"Моя милая Гэринфель..."

- А правда, что в Фонтейне слушают специфичную музыку? – спросила Хилли, натирая пол на первом этаже. Была пятница – день генеральной уборки. Моко, Хилли и Гэринфель намывали полы на первом этаже. - О, весьма, - улыбнулась девушка. – Она не похожа на баллады и рабочие песни, которые обычно поют. Это очень ритмичная музыка и очень громкая. - Неужели такое можно слушать, не переживая, что уши заложит? – поморщилась Хилли. – И разве смысл в музыке не в звучании? - Там же не просто шум! Это тоже мелодия, но очень громкая. Смысл этой музыки в том, чтобы выразить свои чувства, сильнейшие эмоции, почувствовать огонь внутри груди! - Ты так это рассказываешь, тебе явно такое по душе! – усмехнулась Моко. - Ну, я, правда, бывала на нескольких концертах, - смущённо улыбнулась Гэринфель. - Да и мне не только такое нравится. Я люблю и мелодичные баллады. - А можешь что-нибудь спеть? – попросила Хилли. - Ну, уж нет! Ещё чего Аделинда придёт! – буркнула девушка. - У нас не возбраняется петь во время работы, - взмолилась Моко. – Ну, даваааай! - Только если вы споёте первыми! - Вот трусишка! Да без проблем! – приняла вызов Хилли. Девушки затянули какую-то весёлую песенку о двух подружках в поле, которые увидели вдалеке прекрасного юношу и рассуждают, как им быть: вернуться ли домой или всё побросать и пойти с юношей. Из песни было ясно, что молодой парень пришёлся по душе, но одна девушка боялась быть наказанной своими родителями, а вторая хотела рискнуть всем ради счастья. - Теперь твой черёд! – заявила Моко. - Вы даже не спели до конца! – возмутилась Гэринфель. – Чем всё кончилось? - А у песни нет конца! Каждый сам решает! – усмехнулась Хилли. - Ну, тогда я вам отомщу! Гэринфель вздохнула и принялась петь. Не громко, но казалось, что её голос эхом отражается от каждого предмета и распространяется подобно лёгкому летнему ветерку, что тихо шелестит в листве. Это была песня о драконе, лежащем среди сокровищ в далёких пустынных землях. Его мощь и его ужасная красота внушали трепет всему живому. Девушки слушали с замиранием сердца. На втором этаже сердито фыркнула Аделинда, узнав голос новенькой. А где-то в кабинете Эльзер отвлёкся от расчётов, прислушавшись к песне. Второй куплет был о ненависти к проклятому золоту, из-за которого погибла его возлюбленная. А третий - о счастье, о единственном, что осталось в жизни этого чудовища. Полёт и бескрайнее голубое небо, свобода, которую он ощущал, взлетая под облако и летя навстречу ветру. Гэринфель выдержала паузу, а затем допела последний куплет. Казалось, что всё время, что она пела, она была где-то далеко. Быть может, вспоминала родной дом?.. В последнем куплете рыцари в таверне пили и спорили, кто из них раньше доберётся до заветных сокровищ, убив последнего дракона… Моко и Хилли не сразу очнулись от чар голоса девушки. - Ох, Гэри… - выдохнула Моко. – Да твой голос растрогает Архонтов… - Архонтов и то проще растрогать, чем мастера Дилюка, - отмахнулась Хилли. – И, кстати, кажется, я слышала хлопок двери в его кабинет. - Тебе показалось. Не думаю, что ему есть дело до пения его горничной, - усмехнулась Гэринфель. Но она готова была поклясться, что, как и Моко, слышала звук закрываемой двери. И она молилась всем Архонтам, чтобы это был тот, кому она могла бы петь каждый день. Вдруг раздался грохот где-то на кухне. Поднялся истошный крик, достигший второго этажа. По лестнице уже бежала Аделинда, что-то недовольно бормоча под нос. Она остановилась, уставившись на подруг. - Гэринфель, закончите уборку в кабинете мастера Дилюка! – бросила старшая горничная и убежала, не дожидаясь ответа. Девушка вздохнула и поднялась в указанное место. Обычно в кабинете и в спальне Рагнвиндра прибиралась Аделинда, но что-то случилось на первом этаже, прервав старшую горничную. «Странно, что она отправила меня», - подумала Гэри, постучав в дверь и заглянув внутрь. - Мастер Дилюк, можно войти? - Да, заходите, Гэринфель, - мужчина поднял глаза и посмотрел на девушку так же, как смотрел на любого малознакомого человека, и снова уставился в счета, которые он старательно заполнял. – Что там произошло? - Мм… Что-то уронили? - пожала плечами девушка. – Во всяком случае, точно никого не убило. Хозяин больше ничего не сказал. Горничная стала протирать полки с многочисленными связками отчётов, на которых висели бирки с указанием месяца и года. На рабочем столе мужчины царил порядок, несмотря на обилие бумаг. Всё лежало на своём месте, до всего, что нужно можно было легко дотянуться рукой, ящики стола были заперты на ключ. Девушка продолжала прибираться, подмечая все детали и особенности обстановки. «Необычно видеть такой порядок на рабочем месте такого человека. Я думала он более нетерпеливый… - Гэринфель стёрла пыль с подоконника и уставилась на стол, за которым в данный момент работал Дилюк. – Так… А как-…? Мне и там надо пыль стереть?..» Девушка растерялась. В доме господина Келпи она всегда прибиралась в отсутствие хозяина, но тут… Может, тут были другие порядки? Аделинда же занималась тут чем-то до того, как позвала её. - И-… извините, мастер Дилюк… - обратилась Гэринфель к молодому хозяину. - Да? – Рагнвиндр посмотрел на девушку, смущённо зажавшей руками передник. - М-мне надо прибираться на вашем столе?.. Вы п-просто заняты и-… «Как неловко-то выходит!» - она почувствовала, как вспотела и покраснела. - А. В этом смысле, - Гэринфель не могла понять, то ли молодой хозяин смотрит на неё как на дуру, то ли с сочувствием. – Нет, не нужно. Вы свободны, спасибо. Девушка вышла из кабинета и устало прижалась спиной к стене, стирая пот с шеи. «Ну и тупица же ты, подруга…» - подумала она про себя, тяжело вздохнув и шагнув к лестнице. Дилюк продолжил заполнять бумаги, как ни в чём не бывало, мыча себе под нос мотив песни о драконе…