Самоизучение

Осторожные движения, чтобы предмет, что он переносит остался целым, были простыми, Томура повторял их наизусть у себя в голове каждый день, после того как Учитель предложил ему уже снять перчатки. Символу Страха не нужны такие оковы, что привязывают его к общественным рамкам. Тебе не надо бояться, Томура, тебе самому она не причинит вреда. Учитель был прав тогда, как всегда, Томура не смог бы разрушить себя даже при желании, что уж говорить о случайности. Попытки не заканчивались успехом. И нет, ему не было интересно умирать, просто хотелось попробовать, узнать как это, когда трещины идут по коже. Но его интерес не был удовлетворён, ведь реакции вообще не было. Скучно. И ведь по ближайшей к нему фигурке трещины пошли, даже рука отвалилась, хорошо, что это был Герой. Если бы какая-то из его любимых книг была бы разрушена не факт, что нашли бы замену сразу, они были очень старыми для этого. Наверное, ещё до-причудными, это бы объяснило, что для Алисы в её Стране Чудес было странным видеть человека-лягушку-дворецкого. Хотя исчезающие и улыбающиеся коты и правда не существовали, к сожалению. Он спрашивал у Учителя и Курогири, те отвечали, что нету таких. Но сейчас ему нужно было научиться не разрушать предмет, хоть и смысла в этом было мало, но если Курогири придётся снова убирать пыль после него он расскажет Учителю, а Учителю не понравится, что Томура не пытается, сколько бы он не доказывал бы обратное. И разрушать свои контроллеры Томуре не хотелось, особенно после того как и Курогири и Учитель по несколько раз в день начали напоминать, что в ближайшее время у него не будет новых, так что ему нужно было постараться хотя бы ради себя. Играть через клавиатуру было ещё большей болью и неудобством с его руками. Отчего сейчас он и пытался понять какие именно пальцы удобнее убирать, чтобы ничего не разрушилось и не треснуло. Это было похоже на какие-то правила поведения, не то чтобы он их учил, но в фильмах или мультиках могли встречаться такие принцессы, которые так пили чай. Зачем они только это делали, он понятия не имел, но если бы кто-то его с этим сравнил он бы выкинул в окно желание научиться держать предметы и разрушил бы кому-то лицо, желательно тому, кто это сказал. Наверное стоило начать с фигурок на полке… — думал он, когда контроллер всё-таки был переставлен на новое место, но делать ему было нечего. И на них всё равно его собственный «запрет» не распространялся. Он попробовал осторожно взять несколько разом, безуспешно, с тем как на пол начали падать конечности и пыль, но несколько фигурок благополучно перешли на кровать. Он потом будет выслушивать, что не стоит так пылить свою кровать, или как минимум представлять как Курогири говорит это, судя по его взгляду. Он не так часто что-то говорил, когда дело касалось порядка в комнате Томуры, просто убирался за него, если тот сам высказывал недовольство. Фигурки, до сих пор, были исключением попыток Курогири прибраться у него. Иначе бы их полка была бы уже пуста, но на ней ещё стояло несколько фигурок, их Томура оставил на потом, вдруг понравится это делать. И он понемногу начал использовать один палец за другим, пока фигурка не начала трещать. В этом было что-то приятное, смотреть как что-то целое распадается на что-то меньше и меньше. Учитель уже похвалил его когда-то, когда Томура рассказал ему это. Чуть ли не поздравлял как в тот день, когда он поменял имя. Наверное Томура и правда делал что-то правильно, если это было так. Но только по мнению Учителя, и может Курогири, другие бы не оценили это. Не то чтобы он пробовал показывать причуду или хотя бы разговаривать с такими ребятами как он, а они вообще существуют? Он видел нормальных детей, подростков, даже взрослых, но они были слишком нормальными. Обозвали бы его злодеем и бросили бы одного, Учитель так говорил. Говорил, что если они не будут так делать, то они просто постараются избегать его или даже вызовут полицию, а этого Томуре хотелось меньше всего. Его и правда должны были считать Злодеем, лучше уж послушать это чем потом отказываться говорить откуда он и кто вообще такой. Да и к тому же он мог просто разрушить тех кто бы так сделал. Их проблемы. Он не думал, что существуют такие же ребята как он, может быть они прячутся, или находятся на другом краю света, но в этот момент Томура был один и показывать причуду ему было некому. От таких мыслей только сильнее хотелось разрушить что-то, так что он смотрел как руки, ноги и маленькие тела его фигурок становились чуть ли не песком, пока зуд не заставил остановиться, чтобы начать чесать шею. Мелкие разрушения не особенно помогали, когда зуд решал, что стать сильнее было бы круто. Он ненавидел это. Можно было бы просто сказать другим, что делает его причуда, но именно зуд Томура сомневался кто-то бы понял. Он не знал почему, просто что-то подсказывало, что раньше такое не помогало, он не мог точно сказать что именно, но от таких мыслей приходила тошнота, так что он не копался в этих мыслях долго. Но в итоге он был один, и один наблюдал как очередная фигурка становится пылью. Как маленькие трещины расползаются от места, где были его пальцы и до всей поверхности фигурки, пока она сама издавала жалобный треск, который никто не слышал. Даже фигуркам Героев никто не спешил помогать, Томура рассмеялся от иронии и чувства, приятного, как когда он ел какие-то сладости, что Курогири мог иногда приготовить на какой-то праздник, чаще всего связанный с ним. Так этим героям и надо. Когда фигурки, которые он решил взять, всё-таки закончились, Томура позвал Курогири. И хотя он мог попытаться сам стряхнуть и перетряхнуть кровать и простыни на ней, чаще чем нет в итоге простыни тоже становились пылью. А Курогири был не против помочь, судя по всему. Увеличивающееся количество мусора у него в комнате если и беспокоило Курогири, то он не подавал никакого вида, что это было так. Может ждал команды, что нужно это или что-то ещё убрать, Учитель говорил, что это потому что он Ному, но для Томуры всё равно было непонятно на сколько. Курогири не останавливал свою работу, если Томура ничего ему не говорил делать, и похоже сам что-то пытался знать, но если была какая-то просьба или приказ, то его он выполнял в первую очередь. Но всё равно останавливал Томуру, если он хотел разрушить что-то важное, несмотря на все слова о том, что нет, Курогири, это не так важно. Иногда Томура потом молча благодарил, иногда нет, для Курогири не должно было быть огромной разницы, только что Учитель не узнавал, что Томура снова чуть не разрушил бар, самого Курогири или просто очередную приставку или игру, которую бы он потом не получил бы снова, ведь они уже были редкими. Это не мешало Томуре разрушать вещи вне поля зрения Курогири, в конце концов какая разница, если это он захотел. А он может разрушать все, что хочет, если это не входит в список вещей, что Курогири ему не даст разрушить. Были и вещи, что он сам не хотел разрушать по той или иной причине, но отчего-то собаки входили в этот список. После одного раза, когда ему стало невыносимо плохо он больше не пробовал это повторять, хоть это не мешало собакам рычать на него при любой возможности, даже когда он ничего не делал. Его контроллеры же он сам не давал себе разрушать. Просить у Курогири или прямо от Учителя означало, что он разрушил все другие варианты, и хотя слышать похвалу, что он даёт себе использовать свои силы как хочет было приятно, ждать пока появится новый и особенно тот что ему бы был удобен не было в его планах. Так что он осторожно взял тот же самый, что он перенес на стол, и в очередной раз сел за игру. У него ещё будет время посмотреть на разрушенных героев.