минхо предложил его подвезти. Парень отказался и сам не понял, как оказался в чужой машине. Всю дорогу они молчали, а Джисон любовался профилем Минхо, тонкими пальцами на руле и накручивал себя. В один момент даже проскочила мысль, что Минхо дружил с ним только ради денег, ведь по сути так и ни разу за себя не заплатил. Как быстро эта мысль возникла, также быстро и Хан её опровергнул, ведь он простой студент, а дорогая машина и одежда Минхо явно говорили о том, что от бедности он не страдает. С той встречи друзья (?) не общались уже больше недели, но Хану ни на грамм не полегчало, как гарантировал Феликс. Даже наоборот — стало хуже. Он забросил учёбу, выключил телефон, перестал есть и спать. Он превращался в живого трупа, с бледной кожей, выпирающими костями от недостатка пищи и синяками под глазами. Слёзы давно закончились, но всё ещё хотелось кричать, рвать на себе волосы от безысходности, сдирать обои. Хотелось умереть, но трудно было даже подняться, поэтому он просто продолжал лежать. Он стал одержим Минхо и не раз ловил себя на том, что рассматривает фотографии парня и пишет ему. Когда он приходил в себя начинал немного ясно мыслить, он всё удалял и снова выключал все соцсети. Всё должно было закончиться, когда он в очередной раз предложил встретиться Минхо, и всё же не удалил сообщение. Он твёрдо решил для себя, что сегодня всё закончится. Или в прямом смысле, или начнётся жизнь с чистого листа. Минхо не заставил себя долго ждать и приехал почти сразу после полученного сообщения. Благо он знал адрес друга и это не составило труда. На удивление, когда он приехал, двери были открыты на распашку. Он осторожно заглянул внутрь и ужаснулся от количества бутылок, валяющихся на полу. Видимо, Хан «заливал» неразделённую любовь алкоголем. Он решил не снимать ботинки, чтобы не напороться на разбитое стекло. На шум шагов скорее вывалился, чем вышел Джисон. — О-о-о, ты пришёл, — прохрипел он и упал бы, если бы не Минхо, который успел его подхватить. — Боже, Бельчонок, что с тобой? — внешнее состояние явно шокировало. Минхо осторожно усадил парня. — Какой я тебя Бельчонок? За неделю даже не поинтересовался мной. Мудак. Давай встречаться? Ты же ко мне не равнодушен, я знаю. Ты просто притворяешься. — Хан, я со всеми так себя веду. Пожалуйста, перестань. — Что перестань? Что перестань, ты мне скажи? Давай попробуем вместе? Прошу. — Нет, Бельчонок, нет, — ответил Минхо и прижал Хана к себе, поглаживая одной рукой голову и спину парня. — Почему нет, почему? Должна же быть причина? Мы же можем попробовать, я постараюсь стань достойным тебя, ты в меня влюбишься, — куски слов съедались громкими всхлипами. — Ничего не получится, я знаю, просто поверь. Любовь не приведёт ни к чему хорошему, — он продолжал гладить Джисона по голове, а сам смотрел куда-то в другую точку, ему было больно видеть друга в таком состоянии. — Ты знаешь что-то, чего не знаю я? Ответь, какой бы не была правда. Почему мы не можем быть вместе? — его голос надорвался, он отстранился от Минхо и внимательно посмотрел ему в глаза. — Скажи, почему? — Потому что ты шизофреник, а я — плод твоего воображения. Кажется, где-то вдалеке послышался звук разбившегося стекла. А может и не вдалеке, а где-то в глубине самого Джисона. Его мир рухнул. Минхо с сожалением в глазах растворился. Как видение… Как иллюзия. Неужели это все было лишь плодом воображения? Немой крик застрял в горле. Хотелось кричать, но не получалось даже шептать. Тело совершенно не слушалось. И он решил всё закончить. С трудом Джисон потянулся к куску разбитой бутылки. Один надрез, другой, третий. Гул в ушах, помутнение в глазах, головокружение. Миг, другой, падание на бутылки, темнота. Очнулся он где-то в другом месте. Очень светлом. В психушке. Тело не поддавалось, как бы он не старался. Он не мог пошевелить и пальцем. Сбоку неясно слышались голоса, которые сливались в один непонятный шум. Как он здесь оказался? Приложив невероятные усилия, он открыл глаза. Незнакомое лицо нависло над ним. Губы двигались, видимо, незнакомец что-то говорил. Хан же совершенно не обратил внимания и глянул куда-то в сторону. Со стороны его взгляд казался совершенно пустым, пока в нем не пробежал какой-то испуг. В углу палаты тихо стоял Минхо. «А я тебе говорил, что любовь ни к чему хорошему не приведет», — грустно прозвучало в его голове. Хан повторил попытку подняться. Он резко дернулся и, на удивление, смог привстать. Видение вновь рассеялось, а доктор постарался его уложить назад. Джисон не хотел принимать реальность, отказывался верить в происходящее. Он снова постарался встать, но вскоре почувствовал, как тело становится тяжелее и будто бы наливается свинцом — врач вколол что-то в капельницу. Начать жизнь с чистого листа не получилось…