Приглашаю на второй заход

Та-а-ак. Водород от галогенопроизводных и воды присоединяется по месту разрыва двойной связи к более гидрированному атому углерода. Ну, мне понятно лишь одно – мне не понятно вообще ничего. Черт! Зачет через пару дней, а в голове перекати-поле, как бы я ни старалась вызубрить хоть одно маленькое утверждение. М-да, надо было учиться сразу, а не оставлять все на последний момент, как всегда. Каждый раз говорю себе об этом, и каждый раз получается одно и то же: истерики за пару недель до сессии, бессонные ночи, недоедание, нервные срывы и ужасный внешний вид. Да, я даже обо всем забываю напрочь – могу ходить с грязной головой сутками или бегать в пижаме по дому, не переодеваясь весь день. Про походы в магазин за продуктами я вообще молчу. Даже сейчас не выходила на улицу уже несколько дней. − Ты можешь хотя бы за столом убрать свои тетрадки? Недовольный мужской голос отозвался в моей голове, пока я снова отвлекалась от учебы. Так, нужно срочно собраться и выучить хотя бы это предложение. Вообще, было бы лучше просто понять, что здесь написано, но на разбирательство нету времени. − Ты меня вообще слышишь? Перед глазами появилась большая рука, которая выхватила тетрадочку по органической химии прямо у меня из-под носа. Я проследила взглядом за объектом, с которым я в последнее время сплю, ем, передвигаюсь по квартире и делаю все дела. Тетрадь приземлилась на противоположную сторону стола рядом с высоким брюнетом. − Слышу, − ответила парню и потянулась за кладовой всех моих знаний, но Сакуса отодвинул тетрадь еще дальше. – Киеми, отдай. Моим испепеляющим взглядом, наверное, можно убить напрочь. Это совершенно нечестно – нельзя забирать мою тетрадь, особенно во время подготовки к экзамену. − Нет, − кратко, холодно и безапелляционно. Внутри меня начинает бушевать ураган, а брюнет спокойно сидит и ковыряет вилкой спагетти. Бесит его напускное безразличие! Неужели он не понимает, что мне нужно готовиться? − Поешь и получишь тетрадь назад, − добавил парень, когда понял, что я гипнотизирую его уже пару минут. − Спасибо, я не голодна. Вымученная улыбка, брошенная на стеклянный стол вилка, и тетрадь в моих руках. Поспешила в комнату, где меня никто не сможет потревожить. Сегодня пятница, а значит Киеми скоро уйдет на тренировку, и я смогу спокойно готовиться к экзамену. Так, что там у нас дальше? Открыла тетрадь посередине и начала искать нужный конспект. Господи, сколько же сил и времени я угрохала на написание и оформление всего этого. А что я делала потом? Гуляла с парнем, ходила на его игры, сидела с подругами в парке и любовалась ярким солнцем и теплыми деньками. − Не хочешь ненадолго оторваться от своих записей и помочь мне убраться на кухне? Сакуса появился в дверях, опираясь плечом на косяк и скрещивая руки на груди. Его недовольный взгляд скользнул по мне, распластавшейся на разобранной кровати с тетрадью в руке. − Оставь, я потом все сама уберу, − вернула взгляд в конспекты. – Иди на тренировку. − Сегодня воскресенье, какая тренировка? Что? В смысле? Был же четверг только что. Сегодня просто не может воскресенье. Это значит, что у меня уже послезавтра экзамен, а я не выучила и половины! Паника начала подпирать к горлу, вынуждая побежать на кухню. Отталкиваю парня рукой, заворачивая в коридор. Нужно попить воды, и все пройдет. Нужно просто попить воды. Трясущимися руками набираю стакан ледяной жидкости из-под крана и вливаю ее в себя. Холод прошел по пищеводу в желудок, приятно охлаждая внутренности. Пара глубоких вдохов, и стало легче. Опираясь руками на столешницу, закрыла глаза и нормализовала дыхание. Собираюсь идти в комнату и задеваю рукой какой-то предмет, роняя на кафельный пол. Звук бьющегося секла, и шум приближающихся шагов. Я открыла глаза: на полу лежали осколки емкости для антисептика, которую мы вместе покупали недавно. Жидкость растеклась по кафелю, распространяя противный спиртовой запах по всей комнате. − Что случилось? – Сакуса появился у столешницы, осматривая место происшествия. − Я просто уронила баночку, − валяющееся стекло отражало свет от люстры. Надо собрать осколки. − Просто не нужно постоянно витать в своих мыслях об экзамене, − недовольно пробурчал брюнет и достал тряпку из ящика. − Просто не нужно разбрасывать свои вещи по всей квартире, − начала собирать осколки, осторожно складывая их в ладонь. − То есть я виноват? – парень замер с тряпкой в руках, холодно глядя на меня сверху вниз. − Нет, что ты? – наигранно замахала руками и выкинула осколки в мусорку. – Во всех бедах виновата же я одна! − Это ты ни черта не делала все время, а теперь подгоняешь хвосты по учебы за неделю, − спокойно констатировал парень. Черт! Как же раздражает его спокойствие! Почему он никогда не орет, не выбрасывает свои эмоции? Как он может ходить с вечно одинаковым лицом пофигиста?! − Хватит! – выхватила тряпку из его рук и кинула на пол. – Хватит быть таким каменным! − Какой есть, − в голосе прозвучали нотки стали, а скулы заметно сжались. Черные глаза волейболиста стали еще темнее. − Неужели?! У тебя есть чувства? Ты умеешь злиться? − Да, блять, я умею злиться! – громко проорал парень и стукнул ладонью по столешнице, отчего я подпрыгнула на месте. – Ты постоянно выводишь на какие-то эмоции! − Не ори на меня! − А, то есть теперь нельзя показывать свои чувства?! – Киеми наступал на меня с каждым словом, загоняя в угол. Паника снова начала охватывать своими большими лапами, заставляя дрожать всем телом. Ноги не слушаются, а руки ходят ходуном. Нужно срочно найти какую-то опору. Парень передо мной что-то громко говорит, пытаясь достучаться до меня, но я не соображаю ничего, пытаясь рукой взяться за что-то, чтобы не упасть. Этим чем-то оказалась столешница. Господи! Спасибо! − …Ты достала уже со своей вечной учебой! Почему нельзя делать все сразу, а не оставлять на последний момент?! − Да это ты достал своими тупыми правилами, антисептиками и чистотой! Я убираюсь чуть ли не по несколько раз в день! А где хоть какие-то слова благодарности?! Это что? Какая-то данность? Слезы постепенно начинали подкатывать к глазам, а посреди горла встал ком, размером с наш дом. Черт! За все время наших отношений мы ни разу не ругались – всегда были мелкие замечания, которые моментально разрешались, и ничего более. Мы никогда не повышали голос друг на друга, а теперь без передышки орем. − Нет, это просто бытовая жизнь! Или тебе так нравится жить в мусоре и хламе вокруг себя? Может, мне вообще уйти, если так не нравится жить со мной?! Что? Нет… − …Просто разойтись, и все! – парень уперся руками по обе стороны от меня, нависая сверху. Как он может о таком говорить?! Все, что мы так долго строили, он хочет просто зачеркнуть и все?! Рука сама взлетела и обожгла щеку брюнета ударом. Шлепок от пощечины звонко прозвучал на всю комнату, после себя погружая в гробовую тишину, которую нарушало лишь наше тяжелое дыхание. Киеми продолжал стоять в одной позе, стиснув зубы и быстро бегая по мне глазами. Никто не ожидал такого поворота событий, даже я сама. Парень, тяжело дыша, резко положил ладонь на заднюю часть моей шеи и притянул к себе, грубо впиваясь в губы. Он жестко подхватил меня под ягодицы и с грохотом усадил на столешницу, вставая между моих ног. Снизу прозвучал стук разбивающейся посуды. Кажется, мы снова что-то разбили, но теперь нам обоим было все равно. Киеми глубоко целовал меня, оттягивая нижнюю губу и давая нам возможность сделать вдох, а потом снова погружался в грубый и резкий поцелуй. Он с силой сжимал мои бедра, не давая отстраниться, отодвинуться. Воздуха катастрофически не хватало – брюнет не давал и секунды продуха. − Как же… ты любишь… выводить меня из себя, − отрываясь от губ и переходя на шею, хрипло прошептал Киеми. Усмехнулась, делая желанный вдох, когда парень оставил мои губы в покое. Да, просто обожаю, когда он теряет контроль. Обычно это происходит только в постели, когда я заставляю его ревновать, сама того не замечая. В повседневной жизни от него не дождешься подобного. − Надо почаще так делать, − прошептала ему в ухо, оттягивая волосы волейболиста у корней, вызывая протяжный рык. Вибрация прошла по всему телу, передаваясь через поцелуй мне. Брюнет посмеялся севшим от крика голосом, снимая с меня футболку. Не найдя под ней ничего, он усмехнулся уголком губ и начал оставлять отметины на ключицах и шее, плавно переходя к груди. То ли от слабой боли, то ли от удовольствия я царапала ногтями спину парня, зарываясь под его футболку руками. Ноги рефлекторно обхватили талию волейболиста, когда он начал покусывать грудь, оставляя красные следы на бледной коже. Медленно сняла футболку со спортивного тела брюнета, любуясь каждым миллиметром своего парня. Брюнет тяжело дышал, глазами уже сжирая меня всю и целиком, но терпеливо стоял и ждал, пока я наслажусь им в полной мере. Видимо, сегодня что-то сломалось в Киеми, потому что волейболист не мог долго выжидать первых шагов от меня, а просто подхватил меня на руки, попутно оставляя поцелуи на теле, и понес в спальню. − Видишь, как хорошо, что я не убрала кровать с утра, − падая на мягкий ворох из белоснежных одеял, просмеялась я в губы брюнету, что повалился сверху на меня. − Да, − Сакуса целовал так, словно в последний раз. – Молодец, − он оторвался на мгновение, чтобы заглянуть черными глазами в мои, − смогла найти единственный плюс своей учебной загруженности. И снова грубые, долгие поцелуи, сносящиеся с ума голову. С ним всегда так – как только Киеми остается с тобой наедине, посвящая всего себя лишь мне одной, хочется забыться и раствориться в нем. Не обращаешь внимание ни на что, пока его ловкий язык исследует всю тебя. − Ах, − парень ввел пальцы в меня, довольно наблюдающий за реакцией. Когда он успел стянуть с меня штаны? От своей растерянности стало смешно, и я закрыла лицо руками, пряча красные щеки от брюнета, который и так все прекрасно знает. Его волнистые волосы свисали вниз, щекоча мои пальцы мягкими концами. − Всегда витаешь, где угодно, но не здесь, − Киеми нежно поцеловал кисти моих рук, вынуждая открыть лицо и удивленно посмотреть на брюнета. Волейболист уловил момент и неожиданно вошел в меня, вынуждая беззвучно открыть рот и прогнуться в спине. Парень подхватил меня под поясницу, поднимая руки вверх по спине, и начал покрывать мою грудь отрывистыми поцелуями. − Ты очень красивая, − нежно прошептал брюнет в самое ухо, заставляя краснеть еще больше. Он что, решил сегодня превзойти лимит по нововведениям в нашей жизни? От его одновременно грубых и нежных прикосновений, долгих поцелуев, невзначай пророненных слов кружится голова, отчего картинка перед глазами уже давно стала нечеткой. Последний толчок, и звездочки поплыли перед глазами. Электрический разряд прошел по телу, распространяя приятное тепло и расслабление. Через несколько секунд парень приземлился рядом со мной, переворачиваясь на спину. Его тяжелое дыхание в унисон с моим нарушало тишину, а стучащая в висках кровь оглушала. Я быстро нырнула под бок любимого волейболиста, укладывая голову на его сильной груди. Его сердце постепенно замедляло бешенный ритм, приходя в норму. От полной расслабленности и спокойствия глаза начали медленно закрываться, пытаясь погрузить меня в сон, пряча ото всех проблем… Точно! Экзамен! Резко подняла голову в поисках заветной тетради и, найдя ее на столе, аккуратно сложенную и закрытую, широко улыбнулась, тихо хмыкая. Когда он только все успевает делать? − Ты же сейчас не пойдешь снова читать свою писанину? – Киеми крепче прижал меня к себе, водя пальцами по оголенному плечу. − Ты погрузил меня в сомнения, − задумчиво постучала пальцем по нижней губе, изучая бежевую стену. − Я знаю, как отвлечь тебя от раздумий, − брюнет рывком подмял меня под себя и, увидев мой удивленный взгляд, наклонился к самому уху, поясняя. – Приглашаю тебя на второй заход.