Чёрный голубь белому не пара.

Хриплый крик сходит на нет. Тишина поглощала последние следы жизни. Неужели эта нить судьбы оборвётся в таком никчёмном месте? Кто знает? Хруст веток, и вполне возможно, чьих-то костей. Она знает. Знает, что сегодня никто не умрёт на её руках. Светлый тёплый силуэт разогнал тьму леса и приблизился к свёртку. Внутри обессилившая малышка, новорождённая девочка с крохотным рогом, торчащим посреди лба. Сейчас для лесной девы было неважно, какое из магических существ бросило своё дитя, узнать расу найденной предстоит позже. Необходимо вытащить её из этого мерзкого и опасного места. Подняв на руки и прижав к себе малышку, Аюшта поскакала прочь из мёртвого леса, попутно призвав магических бабочек, для исцеления истощённой младеницы. Образ тёплых зелёных огоньков, кружащих над головой, на всю жизнь впечатается в сознание девочки. Спустя некоторое время, когда Аюшта поняла, что с теми, кто подарили жизнь малышке, нить судьбы оборвана, ей лично придётся взять на себя ответственность по сохранению этой самой жизни. Лесная дева смиренно приняла свой новый долг, ведь, если им было суждено встретиться, значит на то воля богов. Но ей не хотелось, чтобы начло жизни девочки было обременено, чем-то настолько мрачным, как рождение над пропастью смерти. Она уже даровала спасение малышке, но, Аюшта считала, что этого недостаточно, необходимо было, что-то ещё, что-то значимое, чтобы каждый раз, окликая свою малышку, они обе думали о приятном и светлом, чтобы, слыша своё имя девочка каждый раз наполнялась надеждой. Первые месяцы жизни малышка была крайне неспокойной, но лесная дева знала, как этому противостоять, у неё в арсенале всегда была душистая трава, способная успокоить даже самого буйного кентавра. Чай из мелиссы и крепкие объятия, вот ультимативная способность Аюшты. Однажды, путешествуя по бескрайним полям, названные мама и дочь набрели на старый, разрушенный и уже обросший всеми возможными сорняками замок. Естественно, лесная дева знала каждый из них, а также знала все те прекрасные растения, что уже давно проросли через разбитую крышу сада несмотря на то, что многие из них никогда не встречались в дикой природе. Кроме одного. Ни то роза, ни то лотос ярко-жёлто-розового цвета рос большим одиноким кустом. Приятный сладкий аромат этого растения распространялся по всему саду. Рядом находилась табличка, практически полностью уничтоженная временем, на ней, хоть и не без труда, но читалось: “Далия. Цвет жизни и вечности.” В тот момент, посреди захваченного чудесными оттенками и ароматами сада, в тишине, немного перебиваемой журчанием ручья неподалёку, малышка впервые услышала своё имя - Далисса.