Сказка для демона

Что мы имеем за четыре дня моей, по сути, скучной жизни? Меня похитил демон с замашками садиста, у меня нет интернета или вообще хоть каких-нибудь технологий, я увидела труп целых два раза (!), упала в обморок, поговорила с бабушкой. А ещё меня снова украли! Сидела я в большом мягком кресле, не чета эллохаровским табуретам, где копчик сломать можно, и смотрела на черноволосую женщину. Я уже изучила её: довольно высокая, со смуглой кожей, которая была светлее кожи Даррэна, и серыми глазами. Она в ответ смотрела на меня. Тоже изучающе. Что-то надумывала себе, кивала, потом улыбалась, а затем снова хмурилась. Она налила мне чай и подвинула чашку поближе. — Ты пей-пей, девочка, у нас впереди долгий разговор, — снова откинулась в кресле и продолжила смотреть. — Так ты женщина моего братца? — Я Кира, — мне было неловко разговаривать с ней. Да и страшно как-то – всё-таки не каждый осмелится напасть на Рэна с метлой. — Благодать Никаноровна, — улыбнулась, кивнула. — Но зови меня Риш. — Вы можете мне кое-что объяснить? — я даже не бесилась, как в первый раз. Сидела просто спокойно, жевала печенье. Подумаешь, женщина какая-то похитила. Она ж не Рэн. — Что именно? — Зачем вы меня украли? — ещё и портал такой странный, не огненный. — Ты ведьма, дорогуша. А Рэн пытался тебя спрятать от меня и подавить силы. — Ведьма? Но он сказал, что я стихийница… — Это основной твой путь, да, но я не собираюсь упускать ведьму. Нас и так мало. А он паршивец! — на последней фразе она стукнула кулаком по подлокотнику. — Ты пей чаёк. Так вот… он мало того, что не сказал мне ничего, так ещё и попытался подавить в тебе ведьмовское начало. — Что за начало? Но мой вопрос никого не интересовал. — Это ж надо! — Верните меня обратно, пожалуйста… — плевать на то, что Рэн пытался там что-то подавить. Я не знала эту женщину, мне было с ней некомфортно, она меня украла. Поэтому хотелось обратно к демону, с ним я уже четыре дня знакома. — Ты не понимаешь, — она наклонилась вперёд, нависла над столиком, который разделял нас. — Ты ведьма. И я научу тебя ею быть. — Но Рэн… — Он подождёт пару лет. — Пару лет?! — я хотела вскочить, но неведомая сила держала меня на месте. — Да что ему будет, — махнула рукой так, будто это ничего не значило. — Девушка, верните меня обратно, — меня трясло от несправедливости и ощущения того, что те, кто сильнее, решили играться со мной, как с мячиком. — Ты ведьма, — и опять повторила. — Ты должна обучаться. За Рэна не волнуйся, он потерпит. Покараулит месяцок и успокоится. Меня раздражала её беспечность. Сидит такая, пьёт чай и смеётся с моего лица. Хотелось наброситься на неё и отлупить, но я понимала, что отлупят скорее меня. Ещё и сломают что-нибудь. — Риш! — вдруг раздалось с улицы. И я впервые выглянула за окно – была слишком поглощена интерьером уютной комнатки в цветочек. А там, за невысоким деревянным заборчиком, среди бабочек, в свете яркого золотого солнца стоял Рэн. Пепельные волосы полыхали синим огнём, а сам демон стал шире в плечах, что рубашка, казалось, трещала по швам. — Риш! — не голос – рёв зверя. — Выходи! — О, явился. Быстро запрет снял, — Благодать Никаноровна встала за моей спиной, возвысилась на голову. Хоть не такая высокая, как Рэн, и то хорошо, а то мне надоело карликом себя ощущать. — Но нашу защиту не пробьёт. — Почему? На мой вопрос никто не ответил по одной простой причине. Всё вокруг: детская площадка перед домом с качелями и песочницей, беседка, широкая каменная дорожка и даже окно, из которого мы выглядывали; осветилось ярким синим огнём. Он пополз по куполу, что накрывал всю территорию, но оставил после себя лишь дым. — Видишь? — усмехнулась Риш, похлопала меня по плечу. А Рэн смотрел будто бы прямо на меня, глаза – две горящие точки. У меня замерло дыхание, остановилось сердце. А потом я вдруг услышала хлопок. Риш исчезла из комнаты и появилась рядом с забором напротив Рэна. Демон стоял, но в каждой руке было по мечу. Они тоже горели синим пламенем. Я затаилась у подоконника, вглядываясь в мужчину, Риш мне была совершенно неинтересна. Даже пришлось открыть окно, чтобы хоть немного слышать их разговор. Правда, он у них не очень выходил. Демон кричал и угрожал, а Риш говорила спокойно, что я практически ничего не слышала. — Верни её! — рычал Даррэн, на каждое слово пытаясь воткнуть горящий меч в купол. Но тот лишь сверкал, пульсировал и никого не пускал. — Я убью тебя, а твои дети будут страдать всю оставшуюся жизнь! Но Риш не боялась. Стояла прямо, вскинув подбородок, и спокойно слушала. Вот это женщина… Но с метлой она смотрелась куда опаснее и величественнее. А может, оно и не плохо, что я буду учиться быть ведьмой. Подумаешь, пару лет побуду в школе! Но почему-то мысль о том, что мы с Рэном окажемся далеко друг от друга, почему-то вызывала неприязнь. Это всё бабушка! Да! — Я уничтожу тебя и всю твою школу! — новый удар, намного сильнее остальных. Пол под ногами задрожал, даже качели на улице начали качаться, хотя ветра не было. — Верни её мне! Я прислушалась к словам ведьмы, но они доносились до меня лишь обрывками. Она точно просила успокоиться, ещё говорила что-то про меня и инициацию. Что такое инициация? Я задумалась, но ударная огненная волна снова ударила купол. — Возвращай! Даррэн Если раньше Даррэн думал, что за долгие годы он уже испытал весь спектр эмоций, то теперь даже не знал, что и думать. Его охватила такая ярость, что её можно было сравнить лишь огненным смерчем, который сжигал всё на своём пути, не оставляя в живых ни одну букашку. Даррэн всё бил купол над ведической школой. Но тот всё стоял на месте и даже не попытался хоть как-то обуглиться. Почему вдруг высший демон, принц Хаоса, магистр Смерти, директор школы Искусства Смерти, наследник Миров Хаоса, а также властитель ДарНахесса не может повредить какой-то щит? А потому что он сам же его и ставил. Сам рисовал схему, сам переносил её на местность, сам воздвигал и использовал свою силу. Даррэн специально сделал так, чтобы купол не мог обрушиться ни в каком случае, даже если миру придёт полная Бездна. Вот и думай теперь, какой он: сильный, потому что создал такую непробиваемую защиту, или слабый, потому что не смог разрушить то, что создал сам. Сейчас Даррэн ненавидел абсолютно всех. А первой в списке заклятых врагов была Риш. Именно она сейчас стояла в его списке смертников на первом месте. — Верни её мне, — рычал демон. Говорить нормально он уже не мог. Трансформация проходила всё быстрее, сила внутри рвалась наружу. — И тогда, может быть, останешься жива. — Рэн, разве ты не понимаешь, что ей нужно учиться? Прежде всего, быть ведьмой, — Риш говорила спокойно, но было видно, каким взглядом она смотрит на купол. Будто боится, что он вот-вот упадёт. — Ты хотел подавить в ней силу, заменить стихией. Ради своей выгоды, — если бы они не стояли по разную сторону баррикад, то её палец ткнулся бы ему в грудь. — Она может стать и ведьмой и стихийницей. — Ей это не нужно, — процедил Рэн, метая убийственные взгляды то на сестру, то на школу. — Она будет учиться у меня. — Хочешь довести её до смерти?! — Риш всегда очень защищала любую ведьму. И в этот раз её взволновала судьба девочки, которая могла попасть в ШИС. — Это ты решил, что ей это не нужно. Ты, а не она. Ты её даже не спросил, Рэн! По-твоему, так поступают со своими женщинами? Даррэн замер, но пальцы всё ещё с силой сжимали мечи. Вопрос его немного отрезвил. Опять давят! — Ей не нужна твоя школа. Не нужны твои уроки. Это не научит её выживать. — А зачем тогда ей нужен ты? Ты же её забрал из того мира, — Риш усмехнулась, увидев удивлённые глаза брата. — Думал, я ничего не знаю? Ты вообще понимаешь, как от неё фонит чужеземной энергией? Мозгами совершенно пользоваться перестал? — Верни её мне. Когда она будет готова, тогда я отдам её к тебе на обучение. — Э, нет, братик, — ведьма усмехнулась. — Не вешай мне лапшу на уши. Я знаю все твои уловки. Она будет учиться прямо сейчас. Завтра первое занятие с Василеной. — Когда вернёшь обратно? — Даррэн чувствовал огромную несправедливость, будто у него просто так отняли что-то ценное. Обделили! — Через пару лет, — Риш пожала плечами. — А пока можешь гулять. — Что?! — трансформация, которая остановилась на пару минут, снова продолжила свой путь. Кажется, швы рубашки затрещали. — Какие пару лет?! Риш! — А что? — сестра делала вид, будто ничего такого не происходит. Но он видел, как она боялась. Боялась его ярости и того, что он в этой ярости может сделать. — Вообще на такое уходит лет десять. Но она уже взрослая девочка, поэтому только пару лет. Сделаем всё, что в наших силах. Инициируем без помощи мужчины. — Ты, наверное, точно хочешь умереть, — прошипел Рэн и со всей силы ударил защиту мечом, вложив в него почти всю свою магию. — Я уничтожу тебя и всю твою школу! — синий огонь пронёсся по куполу. И вдруг послышался треск, земля под ногами задрожала. — Верни её мне! — Послушай, Рэн! — Риш хотела исправить то, что сама только что натворила. Ей бы сейчас не помешала помощь, но она сама ещё час назад сказала всем не высовываться из своих комнат. — Возвращай! — рычание демона отдалось в лесу громогласным эхом. — Послушай меня! Давай пойдём на уступки друг другу, — Риш тяжело дышала, призывая на помощь силы природы, чтобы защититься если что. — Я возьму у вас только два месяца. Если постараемся, мы обучим её основам и инициируем. Ты можешь видеться с ней каждый день, но только за оградой. Ей нельзя быть близкой с мужчиной до инициации. — Я и не… — Да знаю я вас всех, — махнула рукой Риш. — Приведи её сюда. Дай поговорить, — Рэн немного успокоился. Всё-таки два месяца – это не два года. Он потерпит. Риш облегчённо кивнула, а потом взмахнула рукой, открывая ведьмовской портал, он и притянул Киру на поляну. Она ошалело оглянулась и, когда увидела демона почти в полной боевой ипостаси, дёрнулась к Риш. Даррэн тут же вернулся в свою изначальную форму, даже мечи убрал. — Ты уйди, — кивнул он Риш, но вместе с ней попыталась уйти и Кира. — А ты останься, Кира. Нам нужно с тобой поговорить. Риш исчезла в запахе трав и чёрном нечто, которое обычно называют порталом. Кира осталась стоять совершенно одна. — Подойди ко мне, девочка, — он пытался успокоиться, говорить нежно, не пугая. — Нам нужно поговорить. Она смело подошла к забору и потрогала купол. Тогда и Даррэн приблизился, но, к его разочарованию, он не чувствовал её тепла и запаха. — Ты заберёшь меня обратно? — карие глаза посмотрели на него с надеждой, что настолько успокоило и обрадовало его, что на губах сама появилась улыбка. — Мне тут как-то… как-то некомфортно. — А со мной комфортно? Не ты ли хотела домой вернуться? — усмехнулся, полностью расслабленный. Ему вдруг стало хорошо, злость куда-то пропала. — Теперь я хочу к тебе домой. Я с тобой знакома, — Кира обернулась, махнув косой, которую он сам заплетал. Руки всё ещё помнили мягкость её волос. — А их не знаю. — Это ненадолго. Всего два месяца, — он подошёл ещё ближе, практически коснулся купола. — Ты же хотела ещё и ведьмой быть? — Хотела… Но я не знала, что для этого меня ещё раз похищать надо! — Я понимаю. Ситуация не очень приятная, но вот такая у меня сестра, — Рэн сожалеюще пожал плечами. — Ну, я сразу это поняла, — Кира улыбнулась, а в груди у демона стало тепло. — А ты вернёшься за мной? — Конечно. Не думай, что я тебя хоть когда-нибудь оставлю. — А ты будешь приходить? — и чистый, полный надежды взгляд устремился на него. Даррэн не мог отвести от него глаз, чувствуя, как его затягивает, словно водоворотом. — Ну хоть иногда… Я понимаю, что ты занят… — Я буду приходить. Каждый день после твоих занятий. Кира Я не понимала, почему вдруг грущу от того, что нас с Рэном разъединили. Мы знакомы четыре дня! А я почему-то чуть ли не плачу от разлуки. Сердце ныло в груди, на глаза набегали слёзы, но я глубоко дышала, пытаясь успокоиться. Даррэн стоял там, за оградой, за куполом. Так далеко, что аж плакать хотелось. Я потрогала купол пальцами, он был холодным и гладким, как стекло, но совершенно не искажал изображение на той стороне. Не передать, какое облегчение охватило меня, когда Даррэн улыбнулся и сказал, что будет приходить каждый день. Мне вдруг безумно захотелось дотронуться до него, даже обнять… может быть. Я в ту же секунду простила его за всё, что случилось между нами: от похищения до трупа. — Пообещай, что будешь приходить. — Обещаю, — Даррэн задумчиво наклонил голову, а потом вновь улыбнулся. А у меня от этой улыбки в животе запорхали не бабочки, а целые птеродактили. В тот момент я спихнула всё на голод или на несварение. — У тебя есть браслет, — я взглянула на изящный золотой браслет с красными камнями. — Он всё ещё работает. Из-за купола тебя не перенесёт ко мне порталом, но зато я услышу сигнал и в ту же секунду перемещусь. — Даже если прямо из ванны? — я лукаво прищурилась. — Поверь, маленькая, меня это никогда не останавливало, — и ухмылка у него тоже красивая… — Я сейчас принесу твои вещи. Подожди минут пять, я соберу чемодан. — И мой рюкзак принеси, пожалуйста, — вспомнила я, когда огненный портал уже загудел. Даррэн повернулся, сверкнул синими глазами. — А вот это останется у меня, чтобы у тебя был стимул вернуться. И исчез. А дальше всё, словно в калейдоскопе, завертелось, закружилось, иногда я даже не понимала, реальность ли вокруг. Всё было таким быстрым, а информации оказалось настолько много, что голова шла кругом. Как только наступил следующий день, Риш вытянула меня из мягкой и тёплой кровати, засунула в ванну и, кажется, попыталась утопить. Не знаю, было ли это попыткой убийства или же просто первым испытанием – может быть, именно так становятся ведьмами. Сначала всё было нормально, даже хорошо – меня посадили в горячую ванну, налили туда пены. Но потом пришли женщины, что по определению смущает, и начали тереть меня, мыть и чистить. Я пыталась вырваться, убежать, затем просила оставить меня в покое, но кто бы меня ещё слушал. — Тише, деточка, — сказала мне самая взрослая ведьма. Это я поняла по голосу и редким морщинам у глаз, а так все ведьмы почему-то выглядели как молодые женщины. — Это необходимо. — Я и сама могу помыться, — попыталась вырваться, потому сидеть голой в воде перед незнакомыми женщинами было как минимум неловко, но меня схватили за ногу, дёрнули и заставили опрокинуться назад. Я немножко захлебнулась. — Ничего-ничего, — всё та же женщина начала тереть мои локти после того, как расправилась с пятками. Вся кожа у меня горела, прям как щёки, которые за пять дней ни разу не потухли. — Сейчас помоем тебя, будешь гладенькая, чистенькая. — Не волнуйся, солнышко, — ведьма по имени Василена мыла мою голову уже во второй раз, затем поливала водой, смывая пену. Она нанесла приятно пахнущую маску на волосы и начала расчесывать. Стоит заметить, что вода как-то фильтровалась и подогревалась, потому что всегда оставалась чистой и горячей. Да и пена вскоре куда-то исчезла. Через пару часов такого мыльного марафона я устала сопротивляться и смущаться, отбирая мочалки у ведьм, и просто лежала в большой ванне и смотрела на комнату. Она была не очень большой, но светлой и казалась достаточно просторной со своей белой блестящей плиткой и ярким светом. В этой школе вообще всё было нежным, светлым и миленьким. Постельное в цветочек, обои тоже в цветочек. Всё мягкое и удобное. Мне, конечно же, сразу всё понравилось, но почему-то тоска по моему склепу всё равно была. И тут вдруг моего бедра коснулось что-то склизкое. Я подпрыгнула и попыталась вылезти из ванны, но меня остановили шесть ведьмовских рук, заставили лечь обратно и прижали, чтобы не сбежала. А та мерзость, что коснулась бедра, начала обвивать ноги, потом перешла к талии, груди, рукам и даже шее. Я испуганно замотала головой, с мольбой глядя на Риш, которая была одна из тех, что держала меня на месте. — Не волнуйся, это водоросли, они не опасны. — Пустите, — жалобно проблеяла я. И тут эти водоросли вдруг стали жёсткими и начали тереться о кожу во всех местах ниже подбородка. Я больше не пыталась вырваться, смирившись со своей нелёгкой судьбой. Ну и ладно. Ну и умру. Потом будут плакать. Минут через пять, которые казались целой вечностью, мою чувствительную и разодранную кожу выпустили из плена. Я выдохнула от облегчения, но потом почувствовала, как горячая вода жжётся. Василена опустила руку в ванну, и вода вдруг стала прохладной и успокоила разгорячённую кожу. — Ну всё, теперь волосы точно не вырастут. Ты же у нас человечка? — я оторопело кивнула, а потом провела рукой по ноге. Идеально гладкая! — Вот это технологии! — восхищённо пролепетала я. — И что, никогда-никогда не вырастут? — Никогда, доченька, — сказала с усмешкой другая ведьма, от которой я ещё ничего не слышала. — Этой технологии уже больше пяти тысяч лет, всегда действует безотказно. — У нас бы за такое никаких денег не пожалели, — я рассматривала руки, теперь на них даже самых светлых и незаметных волосков не было. — Вы бы обогатились у меня дома. Это ж так круто! И тут вода начала уходить в слив, да так быстро, что я чуть не уплыла вместе с ней. Василена накинула на меня большое махровое полотенце, укутала, обняла и сама вдруг подняла и вытянула из ванны, поставив прямо на мягкий коврик. Укутала покрепче, на голову накинула другое полотенчико и начала просушивать волосы. Меня высушили, одели, расчесали и заплели, правда, не так приятно, как это делал Рэн, но тоже ничего. Со мной вообще обращались, словно с маленькой. Ласково разговаривали, гладили по голове, хвалили, даже когда я делала ошибки в простейших зельях. Вообще, учиться в школе для ведьм было несложно и интересно, я даже пожалела, что мне дали всего-навсего два месяца. Дни тянулись то медленно, то летели настолько быстро, что я и не замечала. Все ведьмы были замечательными: что преподавательницы, что ученицы. Мне помогали, не ругали и даже кормили по расписанию. Я узнала, что Влад у нас сын Риш, и она обещала надавать ему оплеух за оскорбление меня. А вот Василена, узнав, что я «женщина» Даррэна, тут же воспылала ко мне прямо-таки материнскими чувствами. У меня вообще такое чувство, что она является его амбассадором – постоянно хвалит, возвышает его в моих глазах, говорит, как мне повезло с ним. И вообще, по её словам, он идеал идеалов, а не мужчина, но со своими минусами. А вот с нашими с демоном отношениями было не всё так однозначно. Даррэн, конечно, навещал меня, мы подолгу сидели напротив друг друга и просто разговаривали. Казалось, у него был список вопросов, которые важно задать: от любимого цвета до момента, как я в шестом классе сломала руку. Он не давал мне задавать свои вопросы, о себе практически ничего не говорил, но что-то я всё-таки вытянула. К примеру, я узнала, что ему не очень везёт с отношениями. Как оказалось, он был влюблён в Василену, но она не приняла его демона, потом в Дэю, которая любит Риана. Обе разбили ему сердце, что объясняет отношение Василены ко мне – возможно, она чувствует вину за отказ, что, как по мне, очень глупо, ведь она не виновата, что не любит его. Даррэн, конечно, навещал меня, но только первые пять дней, а потом вдруг взял и не пришёл. Я три часа сидела на траве у забора, наблюдала, как солнце садится за лес, и ждала. Но Рэн так и не пришёл в тот день. В конце концов за мной пришла Василена, положила ладонь на макушку и улыбнулась, когда я подняла голову, чтобы посмотреть на неё. — Думаю, тебе нужно идти спать, завтра начнём варить зелья. — Правда? — такое известие меня обрадовало и вдохновило. Ведь до этого мы проходили только теорию – рецепты, планы ритуалов и технику собирания трав. — Класс! В этот раз меня смогли успокоить. Но Даррэн не пришёл и на следующий день, и на день после него, и вообще он не собирался, видимо, больше меня навещать. В течение недели я выходила к заборчику, когда все ведьмочки уходили в школу, а поляна оставалась пустой, задирала хлопковое чёрное платье, которое мне вручили, и садилась ждать. Просиживала по два или три часа, пока совсем не становилось темно. Тогда я вставала и плелась обратно. Вскоре началась настоящая осень, полили дожди, а деревья начали желтеть. Меня почему-то удивило наличие деревьев, которые есть и у нас, на Земле: клёны, тополя, берёзы и многое другое. Поэтому я перебралась к окну своей комнаты и иногда смотрела, не пришёл ли Рэн, не светится ли огненный портал. Но нет. Никого не было. Меня в эти моменты брала такая тоска, что плакать хотелось. Мне было обидно, что Рэн перестал приходить и даже не сказал, почему. Ведь обещал же приходить каждый день… А ещё совершенно не хотелось чувствовать эту привязанность к мужчине, которого я знала всего ничего. Мне становилось физически плохо каждый раз, когда я не видела его у забора. Всё существо тянулось куда в туда, к нему, но не понимало где он, поэтому меня практически разрывало на части. Ночью это чувство становилось невыносимым, но зато днём я практически о нём забывала, занятая учёбой. Подолгу смотрела на браслет, сверкающий в темноте, но никак не решалась сжать один из камушков. Вдруг Рэн просто не хочет меня видеть? Даррэн Он тщетно пытался сосредоточиться на работе: проверить дипломы и курсовые, разобраться с документацией, найти убийцу в конце концов. Но не выходило. Ничего не выходило. Руки тряслись то ли от похмелья, то ли Рэн и правда так постарел, хотя демонам это не грозило. Он часто просто смотрел на свой стол и не мог даже притронуться к делам. В голове царствовала лишь одна мысль, имеющая чёткие формы и пропорции. Кира уже давно обосновалась у него в мыслях, затащила все вещи и осталась жить. Демон внутри хотел вырваться наружу, весь самоконтроль летел к Бездне, а Даррэн не знал, как с этим бороться. Поэтому он пил. Много, основательно, не давая себе возможности протрезветь. — Рэн, давай займёмся делом, — Риан появился в самый неподходящий момент, когда демон пытался позвать хозяина таверны в Хаосе и заставить его налить всем присутствующим. — Её забрали всего на два месяца. Вставай. — Не встану, — буркнул Рэн и залил в рот целый стакан огневодки. Она даже не обжигала, просто шла, как вода. — Мне тут хорошо. В таверне было темно, на потолке неярко горели холодные свечи и тусклые светлячки. Все посетители: виверны, демоны, гоблины и многие другие; разочарованно застонали. Недолго они жили спокойно, даже ходили, не оглядываясь. Но Эллохар снова пришёл, закрыл дверь и никого не выпускал. Только впускал. — Рэн, — вздохнул Риан, отгоняя от стола подавальщика. — Ну имей совесть. — Какая совесть? — не понял демон. Алкогольный туман всё никак не рассеивался. — Ты о чём вообще? — Кира тебя не бросила, ничего такого не произошло. Ты же вроде её даже навещал. Или нет? — Навещал. — Тогда почему перестал? — Думал, так станет легче. А вот… — Даррэн рассматривал треснутый стеклянный стакан. Уже третий за ночь. — Не стало. — В чём проблема тогда? Раз не стало, то сходи к ней, — Риан вообще не понимал, в чём проблема. Зачем страдать, когда можно просто навестить девчонку? И всё. — Не могу, — Рэну совершенно не нравилось, что к нему пристают с такими глупыми предложениями. — Не пойду. — Да почему?! — Риан сел за стол напротив друга, опять прогнал назойливого подавальщика. Тот обиженно отошёл в сторону и начал следить за лордами. — Не понимаю. — Потому что она меня больше не ждёт там. Я обещал приходить каждый день, а теперь… всё, — Рэн развёл руками. — Не пойду. Ну вот как он объяснит Кире, почему не приходил неделю? А никак. Не сможет даже соврать, глядя в щенячьи глаза. Вот и запутался. А прошло всего ничего. — Рэн, — устало вздохнул тёмный лорд. — Выпей со мной. Эллохар поставил початую бутылку с водкой на середину стола. Кира Прошёл месяц моего добровольно-принудительного заключения в школе для ведьм. Я уже практически чувствовала, как становлюсь одной из них. Я уже умела варить простенькие зелья – занимательное занятие, хочу сказать. Чувствовала себя настоящим Северусом Снейпом, а потом Гарри Поттером, когда пыталась летать на метле. Метла – довольно сложный в управлении транспорт, как оказалось. Я пару раз перевернулась, упала с двух метров, благо, что мне дали лишь метлу для обучения, которая не поднималась высоко. Потом я влетела в кусты и в толпу визжащих от смеха девочек. Но так, в принципе, было весело, а всё тело охватывало приятное чувство невесомости, будто я летала во сне. Чувствовала себя лёгкой, но только желудок всё время переворачивался и иногда тошнило. Но самой лучшей частью была магия. Мне на время заблокировали силы стихийницы, чтобы они не перекрывали магию ведьмы – она у меня слабая и может работать только так. Я чувствовала, как энергия течёт по венам прямо от пяток. Мне сказали, что от земли можно брать сколько угодно, потому что она неисчерпаемый источник. Внутри было щекотно, когда я начинала колдовать. И сколько радости было, когда у меня получилось заставить растение вырасти всего за каких-то две минуты! А вот Даррэн так и не появился. Даже записки не написал! Я всё так же грустила по вечерам о нём, хотя стоило бы забыть и продолжать жить. Но нет! Но скоро настал тот день, когда мне разрешили выйти за купол. Обычно ведьмочки ходили собирать травы в лес. Все вместе. А меня оставляли в школе, в моей комнате. — Думаю, ничего не случится, если сегодня ты пойдёшь с нами, — она дала мне плащ и резиновые сапоги – всё-таки осень вступила в свои полные права и не радовала солнечными сухими днями. — Рэн не появится. Я расстроенно кивнула и взяла одежду. Меня утешало только то, что меня постоянно все жалели. Не из-за того, что предполагаемый жених не приходит, а из-за того, что этот жених у меня вообще есть. Выделялись домовые, маленькие добрые люди, готовящие обеды, убирающиеся в школе и вообще делающие всё по дому. Они сочувственно гладили меня по ноге и приговаривали: — Бедная девонька. Никак тебе не отвертеться от магистра Смерти. А я не понимала, почему его называют Смертью. Он что, убил кого-то? — Ты ему спуску не давай, — напутствовала одна домовая, которая лучше всего относилась к Рэну. — Он хоть и страшный, но тебя точно не обидит. Вот и в этот раз, когда я уже собралась, оделась потеплее, ко мне пристали два домовых: — Кирушка, — проговорил один, дедок с длинной седой бородой. — Ты аккуратнее. Вдруг Смерть придёт. — Да, — закивал его внук, активный мальчик с рыжей макушкой. — Аккуратнее. Чувствую, что-то неладно. — Ну, если и придёт, мы его прогоним, — улыбнулась я, а Риш схватила меня за руку и потащила по коридору. Школа была хоть и большой, но очень уютной и тёплой. Всё было на своих местах. Мы вышли на крыльцо, меня сразу же охватила прохлада. Полянка, на которой ведьмы обычно собирали травы, была совсем недалеко – нужно было пройти метров десять по густому лесу по протоптанной тропинке. Я шла рядом с маленькой девочкой Алисой, очень активной и живой, такой маленький ураган, который дружит со всеми и любит тоже всех. Поляна представляла собой большой идеальный круг с густой светло-зелёной травой. Она не изменила свой цвет даже после наступления осени. Ну, так мне сказала Василена. Она же мне и дала небольшие аккуратные ножницы, чтобы срезать нужные травы и особо не вредить растению. Алиса отсоединилась от меня и побежала к подругам. Я же отошла в сторону и начала рассматривать траву в надежде найти хоть что-нибудь, можно даже подорожник. Присела на корточки и с улыбкой срезала какое-то растение. К сожалению, названия я его не помнила, но зато точно знала, что оно было в учебнике. И тут послышалось сначала гудение, а за ним вдруг девичий визг. Я выпрямилась и непонимающе оглянулась. А из синего портала, прямо рядом со мной, высунулись огромные когтистые лапы. Я тоже заверещала и попыталась убежать. Но лапы с острыми чёрными когтями вдруг схватили меня за талию и утянули в портал. Холод улицы тут же пропал, я окунулась в тепло, даже в жар тёмной комнаты. В нос сразу же ударил запах спирта и, кажется, сигарет со странными примесями. — Маленькая моя, — рычало чудовище с горящими синими волосами, в котором я тут же признала демона. — Рэн! Ты что творишь?! — воскликнула я, смотря на огромного демона. Золотая кожа, клыкастая пасть, пламенные пряди волос. Я понимала, что трансформация не полная, потому что в полной демон должен быть в четыре человеческих роста. — А ну вернись в нормальное состояние! — я чувствовала, с какой огромной скоростью стучит моё сердце. Жуткие раскосые огненные глаза, ярко голубые и сверкающие, посмотрели на меня сначала непонимающе, а потом прояснились и поглядели уже осмысленно. Медленно высокая фигура начала уменьшаться в размерах и вскоре передо мной стоял обычный Даррэн. Правда, полностью проспиртованный. — Девочка моя, — пьяный голос, а потом горячие руки на щеках. Большие пальцы гладили мои щёки, лицо мужчины было всё ближе и ближе. — Поцелуй меня. Не знаю, от чего у меня закружилась голова: от осознания его слов или от перегара. — Ты пьян, Рэн, — попыталась отодвинуться, но меня держали крепко. — Поцелуй меня, — повторил он. — Давай, прелесть моя. — Рэн, ты пьян. Давай пойдём в ванну, умоем тебя, — я говорила тихо, аккуратно, чтобы не злить и не раздражать громким голосом. — Потом ты поспишь, а уже завтра поговорим. Хорошо? — Поцелуй меня. — Ну что ты как маленький? — Я скучал… — он пьяно заулыбался, но немного ослабил хватку. — Пойдём умоемся? Почистим зубки, — взяла его за руку и наощупь, потому что в комнате было темно, пошла к приоткрытой двери, надеясь, что она ведёт в ванную. — Да, — кивнул Рэн и начал раздеваться. Я очухалась только тогда, когда он снял рубашку.