перья грифелевым карандашом

иногда кажется, что мир мог бы нормально обходится и без тебя. ты ничего особенного впрочем то, для него и не сделал. вилбур иногда так и считал. "люди будут плакать но далеко не все, ведь раскол бесполезной тыквы не раскол ссср" шепчет он, пока спускается по лестнице из корпуса. погружённый в свои не самые радужные мысли, вил и не заметил надвигающуюся угрозу. - чего такой грустный? хуй сосал не вкусный? - резко прыгает на него со спины томми, выкрикивая на ходу что то матное и неразборчивое. у вила воздух выходит из лёгких, а ступенька из под ног, и он мёртвой хваткой цепляется в перилы. - томми... - кряхтит вилбур, пока томми лыбится как придурок и ржёт. следом за ним спускается таббо. - томми слезь с него - хихикает тот, и блондин нехотя отлипает от друга. вил наконец выдыхает, и готов прибить томми прямо на лестнице. прямо на этой грёбаной лестнице. прямо на глазах его лучшего друга - таббо. сзаде слышатся шаги и спокойный голос ранбу. - быстрее спускайтесь, за вами ещё люди. - говорит он, тихонько толкая в бок таббо. тот снова хихикает и берёт ранбу за руку. переплетает пальцы. улыбается. - нууууу началось - тянет томми. вилбур всё же продвигается вперёд, и закатывает глаза на пылающие щёки ранбу. в душе даже было завидно. эти голубки нашли друг друга год назад. вилбур даже не пытался искать. не хотел этого всего, хотя в душе представлял себе свою вторую половинку. представлял милую девушку со светлыми волосами и тёмными глазами, небольшой грудью и прекрасным мелодичным голосом. и он встретил её. никки. хоть вил повстречался с ней но не долго это были прекрасные 2 месяца. потом же на руке никки высветился небольшой рисунок в виде белой овечки. она была так счастлива. без умолку говорила о милой девушке с белыми пушистыми волосами пока однажды не призналась что любит её. вил тогда лишь грустно улыбнулся, в последний раз обнял её пожелав удачи. даже спустя время, эти воспоминания как осколки резали сердце. больно. терпимо, но больно. он желал ей только лучшего. он не вправе отнимать её счастье. иногда вилбур задумывался настолько, что например, не замечал столб впереди себя и с грохотом врезался в него, тогда был слышен заливистый смех томми и беспокойство таббо и ранбу когда они помогали ему подняться. на этот раз это не был столб. это был невысокого роста парень с чёрными волосами, растрёпанными, и челкой неаккуратно лежавшей на лице. тёмные глаза смотрели с непониманием. вилбур и сам опешил. - прости, с тобой всё в порядке? - он подал руку парню. тот лишь улыбнулся, и принял помощь. его немного тёмноватые - на взгляд - хрупкие руки, выглядели в жилистых, бледных, руках вила на удивление правильно. - ох это я виноват, прости хах - кажется эта ситуация его лишь позабавила. на брюнете была синяя кофта больше его размера в два джинсы и белые кроссовки. на плече чёрная сумка с брелками виде утки. мило. - привет таббо! - помахал рукой он. у таббо загорелись глаза. - алекс! - что не узнал меня? - ловя в объятье подростка засмеялся он. - ну же табс, я не хочу ещё одно падение! мой копчик явно этого не выдержит - почему не сказал? - смотрел на него таббо пристальным взглядом и снизу, верх. - ну были важные дела вилбур изогнул бровь. "знакомы и видимо не один год" . томми просто стоял с надутыми губами, и смотрел на - так называемого - алекса. ранбу же лишь улыбнулся. - прости табс мне нужно бежать, но - он достал из сумки небольшой листок, и вручил его таббо. - звони, пиши - подмигнул брюнет. когда убегающая фигура брюнета скрылась за углом, вил всё же перевёл свой взгляд на таббо. не то что ему было интересно, но - кто это? - алекс. раньше я работал в небольшом кафе его родителей, и мы подружились. - это тот человек которого тебе точно не нужно знать. - опять показывал своё упрямство блондин, пиная пустую бутылку из под газировки ногой. - мне кажется он неплохой - ответил ранбу. - неплохой он! - вспылил томми. - из за него таббо пропустил вечер кино! - ну ты нашёл чего вспомнить - хихикнул таббо. -ладно - закончил тему обсуждения брюнета вилбур, отправившись сторону дома под звуки спорящих таббо и томми. его мысли о мире, и его существование были перебиты тремя подростками и одной уткой.