Хранители (рабочее)

Моя история покажется странной. Верить или нет, решить только вам. Иногда я сама не уверена, было это на самом деле или же мне просто все приснилось. В любой сказке есть доля правды, а любая легенда однажды может ожить. Моя жизнь – это жизнь студентки техникума. Не помню, когда именно увлеклась созданием одежды. Но именно это и позволило мне поступить на модельера-конструктора. Меня часто можно увидеть с скейтч-буком и карандашом в руках. В этом вы не найдете ничего странного. Рисовать я начала довольно рано. Мама говорит, что этот талант у меня проявился в пять лет. Но если бы я просто рисовала, то этой истории и вовсе никогда не случилось бы. Моей особенностью было то, что могла изобразить владельцев, события связанные с вещью, к которой прикоснулась. И именно это мама и помогала мне развивать. По началу я плохо контролировала эту способность и могла лишь отчетливо увидеть небольшой временной отрывок. Спустя несколько лет мои возможности возросли, позволяя мне изобразить наиболее яркие события, где присутствовала эта вещь. Как бы странно не было, но любой предмет имеет свойство памяти. Больше всего такой информации можно получить от старинных вещей. − Лотос, идешь обедать? – спросила девушка с золотистыми кудряшками. − Да, − ответила ей я, убирая в рюкзак пенал и скейтч-бук. Многие удивлялись, когда слышали мое имя. Но столь необычно назвала меня мама, когда я родилась. С ней мы живем вдвоем в небольшом городе. Не могу сказать, что мне нравится здесь, но и не скажу, что здесь плохо. Такая неопределенность связана с ощущением того, что мое место не здесь. Когда-то мне было интересно узнать, кто мой отец. Но мама никогда и ничего не говорила о нем. Кто он, чем занимается, я не знаю. Так же и не знаю, как выглядит. В доме нет ни единой его фотографии. Которых в принципе у нас вообще мало. Я даже не знаю, есть ли у нас родственники. О них мама никогда не рассказывала. Один раз она сказала: «Считай их мертвыми». Друзей у меня не было. Мне не просто найти общий язык с другими людьми Более-менее удавалось общаться с Катериной. Милое личико, обрамленное светлыми кудряшка, делали ее похожей на ангела. И многие недоумевали, как такая светлая девочка может общаться с такой мрачной и холодной как я. Но если бы другие знали, через какие тренировки мне приходится проходить каждый день с самого раннего детства, то поняли бы мою отрешенность от этого мира. − Эй, ты, − преградила мне дорогу девушка с ярким макияж, − Долго будешь делать вид, что ни при чем? Эта особа с огненно-рыжими волосами местная королева. Считает, что все должны ей прислуживать. Меня раздражают подобные люди. Поэтому с ней мы сразу стали врагами. То, о чем она говорила, я прекрасно понимала. Кто-то ей сказал, что ее парень расстался с ней из-за меня. Никогда не видела и не знаю, кто он такой. Но эту дуру не переубедить. − Отойди, − мой голос прозвучал безразлично. − Ну уж нет. Сегодня я наконец-то разберусь с тобой, − произнесла девушка, пытаясь схватить меня за волосы. Как глупо. Чуть отклонившись, хватаю ее за руку, выворачивая ее за спину. Девушка тут же завизжала. Криком этот звук назвать было невозможно. Всего лишь немного сделала ей больно, а шуму столько, словно сломала ей руку. − Еще раз приблизишься ко мне, пожалеешь, - почти прошипела я ей на ухо. Чуть толкнув королевишну вперед, отпустила ее руку. Рыжеволосая чуть не упала на пол. В коридоре послышались смешки. А в ее глазах плескались ненависть и ярость. − С ними тебе все равно не справиться, − злым голосом крикнула мне в спину она, намекая на то, что есть некто способный встать на ее защиту при любых обстоятельствах. − Зови,− бросила ей через плечо. Мне было все равно, что этим лишь сильнее ее разозлила. Забот и так хватает. Пары скоро закончатся, а это значит, что как только вернусь домой начнется тренировка. Хотя я и способна многое выдержать, но все же от этого бросает в дрожь. Иногда мне хочется быть просто обычной девушкой, не имеющей представления о многих ужасах, скрытых повсюду. Но только я родилась не у простой женщины. И моя обязанность продолжать нести бремя своей матери, храня спокойствие простых людей. О наших заслугах никто и никогда не узнает. Такого правило. Мы не должны раскрывать своих личностей. Я знаю, что Хранителей Древностей не мало, но кроме своей матери и учителя никого из них никогда не видела. Пока не произошел один случай. Месяц назад. По возвращению с учебы, меня ждала новость о том, что сегодня начнется мое первое испытание как Хранителя. Если пройду, то буду допущена ко второму этапу. Не могу сказать, что волновалась. Сохранять спокойствие всегда было привычно. После не долгих сборов вместе с матерью я вошла в комнату, где окна всегда были плотно закрыты железным листом и досками. Здесь много книг. Мебели почти нет: стеллажи, письменный стол и стул. На полу лежали ковер из шкуры бурого медведя и несколько подушек темно-коричневого цвета. Самым ярким источником света в этой комнате была настольная лампа, все остальное находилось в легком полумраке. Мы прошли к противоположной от входа стене. На первый взгляд все стоящие на стеллажи книги одинаковые. Но это было далеко не так. Каждый тяжелый том бордового цвета имел незначительные различия в оттенках, витиеватых узорах, украшавшие переплет. Для меня же это означало другое измерение, где я проведу несколько часов. Пятая книга на третьей полке от верха была нажата маминой рукой. Стеллаж почти беззвучно, немного отодвинувшись вперед, отъехал в сторону. За ним скрывался проход размером с обычную дверь. Вздохнув, я переступила порог грани двух реальностей. Внутри росло какое-то беспокойство. Проход закрылся. Теперь выйти отсюда смогу только тогда, когда пройду испытание. Вокруг туман, видимость не более полуметра. Нужно идти вперед. Это не то место, где можно позволить себе расслабленность. Шла я уже довольно долго, но туман все не рассеивался. Такого прежде не было. Полнейшая тишина настораживала. Что-то было не так. Вот только не могу понять, что именно. Я уклонилась прежде, чем увидела блеснувшее перед моим лицом лезвие, от которого и услышала свист меча, разрезающего воздух. Обычный человек в подобной ситуации не способен заметить этого. При себе у меня ничего не было. Мама настояла на том, что мне не понадобится никакое оружие. Теперь же обороняться мне нечем. Остается либо избегать боя, либо лишить противника оружия. Вот только осложнялось все тем, что он меня видит, а я его нет. Все органы чувств работают на пределе. Шагов не слышно совсем, словно противник является призраком. Его способности выше моих. Я почти не слышу его дыхания и биение сердца. Такого мастерства лишь единицы Хранителей способны достичь. В последний момент перехватываю рукой холодное лезвие, направленное в мое сердце. Кровь густыми каплями капает вниз. Это плохо. Мама и учитель всегда говорили мне, что в подобных местах не проливалось ни капли моей крови. Мой взгляд сталкивается с удивленным взглядом темно-карих глаз. Похоже парень не ожидал, что остановлю его. Для меня же стало неожиданным то, что противник оказался довольно молод, может быть чуть старше меня. Рассмотреть его лица возможно лишь немного, так как наполовину оно скрыто красной вуалью похожей на косынку с золотыми монетками и бусинами. Мне хватает мгновения, чтобы ознакомиться с его внешним парня. Одежда белого цвета включает в себя свободные элементы, что помогает немного скрыть худощавость незнакомца. Кожаные перчатки наполовину скрывают длинные пальцы. Короткие черные волосы с длинноватой челкой слегка спадают на красивые глаза, в глубине которых можно утонуть. Создается ощущение, что смотришь в холодную бездну. Моего же лица парень рассмотреть не сможет. Оно скрыто не только за такой же вуалью, но и за резной маской. В его неотрывном взгляде вспыхивает любопытство. Неожиданно под ногами затряслась земля. Отпустив лезвие его меча, делаю несколько шагов в сторону. Не знаю, что именно могло пробудиться от моей крови. Но можно с уверенностью сказать, что у нас серьезные проблемы. Туман все еще довольно густой. Отовсюду послышался рев безжизненных голосов. От этого звука у обычного человека кровь застыла бы в жилах. Но парень, стоящий за моей спиной, не шелохнулся. Вся его поза говорила о сосредоточенности. В нос ударил запах гниющей плоти. Приближающиеся существа в густом тумане казались тенями. Двигались они довольно быстро. И вот уже первые из них напали на нас. Увернувшись от когтистой руки, следующую нежить откинула от себя ударом ноги. Таинственному парню было проще, все-таки в его руке был меч. Двигался он плавно и быстро. Но одному сражаться с таким количеством нежити равносильно самоубийству. Я же оказалась совершенно бесполезна. Не понимаю, почему мама не позволила мне взять хоть какое-то оружие. Даже самых обычных спичек у меня не было при себе. Послышался еще более громкий рев, чем прежде. Вурдалаки, в этом сомнений не было, стали атаковывать еще яростнее. В их действиях появилась некоторая слаженность. Разве такое может быть? Парень продолжал обезглавливать нежить одну за другой. Его меч мелькал серебристой вспышкой, разрезающей черные тени в тумане. Чья-то когтистая рука со свисающей гниющей плотью подобралась слишком близко ко мне. Перехватив мою ногу во время удара, вурдалак быстро потащил меня вперед. Я пыталась ухватиться хоть за что-то, но на земле не было ни единой травинки. Со всей силы нежить бросила меня в сторону, из-за чего я сильно ударилась о камень. От нестерпимой боли из горла вырвался вскрик. Никогда бы не подумала, что эти существа могут быть настолько быстры и сильны. Тащивший меня ранее вурдалак взревел, кинувшись в мою сторону. В последний момент, когда его когти почти вонзились в мою горло, перед моим лицом блеснуло лезвие меча. И голова нежити отлетела в сторону, покатившись по земле и оставляя кривую дорожку темно-бурого цвета. Отпихнув от себя полуразложившееся тело, я с трудом смогла подняться на ноги. − Спасибо, − поблагодарила неожиданного спасителя. Туман наконец-то рассеялся. К нам приближалась целая армия вурдалаков. Почему их так много? Насколько помню, они не способны действовать сообща. Нежить окружала нас. − Что это такое? – спросил парень, поудобнее перехватывая меч. − Вурдалаки, − ответила я. − Шутишь? – с какой-то язвительностью произнес он. Похоже, что я шучу? – неожиданно для самой себя разозлилась, − Из-за моей крови они стали такими. − Ясно, − тут же стал серьезным парень, ринувшись в бой. Хоть от его меча и погибали вурдалаки, но их становилось все больше и больше. На белой одежде были заметны седы когтей, оставившие кровоточащие раны. Пока появилась возможность, я осмотрела всю движущуюся орду нежити. За ними в грязном балахоне стояла человеческая фигура. В его руке что-то блестело. Получается, что всеми этими вурдалаками управляют. И если лишить колдуна предмета, с помощью которого он приказывает им, то и нежить заметнее ослабнет. Тогда незнакомцу в белом будет проще с ними справиться. Почему-то в этом я была уверена. Оставалось быстро придумать, как образом подобраться к колдуну сквозь ряды вурдалаков. Продвигаться приходилось с боем. Я не обращала внимания на раны от когтей. Не знаю, сколько ушло времени, прежде, чем мне удалось добраться до цели. Но столкнувшись с колдуном лицом к лицу, на миг даже растерялась. Я была уверена, что всей этой нежитью управляет живой человек. Но в итоге выяснилось, что колдун, контролирующий марионеток, такой же вурдалак, как и множество его кукол. Вот только он себя более разумно, чем остальные. А в его руке оказалось медное зеркало. Моей небольшой заминки хватило, чтобы нежить, схватив мою руку, впилось в нее своими желто-грязными зубами. Боль была такой, что казалось будто кислота разъедает мою плоть. С трудом сохраняя контроль над собой, ударила мертвого колдуна сбоку в челюсть, тем самым освободив от его зубов руку. С рычанием он кинулся в бой. Отбиваться от него оказалось сложнее, чем от неразумных вурдалаков. А еще и моя кровь увеличила его силы. Укушенная рука немела. Вены на лице и руках нежити вздулись от переполнявшей их силы. Мне же становилось все сложнее двигаться. Яд медленно распространялся по всему телу. Горящие налитые кровью глаза излучали превосходство. Сжав мое горло вурдалак поднял меня над землей. Вырваться из его руки мне не удавалось. Ногу пронзила резкая боль. Закричать не получалось. Слишком сильно колдун сжал мое горло. Воздуха не хватало. Перед глаза все начало плыть. − По… помоги, − прохрипела я в призрачной надежде, что незнакомец в белой одежде услышит меня. Со всех сторон послышался душераздирающий рев. А в спину ударил жар. Неужели, странный парень решил сжечь всех разом? Колдун, взревев, отбросил меня в сторону. Я зашлась кашлем, время от времени сплевывая отравленную кровь. Перед глазами было настолько мутно, что могла рассмотреть лишь силуэты сражающихся на фоне огненной стены. Кто в итоге одержал победу, я не знаю. Помню лишь, что перед тем, как потерять сознание, ощутила мамины руки, забравшие меня оттуда.