2:1

      «Твиттер для даунов» — пронеслась в голове фраза, сказанная около трех месяцев назад.       Смотря на уже круглую цифру в двадцать пять тысяч фолловеров, стукнувшую буквально пару минут назад, становится смешно от самого себя же в прошлом. Как говорится: «говоришь на меня — переводишь на себя». Ну вот, собственно, и перевел.       Аккаунт @cherrystimorol появился на просторах твиттера буквально два месяца назад и уже оброс аудиторией, к которой остальные твиттерские идут годами. Владелец данного аккаунта, на самом деле, и сам не понимал, почему и чем он зацепил людей, что в его сторону обращено такое внимание. Он пишет туда разнообразные, максимально странные посты, половина из которых не имеет никакого смысла вообще. Для отдельных личностей, конечно же. Написал, что в его больную башку взбредет, и получил на этот твит около десяти тысяч лайков. Забавно.       Если бы ему сказали пол года назад, что он пополнит ряды твиттерских, то рассмеялся бы в лицо этому человеку со словами: «Еба ты, дядь, альтернативно одаренный, я хуею», похлопал бы по спине и свалил в закат.       Только теперь, как бы иронично это не было, альтернативно одаренным является никто иной, как Антон Шастун, собственной персоной. Студент первого курса факультета «Прикладная информатика и математика» в СПБГУ, вырвавшийся из жопы мира под названием Воронеж и горд этим. Как говорится: «через жопу к звездам». Хорошо не наоборот.       Интерес к информационным технологиям появился еще в раннем возрасте, как только родители приобрели компьютер, а ему на тот момент было около лет четырех, и, пускай, далеко не хороший, по тогдашним меркам, в любом случае, иметь компьютер, абсолютно любой, в то время все же было роскошью, не каждый мог похвастаться этим, он сразу же начал осваивать новые технологии. По началу просто играл в игрушки, которые отец покупал ему в дисках, а по мере взросления стал осваивать интернет, а там и все, что не приколочено: социальные сети, различные сайты, учился взламывать игры и качать их пиратские версии, даже фильмы на халяву мог найти, которых в свободном доступе еще не было.       Интересов, как таковых, у него не было. В школьные годы он был раздолбаем, на занятиях летал вместе с Зевсом в облаках и лишь только на уроках информатики было куда интереснее. Вы, наверное, думаете, что он писал коды для программ и делал действительно что-то увлекательное, но нет. Рисовать письки в пэинте и ржать с них вместе со своим другом — вот настоящее занятие для человека, который в будущем собирался стать программистом. По крайней мере, так считал Антон.       Ладно, если откинуть клоунское удостоверение и быть серьезными, как сердечный приступ, то парень и вправду хорошо разбирался в информатике среди своих одноклассников. Будучи даже в девятом классе, он спокойно мог решить задачки из одиннадцатого и всегда на «отлично», и даже в программировании разбирался. В общем, во всем горазд, поэтому в старших классах на экзаменах он сдавал информатику, а потом и пошел на специальность, связанную именно с ней. Ну, почти.       Изначально он хотел попасть на факультет где изучается сугубо информатика и все то, что с ней связано, но то ли ему не хватило баллов, то ли мест не было, то ли еще что-то, он так и не понял, потому что внятно ему ничего никто объяснить не смог, впрочем, это не важно. Суть в том, что туда его не взяли, но взяли на факультет прикладной информатики и математики, с которой он, блять, не дружит от слова совсем, и баллы по этому исчадию ада еле дотягивали до вузовского порога. Сказать, что он тогда ахуел и не выхуел — ничего не сказать. В любом случае, выбора у него особого не было, поэтому и остался на данном факультете, подумав потом о том, что на втором курсе переведется, когда всяких олигофренов отчислят к хуям собачьим. Да, Тоша у нас та еще душка.       А еще эта самая душка, как вы могли понять, была яро настроена на твиттер и людей, сидящих там. Он презирал их, и ладно бы молча, но он не скрывал своей неприязни и говорил об этом в открытую, и его абсолютно не заботило то, что подумают остальные на этот счет, поэтому в первые же дни учебы в универе он прославился как «твиттерский хейтер» и уже как молитву твердил о том, что твиттер для дурачков и что он не будет регистрироваться там даже под дулом пистолета.       Пиздабол ебаный ты, Антоша.       Никто из окружения парня не знает о том, что тот сидит в твиттере, да и знать, впрочем, и не должны. И тут роль играет даже не то, что он пишет такую ересь в интернете, что любой психбольной на его фоне покажется здоровым, потому что его друзья и так знают, что он ебанутый, а то, что будут всячески стебаться над ним и подкалывать, мол горланил: «твиттер для даунов, твиттер для отбитых», а сам же потом его завел. Хотя с каких пор Шастуну не похуй на чужое мнение?       Конечно похуй. Еще как похуй. Но что-то внутри все же заставляет его шифроваться, чтобы никто не узнал о том, что у него есть твиттер аккаунт. Ему хочется казаться выше в глазах других и ходить с высоко поднятой головой. Да уж, этой пафосности у него не убавить, любит он такое.       Именно поэтому в данный момент, сидя за столиком со своими друзьями в кафетерии, он пытается спрятать телефон от лишних глаз, чтобы никто никогда не узнал, что происходит на его экране. — Мне не зашла концовка, да и в целом события быстро развернулись, но то, как девку куполом в конце прибило — атас ваще, — с неким недовольством произносит Сережа, обсуждавший со своим другом, видимо, нововышедший фильм «Веном 2». Антон тоже его смотрел и, в какой-то степени, согласен с ним. — Ты слишком категоричен, еще скажи, что тебе не понравилось то, что они в одном месте бились, — Позов закатывает глаза и отпивает из кружки черный чай. — Уж что мне конкретно не нравится, так это то, что Шастун сидит и в телефон втыкает, — он пинает друга ногой под столом, чтобы тот наконец-то принял участие в разговоре, — Марс вызывает Антона Шастуна, прием.       Тот, в свою очередь, от неожиданности и страха чуть-ли не роняет телефон на кафельную плитку, но вовремя ловит руками и облегченно выдыхает, поднимая ненавистный взгляд на друга. Он смотрит в яром недоумении, даже бровь изогнул в немом вопросе, но, как говорит Антон Шастун: «Какой вопрос, такой и ответ», поэтому он лишь кинул взгляд и пожал плечами, убирая телефон в задний карман джинс.       За все то время, что они находились в столовой, он ни разу не притронулся к еде и за разговором друзей не следил. Все мимо ушей. Тяжело вздохнув, он взял в руку ложку и принялся хлебать уже остывший борщ, после кривясь в неприязни и отставляя тарелку с красной жидкостью подальше от себя, и уже машинально полез снова доставать телефон, но вовремя остановился, когда вновь почуял пристальный взгляд под названием «тебе уебать?». Мысленно закатив глаза, он подпер рукой подбородок и попытался влиться в разговор. — Кстати, — начал говорить Димка, — а вы в курсе, что вам препода по матану нашли? — Чего? — удивленно произнес Серёга, и даже кашу мимо рта пронес.       У них математики не было добрую половину сентября, так как прошлый преподаватель уволился и замену найти было достаточно трудно, поскольку его заявление было шоком как для студентов, так и для администрации университета в целом, потому что по словам других, препод был хороший и любил свою работу. Как бы его не упрашивали отработать хотя бы месяц, чтобы за это время найти замену, он ни в какую не соглашался и университету пришлось оставить студентов без математики на неопределенный срок. — Говорят молодой и выглядит как идол, — пожимает плечами Позов. — Я уже представляю эти отчаянные попытки одногруппниц завоевать его сердце, — усмехается Антон и складывает локти на столе, — устроят еще подобие ледового побоища, — Сережа начинает смеяться и Шаст тоже подхватывает. — Смейтесь-смейтесь, у вас, между прочим, пара у него сегодня.       Антон давится чаем, который только что отпил из кружки, не успев проглотить, и округляет глаза, которые уже норовят выпасть из глазниц, удивленно таращась на друга. Сережа так же в ахуе смотрит на Позова, который лишь пожимает плечами, а во взгляде можно прочесть а-ля: «ну и хули смотрите, я то че, виноват, что вы два амёбыша и никогда не читаете беседу?». — Нам пиздец, — Матвиенко протирает лицо руками и тяжело вздыхает, осознавая свой проёб.       Они совершенно ничего не взяли к паре, поскольку и не думали, что преподаватель найдется меньше, чем за месяц. Маквины хуевы. Кчау, блять. — Буква «Ю» — похую, — Антон кладет руку на плечо друга, тем самым немного его подбадривая. Сережа нервно улыбается краем губ и отводит взгляд.       Первая пара по математике, так еще и с новым преподавателем, а уже такой проёб. Пиздец. Долбоебы.

***

      Теребя лямку рюкзака, Антон стоял вместе со своей группой возле ада кабинета математики, в котором вот-вот у них должна начаться соответствующая аудитории пара. Эмоции, честно говоря, были у него противоречивые. Вроде похуй на то, что он не подготовлен к паре абсолютно никак, а вроде и нет. В любом случае, первое превышает второе, поскольку пизды то будет получать не он один, но еще и Матвиенко, которого, кстати говоря, рядом не наблюдалось.       Звенит звонок, оповещающий студентов и преподавателей о начале пары, и одногруппники начинают заходить в аудиторию. Оставалось буквально человек пять и Антон замкнет эту цепочку из студентов, а Серёги до сих пор нет. Он уж было думал, что друг вздумал прогулять, но буквально через пару секунд к нему подлетает тот самый «сбежавший», причем со слишком довольным выражением лица. Антон вопросительно вскидывает бровь, смотря на друга. — Я надыбал себе учебник и тетрадку чистую для пары, — шепотом хвалится Серёжа и улыбается. — Ты ахуел? — также шепотом спрашивает Антон, сведя брови к переносице, явно недовольный этой новостью, — я че, один буду пизды получать?       Сережа лишь пожимает плечами и вскидывает брови, затем виновато улыбается и разводит руки в стороны, мол «сорри, бро». Антон смотрит убийственным взглядом и после заходит в аудиторию.       Антон поднимается на четвертый ряд и садится за парту, а рядом — Серёга, которого он в мыслях уже ебашит башкой об парту.       Душка.       Дверь в аудиторию закрывается и на кафедру поднимается мужчина лет двадцати пяти с виду, не больше. На нем черный свитер, черные джинсы и берцы, а на лице очки, которые, кстати говоря, ему к лицу. На руке у него часы и серебряная цепочка, а на пальцах пару перстней. Антон одобряюще кивает, ведь сам увешан цепочками и кольцами. Любит он всякие побрякушки. — Добрый день, — начал свою речь преподаватель, — меня зовут Арсений Сергеевич Попов, можете звать меня просто Арсений, я не столько стар, чтобы обращаться ко мне по имени и отчеству, — легкая улыбка касается его губ, по аудитории разлетаются влюбленные вздохи одногруппниц, — нам будет достаточно тяжело первое время, поскольку вы пропустили довольно много по программе, поэтому нам поставят дополнительные часы, — студенты недовольно загудели, а мужчина лишь тяжело вздохнул, — тише. Как можете видеть, моя жопа от радости не светится и я тоже не в восторге от этой новости, но выбора у нас нет. Будем работать в темпе вальса, чтобы как можно быстрее этот ад закончился, договорились? — ребята согласно закивали и Попов бедрами облокотился о рабочий стол.       Он взглядом пробегается по группе, отмечая для себя тех, кто готов, а кто нет. И какое же у него было удивление от того, что все готовы, пока он не наткнулся на... — Ваша фамилия? — мужчина смотрит на юношу, который подпирал свой подбородок рукой и, видимо, спал.       Серёжа под партой пинает Шастуна, от чего тот чуть-ли не роняет голову на парту. Ну че, заебись поспал, Антош? — А?       Хуй на, долбоеб. Нехуй спать.       Мужчина недовольно вздыхает, но вопрос повторяет. — Шастун. Антон Шастун, — произносит парень и откидывается на спинку стула. — Почему вы не готовы?       Антон перебирает в голове всевозможные варианты отмазок, но ничего путного не находит, поэтому говорит так, как есть. Мужчина смотрит на него с усмешкой. — Почему все знали, а вы — нет?       Парень давится возмущением и размахивает руками. Ну ахуеть, один он виноват. Интересно девки пляшут. — А я один что-ли не знал? Серёга тоже, — Матвиенко поворачивает голову в его сторону и пихает в бок, — ну что? — смотрит на него в ответ Шастун. — Тогда почему перед ним не пусто, а лежат учебные принадлежности? — мужчина улыбается краем губ и выгибает бровь. — Потому что он жук и где-то нарыл себе их, — он не понимает, зачем говорит это, но сейчас он зол, очень зол. И сам не понимает на кого. То ли на препода, который доебался до него, то ли на Серёжу, который сука сраная, то ли на самого себя за свою безответственность. — Значит у него хорошо работают шестеренки в голове, раз смог найти себе их посреди учебного дня, в отличии от вас. У вас, видимо даже смазывать не то, что бессмысленно, а нечего, — он усмехается и по аудитории проносятся смешки, — без обид, — добавляет мужчина, выставляя перед собой руки.       Антон смотрит на него с полным ахуеванием. Его только что мало того унизили, так еще и перед всей группой, и ладно бы одногруппник, но нет. Преподаватель блять. Пиздец. Сказать, что Антон в ахуе — ничего не сказать.       Мужчина смотрит на него еще минуту и выдает: — Так, — он хлопает в ладоши, и подходит к доске, — начнём работу. Сегодня у нас повторение материала за одиннадцатый класс, я посмотрю, что вы забыли, а от этого будем отталкиваться, так как без этих знаний вам будет тяжело. Шастун, прошу, — он улыбается и показывает рукой в сторону доски.       Антон же не спешит вставать, недовольно вздыхает и закатывает глаза.       «Еще чего? Может и хуй вам пососать заодно?»       Так стоп. Шастун, ты че, вообще дебил? — Мне долго ждать, нет? — Пидора ответ, приговор окончательный, — шепотом бубнит себе под нос Шастун, надеясь, что его услышит, разве что, Серёга. Однако он слышит ахуевшие вздохи студентов, находящихся в аудитории и ловит точно такой же, но с каплей непонимания, взгляд препода, который потом усмехается и качает головой.       Нет, Антош, ты не дебил. Ты еблан.       Парень виновато опускает взгляд, все же поднимается с места и направляется в сторону доски, а находясь по близости с преподавателем — извиняется. Тот, в свою очередь, кивает.       В остальном пара проходит более, чем спокойно. Шастун получает за это время свою законную четверку и садится на место. Удивительно, что он еще что-то помнит из одиннадцатого класса, потому что, как ему казалось, только выйдя с последнего экзамена, он сразу все забыл. — Крутой, — шепчет Матвиенко и, улыбаясь, бьет легонько кулаком в плечо, на что Антон лишь улыбается в ответ, наблюдая за происходящим у доски.

***

      Парень устало скидывает рюкзак возле двери и лениво стаскивает с себя вещи. Он слишком вымотался за сегодняшний день, хоть и было относительно немного пар. Серёжа ушел по каким-то «дохуя важным» делам, оставив друга одного. Зная Серёгу — никаких важных дел у него быть не может, а значит он опять пошел бухать. Собственно, ничего удивительного, каждая пятница такая.       Шастун, переодевшись в более удобную одежду, пошел на кухню за чаем. Воткнув в розетку шнур от электрического чайника и щелкнув на кнопку включения, он полез в шкаф за пакетиками чая с карамелью.       Когда Антон был еще маленьким, он был ярым сладкоежкой, поэтому мама покупала ему даже чай со вкусом карамели, а потом еще вдобавок сластила, потому что мальчишке было мало. И хоть парень уже не маленький, и пусть теперь не так любит сладкое, но этот чай до сих пор для него самый вкусный и самый родной. Он у него ассоциируется только с мамой. Он очень скучает по ней. — Тоша, беги скорее сюда, — улыбаясь кричит мама с порога, раздеваясь и направляясь на кухню.       Мальчишка радостно визжит, когда слышит мамин голос и бежит скорее к ней. Забегая на кухню, он видит, как мама что-то прячет за спиной, продолжая искренне улыбаться. — А знаешь, что я тебе купила? — заинтересованно говорит мама. Мальчик качает головой по сторонам, а женщина присаживается перед ним на корточки и чмокает в носик, а затем протягивает пачку карамельного чая, что прятала раннее за спиной, — чай, но необычный, ты такое любишь, он о-о-очень вкусный, и сладкий, — она легонько тыкает его по носику, — хочешь попробовать? — Да! — радостно визжит маленький Антон и обнимает маму за шею.       Та, в свою очередь, в ответ крепко обнимает сына и гладит по спине, чмокая в кудрявую макушку.       Антон улыбается этим светлым воспоминаниям из детства. Как же он хотел вернуться в то время, хотя бы на миг.       Они редко созваниваются, примерно раз в неделю, потому что у мамы — работа, а у Антона — учеба, каждый загружен и сил в конце дня хватает только упасть на кровать и не двигаться больше. Он очень ждет новогодние каникулы, чтобы наконец-то уехать к семье и повидаться с ними. Все же восемнадцать лет — не значит взрослый. Да и тридцать тоже. Он бы даже в тридцать лет ластился к маме в объятия и довольно улыбался, чувствуя взаимность. Слишком уж он любит эту женщину.        Чайник закипает и парень, заваривая чай, направляется обратно в свою комнату. Только открыв дверь, телефон, оставленный на столе, громко пиликает, информируя о новом уведомлении. Шастун не обращает внимания на него, лишь ставит рядом кружку карамельного чая, а потом достает из прикроватной тумбы печенье с шоколадной крошкой. И все же он сладкоежка.        Телефон пиликает снова, а потом снова и снова. Антону это уже действует на нервы и, матерясь, когда в очередной раз приходит уведомление, он уже думает выключить звук, но подумав, что это может быть мама или папа, то откладывает эту идею и все же включает экран. На телефоне красуется несколько уведомлений из личных сообщений в твиттере и парочку с тиктока. Парень удивленно вскидывает брови, отпивая горячий напиток и жмет иконку сообщения.       @kozinak:       Привет       Не против пообщаться?       Антон узнает этот аккаунт, когда заходит на него. Этот человек, можно сказать, с самого начала следит за профилем Шастуна, всегда проявляет активность: лайки, комментарии, ретвиты, причем делает это почти одним из первых, и, конечно же, это все не оставалось не замеченным со стороны владельца аккаунта.       Недолго поразмышляв, он пишет в ответ «нет, не против», после откладывая телефон рядом с собой на кровать.       За окном уже темнеет, хотя время только пятый час. Однако чему удивляться? Осень, как никак. Антон встает и включает в розетку светодиодную ленту, а затем гирлянду, обвешанную по бортикам кровати. Комната сразу наполняется фиолетовым светом от ленты и оранжевым от гирлянды, что создает свою уютную атмосферу.       Найдя у Серёжи в тумбочке колонку, он негромко, чтобы не напрягать соседей, все же общежитие, как никак, стоит проявить уважение к таким же уставшим студентам, как и он сам, включает на ней песню DVRST — Upsilon, а затем садится за рабочий стол и достает картину по номерам. Рисовать он не то, чтобы не любил, просто не умел, потому выходили вечно какие-то каракули, что парня каждый раз разочаровывало, но он нашел успокоение и удовольствие от картин по номерам, и даже сосчитать невозможно, сколько этих картин он написал. Их много. Слишком.       Достав из тумбочки краски и кисти, а затем набрав воду в банку, он удобно уселся на стуле и принялся творить, попутно качая головой в такт музыке. За окном уже темно, лишь фонари освещают погрязшие в мглу улицы. На небе — звезды, ярко мерцающие. Мелодия меняется на Ofdream — Thelema, и сердце Антона трепещет. Любил он такие вечера.       Телефон звонит, и Антон машинально берет трубку, даже не смотря на экран. По ту сторону слышны визги, музыка и пьяный голос, который пытался по слогам произнести хоть слово. Тут даже гадать не нужно — звонит Сережа. — Шаст, — громко говорит друг на проводе, — как д-д-ела? — Амбивалентно, — студент макает кисточку в зеленую краску, стараясь все внимание концентрировать именно на картине. — Чо? — Матвиенко пьяно растягивает гласную букву и затем начинает смеяться. — Дрочочо, блять, Сереж, — Антон закатывает глаза и ненадолго отвлекается от своего занятия, но затем снова продолжает водить кистью по холсту, — и двух часов не прошло, а ты уже в дупель пьяный. Ты как завтра на работу пойдешь? — Похуй, веришь нет? — Матвиенко в пьяном угаре и ему это нравится, — мне здесь заебись, тут столько девчонок, каждая вторая липнет ко мне! — Ага, — Антон хмурится, стараясь найти область с циферкой двадцать восемь, чтобы заполнить ее соответствующей краской, — ты смотри микробэйбиков не заделай только. — Я тебя умоляю, — он что-то отпивает и это явно алкоголь, — я презики взял с собой, я же не дурак. — Не сомневаюсь. — Хочешь я тебе текилу спизжу отсюда? — парень даже возразить не успевает, как Сережа решает за него, — а похуй, все равно спизжу, не тебе, так себе, — он снова ржет. — Договорились.       Шастун дергается и затем мысленно матерится, когда прям в трубку визжит какая-то пьяная петербуржская фифа. — Бля-я-я, — тянет Серега, — Тошкент, сорри нот сорри, меня зовут, я пойду. Не скучай там без меня. Пока-пока! — Удачи, — отвечает Антон и слышит гудки, а затем усмехается, — Нда, Серега с годами не меняется.       Он откладывает телефон на край рабочего стола, а затем откидывается на спинку стула, протирая пальцами глаза, которые болят от усталости.       Смартфон пиликает, осведомляя об очередном уведомлении. Антон дотягивается до источника звука и открывает сообщение.       @kozinak       Отлично, будем знакомы)

      @cherrystimorol Будем)