seesaw

«известный айдол ким тэхен…» «стало известно, что певец ким тэхен пришел в себя после нескольких месяцев пребывания в больнице…» «…как сообщают источники, господин ким был отключен от аппаратов искусственной вентиляции лёгких, его состояние стабилизируется…» «мировая звезда ким тэхен…» «ким тэхен…» тэхен открывает глаза и заставляет себя сделать вдох, равнодушно глядя в белый потрескавшийся потолок. — утро, - шепчет тэхен, будто сам себя в этом убеждает, — снова. он рефлекторно покручивает кольцо на безымянном пальце и косится на стоящие возле кровати костыли. тэхену хочется верить, что все произошедшее несколькими месяцами ранее — лишь страшный сон, ужасно болезненный, до хриплого крика в глотке, но вот он снова проснулся, и проклятые костыли все время возвращают его в отвратительную реальность, к которой тэхен вынужден привыкать, даже если очень не хочется. проблемы всегда приходят невовремя, в тот момент, когда этого совсем не ждешь, и вроде тэ вообще должен благодарить всех врачей за то, что он жив, но ей богу каждое утро тэхен думает лишь о том, что лучше бы он умер в тот вечер. тэхена из мыслей выдергивает короткая вибрация телефона, на котором высвечивается «доктор мин». ей богу, послать бы его уже нахер со своими дотошными вопросами каждую неделю и со своим волнением, но тэхен выдыхает и отвечает, иначе этих вопросов будет еще больше. — господин ким? - привычно уже раздается на том конце. тэхен ловит себя на мысли, что этот врач — единственный человек, с кем тэ сейчас вообще общается, и то исключительно по делу. тэхен даже перестал отвечать своему менеджеру, но хосок слишком понимающий и святой человек, он сам быстренько объяснился с прессой и оставил тэхена в покое, подразумевая, что киму нужно время, чтобы прийти в себя, и, скорее всего, немало. последнее, что сказал хоби: «не думай ни о чем, восстанавливайся, обо всем я сам позабочусь. я всегда на связи для тебя». самый лучший человек, только вот тэхен так ни разу и не позвонил ему. то ли из чувства вины, что подвел чона, то ли из злости на себя, то ли просто от трусости. и тот факт, что хосок все понимает и не обижается, разруливая все дела с агентством, только усугубляет чувство вины, которое тяжелым камнем давит тэхену на плечи. — да, доктор мин, - устало говорит тэ, так и не решаясь встать с кровати. конечно, он пробовал стоять самостоятельно и ходить, вот только это чувство, когда твое тело просто тебя не слушается, оно ужасное, отвратительное, выедающее изнутри и разрушающее в тебе все. когда ты беспомощный, даже хуже, чем ребенок, просто не способный совладать с собой.       — чего ты тогда хочешь, в конце концов?       — чего я хочу? чтобы ты перестал мне пиздеть! элементарно.       — когда я тебе пиздел?       — тебе по пальцам перечислить? хорошо, давай начнем.       — так не разговаривают с человеком, которого любят.       — а ты… ты меня любишь? —… господин ким? алло? вы меня слышите? - обеспокоенно раздается голос врача из трубки. — да, простите, я задумался, - выдыхает тэхен, потерев глаза пальцами и шмыгнув носом. — вы… - осторожно подбирает слова врач, — вы в порядке? тэхен заставляет себя сделать глубокий вдох и расслабиться. очень хочется сорваться, разгромить все вокруг, иногда это желание доводит до ручки, но он должен держаться, потому что обещал сам себе. ирония еще и в том, что тэхен не способен даже разбить тарелку, он элементарно не может стоять нормально, о какой истерике может идти речь? — да, я… - тэхен запинается и поднимает голову наверх, медленно выдыхая. — я в порядке.       — ну вот и чего ты молчишь? это все правда ничего не значит для тебя? я не хочу снова потрахаться с тобой и сделать вид, что ничего не произошло, потому что все уже давно ненормально, и нужно с этим что-то сделать. я не могу дать тебе того, что ты просишь, я кручусь, как белка в колесе, я пытаюсь сбавить обороты, но ты все делаешь будто нарочно. когда я даю по тормозам, ты только сильнее жмешь на педаль газа, когда я прошу тебя не трогать меня, ты только этим и занимаешься. а потом подбираешь слова, говоришь, что любишь меня, с таким отвращением, будто дохлую псину увидел, а я каждый раз тебе верю. что будет дальше?       — ничего не будет, тэхен. тэхен не выдерживает, телефон с грохотом выскальзывает из его рук. тэ позволяет себе всхлипнуть в голос, свернувшись на кровати в комок.       — это не может все так закончиться, не может, черт возьми. я люблю тебя, даже если ты меня не любишь, просто останься рядом со мной, я буду и дальше верить всему, что бы ты ни сказал мне, я пойду за тобой куда угодно, пожалуйста. я просто прошу от тебя честности, но ты снова врешь мне.       — тэхен, - сумка юноши с грохотом опускается на пол с тяжелым выдохом, — прекрати истерику. ничего хорошего из этого не выйдет, если ты этим пытаешься меня удержать, то это бессмысленно. как бы мы не пытались все исправить, что мы неоднократно сломали, как бы мы не подбирали слова, все, что мы можем, — это лишь ранить друг друга еще больше.       — видимо, кому-то ты нужен больше, чем мне. видимо, кто-то нужен тебе больше, чем я. тэхен рыдает в голос, чувствуя, как начинают болеть глаза и жжет слизистую носа. ужасно ломит диафрагму от постоянных попыток вдохнуть сквозь насморк. уже ничего не надо, лишь бы перестало крыть, лишь бы эти диалоги перестали всплывать в голове. в конце концов, они оба с самого начала жили в разных мирах, но когда ты влюблен, ты думаешь, что у тебя хватит сил, чтобы преодолеть все, чтобы доказать всему миру, что ваша любовь — та самая из книжек, и все не пойдёт по накатанному сценарию. наверное, с этих мыслей и начинается конец истории.       — ты видишь, что эти чувства причиняют мне только боль?       — тогда давай все закончим.       — но почему мы не можем все исправить? почему ты даже не хочешь попытаться?       — мне жаль, тэхен, но пути у нас все-таки разные. — это все происходило не со мной, - всхлипывает тэ, уткнувшись лицом в подушку. — тебе никогда не было жаль. он плачет по ощущениям целую вечность, пока глаза совсем не болят. все точно так, как и в прошлом апреле, только его рядом нет. наверное, скоро станет еще паршивее, когда до тэхена дойдет, что все в их отношениях было фальшиво. — черт, - озаряет кима. он выпрямляется и рукой дотягивается до телефона, поднимая его с пола. разговор с врачом идет уже сорок пять минут. тэхен несмело подносит трубку к уху и прикусывает губу. он все-таки сорвался. — вам лучше? - интересуется врач, и тэхен уже за месяцы их разговоров научился различать все оттенки его голоса. сейчас он слышит какие-то нотки беспокойства. тэхена снова колит совесть. — да, - шмыгая носом и вытирая рукавом пижамы щеки, — простите за это. я…. - начинает тэ, но чувствует, как слезы снова накатывают и щипет нос, отчего приходиться невольно зажмуриться. — я могу что-то для вас сделать? - снова интересуется врач, и тэхен понимает, что он имеет в виду. доктор мин мог бы приехать и все сделать сам, но одно дело, сделать все самому, пользуясь статусом врача, но другое дело, когда человек просит о помощи. врач хочет, чтобы тэхен признал в первую очередь перед собой, что не справляется, но на самом деле, это не так уж и просто. эта хитрая обманка, которую тэхен тут же понимает, но не злится, потому что врач таким способом лишь хочет помочь, чтобы эта помощь не была их-под палки или какой-то насильственной. — нет… - хрипло говорит тэхен, заглядывая в окно. — хотя, я думаю, что да. можете посчитать это очередным моим капризом. - врач молчит и терпеливо слушает, что скажет тэ дальше. юноша сдается и продолжает. — отвезите меня на тонбэксом. врач напряженно молчит, и тэхен думает, что уже зря предложил. тишина давит на уши, и тэхен, сжимающий пальцы в кулаки до побеления, уже было что-то берется сказать в свое оправдание, отшутиться, мол, простите, доктор, я столько сижу дома, что уже начинаю бредить. но доктор мин перебивает его поток мыслей. — вы уверены? вопрос тэхена обескураживает и вводит в ступор. эта идея пришла к нему спонтанно, и на самом деле, тэхен не уверен, что он действительно готов туда поехать, не уверен, что готов встретиться с этим лицом к лицу, и уж тем более не уверен, что ему это действительно поможет. но отказываться от своих слов он не хочет, в конце концов, можно всю жизнь бежать и бояться, а можно уже встретиться с этим со всем наконец-то в хрупкой надежде, что, возможно, это поможет и станет хотя бы чуточку легче. и если есть хотя бы минимальный процент, что это ему поможет, этим надо воспользоваться. так ведь? — я думаю, что да, - тихо отвечает тэ, шикнув от боли в губе, которую он случайно разодрал. эта неосознанная тяга причинять себе боль когда-то и в самом деле выльется во что-то посерьезнее. расстраивает лишь одно, врачу тэхена плюс одна заморочка, с которой нужно будет разбираться. бедный доктор мин. — я заеду за вами через полчаса и помогу собраться, - тэхен фыркает и чувствует себя унизительно, будто он не способен даже на такие элементарные вещи. он уже хочет было возразить, но проницательный врач тут же его перебивает, — просто примите мою помощь, это не сделает вас слабее. — а вы прекратите читать мысли, - не сдает позиций тэхен. — жду вас. тэхен не дожидается ответа и бросает трубку, отшвыривая телефон куда подальше. он откидывается на кровати и устало выдыхает, потирая опухшие глаза. в самом деле, сколько уже прошло времени? несколько месяцев, не меньше, но когда ты прикован к постели время кажется таким долговечным и тянется, как резина. хочется впасть в спячку и проспать миллион часов, потому что в действительности сил нет буквально ни на что: ни на то, чтобы поесть, ни на то, чтобы принять душ или с кем-то поговорить. а тэхену нужно говорить много, ему не хватит и дня, чтобы высказать все, о чем он молчит, но именно это он и делает. зачастую просто идет спать в надежде, что это все еще кошмар, от которого он не может очнуться, хотя и очень хочется. тэ часто думал, что он сделал не так, и в какой момент все пошло наперекосяк. когда он слишком ушел в работу и стал уделять ему меньше внимания? скорее всего, но что-то внутри тэхену подсказывает, что если бы он был обычным человеком, а не известным певцом, то они бы все равно расстались, и это признавать перед собой тяжелее всего. тэхен ввязался в отношения, которые изначально были обречены на провал, но тэ почему-то решил, что он справится, все будет хорошо, и что их любовь победит всех. в итоге эта любовь действительно победила их обоих, только битва была не на жизнь, а на смерть. держать кого-то при себе — это совсем не в манере тэхена, обидно лишь, что их вина затронула еще и третьего человека. они и правда слишком много ссорились, будто разговаривали на совершенно разных языках, не способные услышать и понять друг друга. сколько ругани помнит кухня тэхена, как же их несло в такие моменты. минус на минус не дает никаких плюсов, хотя таким мог бы быть так называемый примирительный секс, но по факту это было просто вымещение злости друг на друге. вроде бы и не кричали, вроде бы прикрылись фразой «теперь все хорошо», но реальность такова, что с телом можно сделать все, что угодно, когда душа постепенно теряет способность чувствовать. вот он, хлопнув дверью, уходит в какой-то очередной клуб, загружает бесконечные посты в инстаграм, где кто-то находится на месте тэхена, и вот бокал сухого красного у кима в руке. вот он, пьяный, вернулся домой, споткнувшись в пороге и матюкнувшись, лезет к младшему в постель, обнимая со спины и утыкаясь носом в волосы кима, пока тэхен кусает губы и беззвучно плачет. как же все это бесит. вот он кричит на той же самой кухне, а тэхен со злости разбивает тарелку, потому что он опять уходит, а тэхен остается один, сползая по стенке и порезавшись об осколок той самой тарелки. вот он снова приходит домой спустя несколько дней отсутствия с красивейшим букетом белых пионов, которые тэхен обожает, целует и клянётся, что такого больше не повторится, протягивает тэхену кольцо с гравировкой луны, и хвастаясь таким же у себя, только с изображением солнца. «потому что я твое солнце, тэхен, а ты — моя луна». все верно, луна лишь отражает свет солнца, а что делать, когда этого света нет? но тэхен верит и соглашается, делая вид, что не замечает очередного багрового плохо прикрытого засоса на его шее. и вот тэхен уже жжет их фотографии, беззвучно повторяя: «я так больше не могу» и не отвечает ни на один его звонок и ни на одно сообщение. жалко, что не было пожара, только остатки дыма и копоть, прямо как и у тэхена в душе, когда он думает, как можно описать их отношения. пепелище, которое он любит до чертиков. эти качели доводят его до изнеможения. никто в этой гребаной жизни не относился к нему так нежно, так хорошо и одновременно так хуево и наплевательски. как только они расходятся, из головы вылетают все эти моменты, когда тэхен рыдал, свернувшись на плитке в ванной, когда он пытался забыться изо всех сил и твердил себе: «все хорошо. это просто очередной плохой день». почему-то сразу вспоминаются самые хорошие моменты, как они смотрели фильмы под одним клетчатым пледом и лениво целовались, как он улыбался, когда смотрел на тэхена, и это то, что нельзя подделать. тэхен знает, что это было искренне, но в том и суть — все это прошедшее время. это все равно, что любить призрака, свои воспоминания, где он был нежным, теплым и самым лучшим. все, чего хотел тэхен, просто вернуть это время, где они были счастливы, но это уже было невозможно. держаться за отношения только ради того хорошего прошлого, что было в конфетно-букетный идея, по правде, так себе, но тэ пытался до последнего и тешил себя этой призрачной надеждой. хотя по факту так и получилось. тэхен даже не сможет высказать ему, какой он козел и как по-скотски с ним поступил, как переломал ему каждый позвонок своей грубой нежностью. последнее голосовое ему от тэхена так и осталось непрочитанным. да, они точно были кем угодно, но не парой. звонок в дверь оглушает тэхена, и он невольно дергается, наспех вставая и хватаясь за костыли. он смущенно открывает дверь и видит расслабленного врача за ней. — так и знал, что вы не собрались, - радушно отвечает доктор, отчего тэхен лишь смущается больше. — я в состоянии сам справиться, - бросает тэ, отворачиваясь и ковыляя к шкафу. врач свободно заходит в квартиру, явно чувствуя себя тут, как дома, и молча собирает сумку тэхену, кладя туда лекарства, прихваченные из больницы. тэхен, отвернувшись, пытается напялить на себя свитер, но чувствует, как еще две руки помогают ему натянуть одежду. тэ тихо мямлит: «спасибо», на что врач по-кошачьи улыбается. не впервой, но тэхен все равно не может привыкнуть к чужим прикосновениям и невольно дергается каждый раз. для тэхена прикосновения — что-то всегда с загадкой: будет на этот раз больно или нет? он каждый раз готовится к первому, но с врачом к удивлению тэхена, который к этому не привык, ни разу не было больно. доктор мин никуда не торопит тэхена, помогает ему спуститься и почти заботливо усаживает его в машину, пристегивая и проверяя состояние ног. тэхен каждый раз наблюдает за этим, как завороженный, и сейчас благодарен, что на другой конец кореи они едут на машине, а не летят самолетом. с недавних пор тэхен ненавидит самолеты.       — тэхен?       — да, хосок?       — никуда не выходи из квартиры, пока я не приеду. ты уже видел новости?       — не видел.       — подожди меня. примерно такой короткий разговор состоялся у тэ с менеджером в тот день, когда жизнь тэхена пошла под откос окончательно. — тэхен, каково это — быть в падающем самолете? - вдруг нарушает тишину юнги, и тэхен дергается, нахмурившись. — я спал до столкновения, - тихо начинает тэхен, отведя взгляд в окно, — я так вымотался и так устал, я даже не помню, как мы взлетели. я был слишком на взводе после всех новостей, я надеялся, что это какая-то ошибка, и все обойдется. самолет был полупустой, стюардесса попросила пассажиров пересесть поближе, но я остался в хвосте самолета, я точно это помню, потому что когда… - тэхен тяжело выдыхает, — когда самолет разорвало, кресло в нескольких рядах от меня разломилось и улетело. я бы точно не выжил там. в какие-то моменты казалось, что я начинаю думать и анализировать, но по-настоящему осознание всего пришло только в больнице. мысли там были какие-то туннельные, не заходящие дальше определенного действия, я ничего не соображал. доктор мин молчит, удивленный тем, что тэхен впервые с ним заговорил на эту тему. он молча протягивает тэхену бутылку воды, стараясь не смотреть на него, подразумевая, что это может сбить кима, и он не будет продолжать свой рассказ. тэхен благодарно ее принимает, делает пару глотков и продолжает. — я сначала сильно ударился головой о кресло. из моего меня выкинуло, я потерял сознание, а когда очнулся, был уже в проходе. буквально через секунду у меня в голове всплыл будто какой-то стоп-кадр из фильма, где какая-то девчонка сидела в кресле и держалась за поручни, и я почти по инерции сделал то же самое, правда, понял это, когда уже сидел, сгруппировавшись, и ожидал падения. мозг был так сосредоточен на выживании, что я забыл про все деньги, про всю карьеру, это все и правда неважно, когда ты по ощущениям вот-вот умрешь. мы падали восемь минут, и это время казалось для меня вечностью. я увидел всю свою жизнь, прямо как это описывают. — а что остальные? - осторожно интересуется мин, краем глаза отслеживая состояние тэхена, чтобы тот не дошел до критической точки. — про остальных вообще ничего не помню, я был сосредоточен только на себе. помню только крик и вой людей, которые понимали, что вот-вот умрут. я видел своего соседа, мужчину лет тридцати, но уже во время падения я понял, что он погиб. ему задело голову обломком, кровь была везде, на пальцах, на руках, на его костюме, везде… шок глушил все. я не помню, что было дальше, я не понимаю, как я выжил, - тихо договаривает тэ и съеживается. юнги гулко выдыхает и осторожно треплет кима по плечу в сочувствующем жесте. — поспите немного, - едва слышно добавляет врач, но тэхен уже провалился в дремоту.       «сегодня стало известно, что известный танцор пак чимин был найден мертвым с незнакомым юношей в автомобиле. по предварительным данным, водитель не справился с управлением, отчего автомобиль вылетел в обрыв. подробности с места происшествия уточняются…»       тэхен нервно набирает номер хосока, но тот и сам появляется собственной персоной на пороге квартиры кима спустя мгновение, запирая дверь на сто замков.       — тэхен! - подлетает хосок и крепко обнимает своего друга.       тэхен стоит, обездвиженный и парализованный, не зная, как ему реагировать и что сказать.       — их нашли в районе острова тонбэксом, это бусан. тэхен, - хоби искренне заглядывает киму в глаза и крепко сжимает плечи, — мне очень жаль.       — я полечу туда, - отвечает техен убито, не переварив до конца смысл сказанного. одна часть его мозга твердит, что ошибки нет, но сознание упорно отказывается верить в услышанное. — я не верю в это, я должен убедиться сам, я лечу в бусан ближайшим рейсом, и даже не думай меня отговаривать.       — тэхен! — тэхен, - осторожно треплет доктор кима по плечу, — мы приехали. просыпайтесь. тэ открывает глаза, потирая их пальцами, снова чувствуя, как тоска и грусть обрушиваются на него. он так и не долетел в прошлый раз сюда, поэтому киму кажется, что его отшвырнуло на несколько месяцев назад, будто эти двое погибли только вчера, и голос диктора из новостей отдается такой же болью, которую теперь нужно принять и осознать. будто тэхен снова вернулся в тот роковой день, и теперь будет переживать его постоянно, пока он живет и дышит. тэхен нервно сглатывает и, помедлив, хватается за руку, протянутой ему с улицы. они медленно бредут по кладбищу среди могил. ноги тэхена и основания костылей проваливаются во влажную землю, и каждый шаг дается невероятно тяжело. в какой-то момент ему хочется все бросить, разреветься и вернуться домой, сесть в угол и рыдать столько, пока не останется воздуха, пока все не перестанет иметь смысл, но рука юнги уверенно его поддерживает, даже когда тэхен готов уже все бросить и рухнуть. тэхен останавливается на самом краю кладбища возле двух неприметных могил, и не понимает, что он чувствует, глядя на их надгробия. у него ощущение отторжения реальности, будто все это происходит не с ним, не здесь, и не сейчас. юнги молча отходит, давая тэхену возможность побыть наедине со своими мыслями. тэхен было порывается что-то сказать, но каждый раз, когда он пытается открыть рот, слова срываются на нервный хрип, и он захлебывается в слезах. тэхен зажимает рот рукой и съеживается, так и не понимая, что он сейчас чувствует к этим двоим. его парень разбился на машине с каким-то другим парнем, тэхен оказался единственным выжившим в самолете, который летел сюда и потерпел крушение. о какой справедливости в жизни после этого можно говорить и рассуждать? тэхен снова ловит себя на мысли, что опять кто-то занял его место рядом с чимином, и лежать в этой земле рядом с ним должен он, а не какой-то парень по имени чон чонгук. кто он вообще такой? у тэхена чувство, что у него что-то отняли, отняли смерть, которая непременно должна была быть с ним в этот день, как и он должен был быть рядом с чимином на тонбэксоме в тот вечер. тэхен закрывает лицо руками и позволяет себе выплакаться, прощая паку все, что он сделал, признаваясь ему в любви и ненавидя себя и свою жизнь. тэхен находит в себе силы лишь на одно действие: он снимает кольцо с гравировкой луны, ползком подбирается до могилы чонгука и молча кладет украшение на его могилу. — думаю, это принадлежит теперь вам, - шепчет ким хрипло, грязными руками вытирая щеки. — и в этой, и в следующей, чиминни, - слабо улыбается тэхен, читая имя своего бывшего парня на мраморной плите.