«Make a wish»

Антон точно и не вспомнит когда это все началось. Острый недостаток во внимание, ощущение полной бесполезности и желание закончить жизнь самоубийством накрыли его с ног до головы. Жизнь оказалась для него слишком сложным уровнем в непростой игре для продвинутых геймеров. Его ноги легонько покачивались, пока он смотрел на восходящее солнце. Рассвет. Город просыпается, проснутся люди и продолжат серый однотонный ряд действий. Разве для этого стоит существовать? Парень с силой оторвал взгляд от солнца и опустил его вниз. Вода. Шумящая от порывов ветра и столь притягательно. Сегодня проснется его давний знакомый, с которым они не виделись с окончания школы. Макар как обычно нахмурит брови, кинет будильник в стену, а после заворчит и накроет голову подушкой. На метро поспешит красивая девушка, с которой Антон столкнулся вчера вечером. Кажется, она была чем-то расстроена. Все продолжат жизнь, но не парень. Его тело разобьётся о холодные безжизненные камни, пока вода будет обмывать выступающую кровь. Должно пугать, верно? Но почему-то не пугает. Слишком много думал о смерти, чтобы бояться собственных мыслей. Шастун спускает ноги с моста и подтягивается на руках. Смерть уже кажется столь манящей, но.. Его останавливают. Антон зло обернется, понимая, что уже не сможет спрыгнуть. Не сможет. Его мягко погладят по плечу, с улыбкой смотря в зелёные глаза. Шастун даже немного расслабиться, наблюдая за высоким худощавым мужчиной. В этот день произойдет разговор, который изменить всю жизнь парня. — Антон, — тихо произнесет незнакомец, узнав имя Шастуна и медленно идя вдоль аллеи. — Ты ещё так молод. Знаешь, что я тебе скажу? Я не хотел тебя останавливать. Я всегда считал, что если человек считает, что ему нужно умереть, то так оно и есть. Нельзя жить без желания жить. Однако.. Что-то повлияло. Наверное, мой утренний поход на работу. Знаешь кем я работаю? Парень отрицательно качнет головой, споткнувшись на очередной камне. Мужчина мягко улыбнется и подхватит его под плечо, удерживая от падения. — Я работаю в фонде «загадай желание». Я помогаю людям, которые умрут на днях. Представляешь? Раз и нет человека. Наш фонд исполняет их последние желания, но.. Знаешь, что самое больное? Это видеть маленьких детей, которые сжимают листочки с письмом в руках и плачут. Они шепчут о том, что их единственное желание — остаться подольше с мамой и папой, поиграть в игрушки дома, стащить сладкое из сервиза, пойти в ненавистную школу, а я.. Я молча улыбаюсь, кивая и выхожу из палаты. Выхожу, зная, что завтра эта малышка умрет, а я даже не смогу ей помочь. Ты понимаешь, Антон? Они хотят жить! Они хотят играть в игрушки, рисовать на обоях, печь сладкое с родителями.. Но они не будут. Только потому что они умрут. Они не хотели этого, но так будет.. Антон теряется в пространстве, слыша мужчину через толщу ваты в ушах. Это больно. Больно понимать, что умирают ни в чем не повинные люди. — Сегодня умерла Мари. Ей было тридцать лет. У нее родился маленький сынишка, а потом.. Потом спустя полгода ей поставили онкологию второй стадии. Она много шутила, глупо отмахивалась, ходила на процедуры, а после.. После перестала. Антон, Мари не могла больше ходить. У нее выпали все роскошные волосы, кожа сильно сморщилась, словно ей было уже за пятьдесят.. Знаешь, что она загадала? Чтобы ее мальчик был счастлив. Фонд действительно будет помогать ее мужу-одиночке и маленькому ребенку.. Мари не плакала. Она просто сжала мою руку, благодарно улыбнулась и умерла. Умерла с улыбкой на лице. Грустно, правда? В тот вечер придя домой Шастун сядет в кресло перед окном и устало потрет переносицу. Его взгляд остановится на солнце. Уже заходящем солнце. Наверняка вместе с ним зашли за горизонт жизни несколько людей по всему миру. Антон наберёт на телефоне несколько полученных цифр и нажмёт кнопку «вызова»...

***

Антон зевнул, выключая будильник и принимая сидячее положение. Время пять утра. За окном полная темнота, лишь сияющая на небе луна отгоняет мысли о том, что он попросту ослеп. Парень откинул одеяло, морщась от холода. На улице был конец ноября. Снег ещё не выпал, но температура существенно понизилась. Антону уже двадцать пять лет. Антон до сих пор работает в фонде «загадай желание» для онкобольных. Включилась подсветка электрического чайника и тихо загудел прибор, нагревая воду для утреннего кофе. Парень сел за стол, проверяя соцсети, а после набирая номер Павла. Антон давно перестал волноваться по поводу времени звонка. Иногда ему казалось, что мужчина вовсе не спит. — Да, ранняя пташка, — насмешливо ответил Добровольский, что-то пережевывая. — Доброе утро. — И тебе того же. Во сколько сегодня встреча и.. Кто пациент? Шастун до сих пор не может заставить себя выдавить слово «Умирающий.. Больной..». Он по-детски тешит себя надеждами на спасение всех и вся. — Сегодня мы едем в центральный онкологический диспансер. Девушка. Фролова Оксана. Девятнадцать лет. Последняя стадия. Врачи говорят, что осталось всего пару дней. Нужно будет съездить с ней на конную ферму. Девочка с детства мечтала научиться кататься на лошади, но сейчас хочет лишь погладить ее.. — Хорошо, — сглотнув подступившую от волнения слюну, произнес Антон, отключаясь. Его сердце сжалось, а в горле встал ком. Впервые за последние несколько недель ему вновь стали больно от полученных новостей. Всего девятнадцать лет. Антону было девятнадцать, когда он хотел покончить жизнь самоубийством. Антону было девятнадцать, когда он встретил Павла. Антону двадцать пять, и он хочет отдать часть своей жизни больным людям.

***

Серебристый автомобиль затормозил напротив трёхэтажного здания. Антон вышел из машины, прикрывая за собой дверцу и оглядывая диспансер. Светло-бежевые стены, высаженные вдоль стен клумбы, широкие окна. Парень поднял голову вверх, натыкаясь на чей-то взгляд. В окно третьего этажа выглядывала темная макушка какого-то парня. Шастун бы дал ему лет шестнадцать.. Наверное. Тот, заметив пристальный взгляд, высунул язык и скрылся внутри, закрывая за собой окно. Антон впервые за утро улыбнулся. Павел выбрался с водительского сиденья, нервно потирая ладони. Шастун покосился на него. Мужчина явно хотел курить, но у них было единогласное правило: никакого курения перед посещением больных. Парень первым зашёл в здание. Пока Павел разговаривал с заведующим и обсуждал все осторожности с лечащим врачом, Антон прошёлся вдоль коридоров. Шастун остановился напротив открытой двери второго этажа. Его сердце ухнуло вниз. Комната была с детьми, начиная от семи-восьми лет и заканчивая примерно пятнадцати-шестнадцати. На их фоне выделялся парень, который сидел на диване, поджав ноги в позе лотоса и читая книгу. Дети сидели вокруг него и с интересом слушали какой-то рассказ. Кажется, он был о богатом и нищем. Антон узнал в парне того, кто нагло показал ему язык. Шастун почувствовал, как перед глазами возникают слезы. Дети улыбались. Они правда улыбались и перебирали в руках игрушки. Некоторые из них были полностью лысыми, другие лишь слегка бледноватые и с болезненными мутными глазами. Парень, прервав рассказ, поднял взгляд. — Извините, — тихо кашлянул Антон, когда дети повернулись к нему, с интересом разглядывая незнакомого мужчину. — А.. Оксану я где могу увидеть? — Зачем она тебе? — как-то ревностно осведомился парень, спуская со своих колен маленькую девочку и поправляя подвернутую штанину больничной одежды. — Я.. Мне нужно с ней поговорить, — с нажимом произнес Шастун, не зная, как правильно сформулировать причину своего местонахождения здесь, не затронув тему болезни. Антон почувствовал, как его легонько потянули за края штанины пару раз. Он опустил взгляд вниз, замечая маленького мальчика. Тот лучезарно улыбнулся своим беззубым ртом. — Дядя, а у вас красивые волосы. Хотите я вам машинку подарю? Шастун промолчал, отчаянно царапая ногтями собственные ладони, которые были спрятаны в карманы. Мальчишка, не дождавшись ответа, самостоятельно побежал к большой коробке с игрушками. Парень вздохнул и поднялся с диванчика, вручая книжку какой-то девочке. Та чуть покраснела и улыбнулась, когда тот легонько взлохматил ее светлые волосы. Он вышел из комнаты, потянув Антона за собой за край тёмно-синего джемпера. — Она безнадёжна? — спросил парень, забираясь на окно в коридоре и внимательно наблюдая за Антоном. Тому бы соврать, но слова лжи встали поперек горла, не давая вздохнуть. Шастун присел перед парнем на корточки, заглядывая в голубые глаза и касаясь ладонью его колена. — Послушай.. Я просто хочу сделать ее немного счастливее. Это моя жизнь. Я делаю людей немного счастливее, давая шанс исполнить мечту. Оксана.. Она уже ждёт меня. Я буду благодарен, если ты отведешь меня к ней. Как тебя зовут? Подросток нахмурился, сложив ладони в замок и чуть отодвинувшись назад. Он шмыгнул немного вздернутым носом, почесав его кончик. — Арсений, — наконец ответил тот, с каким-то волнениям перебирая кончики шнурков браслета на своей руке. — Я люблю ее. Если ты сделаешь хуже, я.. — Постой, Арсений, — оборвал его Антон, даже боясь слышать продолжение фразы. — Я точно не сделаю ей хуже. Все останется как есть, станет лучше, но точно не хуже. Он ласково взъерошил темные волосы на макушке и улыбнулся. Подросток подозрительно покосился на него, но всё же сполз с высокого окна и направился к лестнице на третий этаж. Антон последовал за ним, зачем-то считая ступеньки под ногами. Парень остановился напротив двери с номером «13». Он с волнением потоптался на месте, а после вздохнул и отошёл в сторону. Шастун вопросительно взглянул на него. — Мне запретили приходить к ней ещё неделю назад.. Я не пойду. Как тебя зовут? — Антон.. — тихо ответил парень, не понимая зачем. Он никогда не представлялся онкобольным, боялся привязаться или ещё хуже дать им надежду на то, что он излечит их. — Антон, скажи ей, что звёзды все таки сошлись. Она поймет. Арсений развернулся и быстро убежал вниз по лестнице. Шастун видел, что в уголках его глаз блеснули слезы, но не стал его догонять. Да, хотелось. Да, имелась возможность, но он здесь не за этим. Антон заметил направляющегося к нему Павла, выкидывая из головы все посторонние мысли и вновь задумываясь об некой Оксане.

***

Антон вновь сидел в своей комнате на диване, следя за уходящим солнцем. Это уже стало несогласованной традицией. Он перебирал в голове события сегодняшнего дня. Оксана.. Эта солнечная девочка понравилась ему сразу. Шастун грустно улыбнулся, вспоминая ее большие больные глаза. Заходя в палату, его сердце готовилось ко всему, но точно не к тому, что девушка будет сидеть и с улыбкой читать книгу. Антон замер посреди кабинета, рассматривая ее. Девушка была полностью лысой, бледной, даже почти голубоватой кожей. Они ездили на конную ферму. Шастун не был там с далёкого детства, поэтому тоже с искренней улыбкой наблюдал за забавными животными. Павел тихо всхлипнул, когда девушка расплакалась, гладя лошадь по гриве и сидя в инвалидной кресле. Они пробыли там около двух часов, пока не позвонил лечащий врач пациентки. Уже когда Оксана лежала на кровати, уставшая, кажется ещё более побледневшая, но счастливая, Антон выполнил обещание. Он послушно повторил ей слова Арсения. Фролова сначала непонимающе смотрела на него, пока в ее глазах не блеснули нотки понимания. Она опустила голову вниз, улыбнувшись кончиками губ и коснувшись браслета на руке. Это была их последняя встреча. Шастун ещё не знал об этом, поэтому с улыбкой прощался с девочкой..

***

Прошла неделя. Антон сидел в своем кабинете, аккуратно раскладывая бумаги с информацией о их.. пациентах по папкам. Сегодня Павел уехал со Стасом, оставив парня одного на бумажной работе. Шастун в какой-то степени был даже не против. Ему нужно было отдохнуть от эмоций. Парень зевнул, убирая последнюю папку на шкаф. В кабинет постучалась девушка. — Антон, кофе будешь? — с улыбкой спросила Ира, тоже довольно устало смотря на коллегу. — Да, было бы неплохо.. Без добавок. Кузнецова кивнула и скрылась за дверью. Шастун улыбнулся. Они работали вместе все это время, и та здорово помогала ему. Ира была лёгкой на подъем и довольно искренней. Ее смех разряжал обстановку, помогая отвлечься от грустных мыслей. Иногда Антон даже думал, что было бы если бы они встречались. Однако, «Бы» ведь не считается? Вскоре ему принесли кофе, и работа немного ускорилась. Через минут десять, Антона отвлек телефонный звонок. — Да, Серёг, я слушаю. Что-то случилось? — Почему если я звоню, то обязательно что-то случилось? Я настолько выгляжу интровертом? Хотел встретиться с тобой. Есть одно дело. — Ну.. — протянул Шастун, взглянув на наручные часы. — Через полчаса я подойду к нашему кафе. Не опаздывай. Я не собираюсь, ждать тебя три часа. — Я всегда прихожу вовремя, мой друг. — Ой, не делай из меня идиота. — Зачем? — искренне удивился Матвиенко, а после приглушённо хихикнул. — Ты и сам прекрасно справляешься с этой задачей. В телефоне послышались гудки. Антон фыркнул, закатив глаза. Ну что за человек?

***

Шастун зашёл в кафе, слыша, как тихо звякнул колокольчик над дверью. Это здание ему всегда нравилось своим уютом и простотой. Словно попадаешь в сказку или прячешься от проблем. Впрочем.. Это одно и то же. Сергей уже и правда сидел за дальним столиком. Мужчина выглядел загруженным и даже немного потерянным. Увидев Антона, он лишь кивнул в знак приветствия, заставляя парня начать волноваться. Он сел напротив друга, сложив руки в замок и внимательно наблюдая за ним. — Что-то случилось, Серёг? — Антон, ты же ездишь к больным окологией? — резко спросил Матвиенко, ставя парня в тупик. — У тебя кто-то заболел? — Не совсем у меня.. Понимаешь, я познакомился с одним парнем.. Ему восемнадцать. Димка Позов. Он классный малый.. Во общем, его положили в диспансер.. Несколько дней назад. Я хотел его навестить, но одному мне жутко страшно.. Я боюсь. Боюсь увидеть его.. Больным? Бледным? А если он.. — Я съезжу с тобой. Сергей замолчал, оборвавшись на полуслове. Антон смотрел серьезно и внимательно, немного сжимая чужую ладонь и приободряюще улыбаясь. Матвиенко улыбнулся кончиками губ в ответ, положив поверх руки друга свою вторую.

***

Антон стоял, прислонившись бедрами к прилавку и бездумно листая ленту в соцсетях. Сережа уже двадцать минут ходил по рынку и выбирал что-то из фруктов. По совету парня лучшими продуктами сейчас были бы виноград и черника. Матвиенко подошёл к выбору слишком ответственно. Шастун открыл личные сообщения, переходя в чат с Ириной. Девушка была в сети. (Антон) «Паша пришел на работу?» (Ира) «Нет, но если что, тебе нужно было срочно отъехать в одну больницу по поводу накладок» (Антон) «Обожаю тебя ;)» Шастун убрал телефон в карман, замечая идущего к нему друга. Сергей был взволнован, что выдавали его бегающие глаза и излишняя нервозность. Антон его прекрасно понимает. Сам по началу трясся лишь от одной мысли о контакте с онкобольными и слез на глазах. В диспансер они ехали в полной тишине, что давало обоим время подумать.

***

Антон сидел в коридоре на лавочке, пока Сергей общался с Димой. По началу Матвиенко жутко трусил и боялся даже зайти в палату, но после с радостной улыбкой выгнал оттуда Шастуна, оставаясь с загадочным парнем наедине. Антон хотел было возмутиться, но, заметив умоляющий взгляд, передумал. Парень вяло следил за редкими проходящими больными, думая о судьбе каждого из них. Это продолжалось до тех пор, пока его не окликнул дежурный врач. Антон вопросительно изогнул бровь, подходя ближе. — Вы же Антон? Вы приходили сюда неделю назад с Павлом. — Да.. — тихо ответил он, заранее зная о чем будет разговор. — Антон.. Вы.. Не могли бы поговорить с Арсением? Мне показалось, что вы неплохо пообщались, если он допустил вас до Оксаны.. Шастун удивлённо взглянул на врача, перебирая в голове варианты происходящего. — Он очень страдает.. Оксана.. Она умерла на следующий день после вашего отъезда. Арсений отказывается от лечения и ничего не ест. В его случае это может закончиться летальным исходом. Его лейкемия на второй стадии, но он упорно подгоняет ее к третьей. — Где он? — выдохнул Антон, даже боясь думать о смерти подростка. В его горле вставал ком, каждый раз, когда он думал об Оксане. Шастун тихо приоткрыл дверь в палату, закусывая нижнюю губу. Атмосфера давила со всех сторон. Шторы в палате были плотно задернуты, из-за чего разглядеть что-то сразу было невозможным. На узкой кровати в углу комнаты лежал парень, который полностью спрятался под одеяло. Антон сделал шаг в его сторону, протягивая руку вперёд, но замер. Его ушей коснулся тонкий всхлип, приглушённый тканью подушки. Подросток мелко вздрагивал от беззвучного плача. — Арсений.. — тихо подал голос Шастун, осторожно опускаясь на колени около кровати. — Это ты.. — выдохнул парень, лишь сильнее утыкаясь красным от слёз лицом в подушку. — Арсений.. Я не виноват, не думай об этом.. — Спасибо тебе.. — прошептал Арс, повергая Антона в неловкий шок. Шастун медленно коснулся плеча парня ладонью, почувствовав, как тот вздрогнул и немного отодвинулся. Антон начал медленно поглаживать его по плечам, лопаткам, спине. — Я был с ней в тот вечер.. Я ослушался и пробрался к ней в комнату. Она очень много говорила про лошадей, то плакала, то улыбалась. Оксана говорила про тебя и Пашу, что вы прекрасные люди. А потом.. — Арсений звучно сглотнул. — Она уснула. Ее плечи тихо поднимались от дыхания, пока Окси спала на моем плече. Все прекратилось резко. Я даже сначала не заметил, а потом испугался и стал звать врачей.. Они не смогли ей помочь.. Подросток принял сидячее положение. Шастун закусил внутреннюю сторону щеки, с болью смотря на него. Парень исхудал ещё сильнее с их последней встречи неделю назад. Его голубые глаза стали чуть тусклее, а щеки впалее. Глаза красные от долгих слёз, а на скулах застывали липкие слезы. — Я забрал браслет.. — произнес он, вновь начиная вздрагивать от возникающей истерики. — Когда я попал сюда и встретил ее, то мы обменялись браслетами и поклялись, что не снимем их, пока не.. Умрет кто-то один из нас. Тогда второй должен забрать браслеты себе и обязательно стать счастливым ради второго, но.. Я не могу.. Я не могу заставить себя есть. Я не могу заставить себя принимать таблетки. Мне больно. Мне больно от мысли, что её больше нет.. Антон притянул подростка к себе за плечи, позволяя уткнуться носом в плечо и звучно разрыдаться. Шастун знал, что нельзя сдерживать слезы. Можно всё, но не слезы. Они будут копиться, давить изнутри, а после.. Ты просто начнёшь плакать абсолютно везде и без причины. Психоз. Арсений плакал, выпуская со слезами всю скопившуюся боль. Он до синяков сжимал руки Антона, обнимая его и вздрагивая от слёз. Шастун послушно терпел, поглаживая того по спине и макушке. Его футболка насквозь пропиталась влагой из чужих глаз, но на это было всё равно. Спустя минут пятнадцать, Арсений неожиданно притих. Антон, чья рука уже болела от постоянного поглаживания чужой макушки, заметил, что парень уснул. Видимо долгие слезы его слишком вымотали. Шастун осторожно уложил его на подушку, поправляя челку и укрывая того теплым одеялом. Ему нужно поспать хотя бы пару часиков.. Его организм не справляется.

***

Шастун стоял на улице около диспансера. Парень делал глубокие затяжки сигарет, думая о своём. После того, как Арсений уснул, он долго разговаривал с его лечащим врачом. Антон честно не помнит как это произошло, но он отдал медработнику свой номер и попросил звонить при любых изменениях в состоянии больного. Мужчина честно пообещал сообщать обо всех переменах и попытаться накормить парня. Шастун сделал очередную затяжку, туша окурок и доставая из кармана звонящий телефон. «Павел». — Да, Паш. Я ещё в больнице. — Я знаю, Ира уже предупредила меня. Я тебе сказать хотел. Завтра на работу можешь не приходить. У меня важные переговоры по поводу спонсирования. Придется на день-два уехать. Звонков не было, но если поступят, то Ира вызовет тебя. — Хорошо. Позвони, как решится дело по переговорам. — Обязательно. В телефоне послышались гудки, а за спиной шаги. Рядом с Антоном остановился Сережа, который с улыбкой смотрел куда-то на дорогу. Шастун, смотря на него, тоже улыбнулся кончиками губ. Видимо с Димой не все так плохо. Мысли о болезни вновь вернули Антона к Арсению. Подросток явно чувствует себя куда хуже. Остаётся надеяться, что ему хватит ума не вгонять себя в могилу. — Тох, у меня к тебе предложение. Мы с Журавлем завтра в бар сходить хотели. Не хочешь присоединиться? — Нет.. Весь завтрашний день у меня плотно занят, — задумчиво произнес Антон, проведя ладонью по едва заметной щетине на щеках.

***

Следующий день для парня начался предсказуемо со звонка будильника. Пять утра. Антон принял сидячее положение, отмечая, что в квартире стало ещё холоднее чем раньше. Когда уже там отопление начнется? Парень натянул тонкий черный свитшот и черные джинсы, потягиваясь и вставая с кровати. Чашка черного кофе и соцсети. Шастун открыл заметил пропущенный вызов от вчерашнего знакомого врача. Антон нахмурился. Тот звонил ему десять минут назад. Вот кому тоже не спится. Наверняка в ночную работает. — Станислав, вы звонили? С Арсением что-то случилось? — Доброе утро, Антон. Да.. Он не спал всю ночь. Медсестра тщетно пыталась напоить его хотя бы снотворным, но тот оказался слишком упрямым. Вчерашний ужин остался также без внимания. Единственное, что удалось заставить его - это принять вечерние таблетки. И то.. Я не уверен, что он их не выплюнул. Вы сможете сегодня приехать? — Да. Я смогу. У меня к вам просьба, Станислав. Могу я сегодня забрать Арсения на день к себе? Можете считать, что это помощь от фонда.. Я уговорю его продолжить лечение. — Вы уверены, что хотите выступить доверительным лицом? Это большая ответственность. Если за время вашего нахождения с ним ему станет хуже, то боюсь, вся вина будет лежать на вас. — Я уверен. Напишите список медикаментов, если что-то нужно купить. Я приеду через полчаса.

***

Антон остановился напротив двери с номером «4». Ему вдруг стало неловко. Ну вот зачем он пришел? Зачем ему это нужно? У Арсения же должны быть люди, которые могут о нем позаботиться. Он не безнадёжный. Зачем Шастун здесь? Однако все его мысли отошли прочь, когда мимо прошла бледная девушка. Антон не хотел, чтобы парень стал таким. Ему впервые выпал шанс помочь умирающему, и он не упустит его. Антон осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь. С его последнего визита сюда, здесь почти ничего и не изменилось. Всё такие же задернутые шторы и одинокий Арсений. Подросток приподнялся на локте и повернулся в сторону входа, оглядывая зашедшего немного виноватым взглядом. — Здравствуй.. Ты знаешь сколько времени? — поинтересовался Антон, открывая шторы и смотря на ещё темное небо. В ноябре рассветало уже довольно поздно, поэтому шесть утра походили на два ночи. Арсений принял сидячее положение, смотря недовольно и немного раздражённо. — Не знаю, у меня нет часов. Судя по всему довольно рано. Зачем ты пришел? — Мне уйти? — риторически спросил он, садясь на край кровати. — Почему ты не спишь? Скажу честно, мне на тебя нажаловались. Я пришел исправлять ситуацию. Давай, я слушаю. Попов обиженно надул губы, начиная с превеликим интересом разглядывать собственные ладони и ковырять небольшую царапину. — Я не хочу, — просто пожал плечами Арс. — Понятно. Вставай, я принес тебе одежду. Переодевайся и выходи. Буду ждать в коридоре. Антон положил растерянному парню на колени черный пакет с одеждой и вышел из комнаты. Шастун подошёл к окну в коридоре, оперевшись локтями на подоконники. Ему безумно нравилась атмосфера за окном. Темно, прохладно и слишком прекрасно. Однако уже жутко хотелось начала зимы. Антону хотелось хруста снега под ногами, предновогоднего настроения и падающих снежинок. Через минут десять, тихо скрипнула дверь позади. Шастун обернулся и на его лице появилась лёгкая улыбка. Арсений стоял перед ним в темных спортивных штанах, синем свитшоте и расстёгнутой черной куртке. Антон подошёл к нему ближе, натягивая по самые глаза шапку и застегивая до конца молнию замка. — Подбородок защемил, — жалобно протянул Попов, поднимая шапку с глаз. — Куда ты меня тащишь? — А ты хочешь дальше тухнуть в больнице? Арсений отрицательно покачал головой. — Тогда не задавай лишних вопросов. Учитывая, что сейчас шесть утра и ничего пока ещё не открыто, то.. Поедем ко мне. Я тебя накормлю и мы поговорим, а дальше посмотрим.. — Я не хочу есть. — Захочешь, — твердо произнес Шастун, направляясь к лестнице. — Послушай, — бросил Арсений, нагоняя его и стараясь не отставать. — Тебе делать что-ли больше нечего? Твоя работа? Зачем тебе вообще это нужно? — Первое-да, второе-сегодня свободен, третье-не знаю сам. А вообще.. Я рад, что у тебя появилось столько желания поговорить..

***

Антон перевернул один из наггетсов, шипящих на сковороде. Арсений стоял за его спиной, поглядывая через плечо на заманчиво шипящую еду. Кухня наполнилась прекрасным запахом, от которого в животе урчало. Парень нетерпеливо потоптался на месте, а после вновь забрался на диванчик около стола. Шастун переложил наггетсы в тарелку и повернулся в сторону подростка. Тот склонил голову набок, смотря на еду. — Ты же не голоден, верно? — хитро улыбнулся Антон, замечая его голодный взгляд. — Ну уже немного голоден.. — пробормотал он, когда к нему пододвинули тарелку с аппетитно пахнущей едой. Шастун сел напротив него, отпивая свой кофе. Арсений запихнул в рот сразу две котлеты, переживая и щурясь от удовольствия. Приятный сырный соус оседал на языке. Антон с улыбкой наблюдал за ним. Человеку всего-то нужно было дать нормальной еды или.. Он только тут проявляет чувство голода? Шастун вновь задумался. А если паренёк перестанет есть, когда вернётся обратно? Нужно будет сегодня с ним поговорить. Парень откинулся на спинку дивана, когда его тарелка почти опустела. — Наелся? — спросил Антон, убирая чашку в посудомойку. — Я доем! — поспешно заверил Арс, запихивая в рот оставшиеся две котлеты. — Офень кусно.. Антон взглянул на наручные часы. 8:21. Парень задумчиво обвел кухню взглядом, останавливаясь на притихшем подростке. Арсений смущённо почесал кончик носа, отводя взгляд. — Готов к приключениям и возвращению желания жить? — Ты по-прежнему хочешь заставить меня верить в спасение? Антон я.. — Ты не умрёшь, — оборвал Шастун, щёлкнув того по носу. Попов вздохнул, пожав плечами и вставая из-за стола. Арсений потянулся, зевнув и чуть поморщившись от чувства наполненности. Антон ласково потрепал его по темным волосам. Его взгляд упал на запястье парня. На нем были одеты два одинаковых браслета с длинными шнурочками. Оксана вернула его подростку. — Слушай, может ты поспишь? Все таки всю ночь пропустил.. — Ты, как моя мама, забрал меня чтобы накормить и усыпить? — усмехнулся Арсений, потирая сонные глаза. — Я не хочу проспать целый день, когда меня выпустили из диспансера.. Никому кроме тебя не отдавали меня под опеку.. — Послушай. Ты сейчас поспишь, а потом мы обязательно поездим по городу. Хорошо? Не спорь. Мы всё успеем и у тебя будет больше сил. Попов задумчиво закусил нижнюю губу, а после медленно кивнул. Антон отправил его в свою спальню, мысленно ставя себе галочку, позже спросить его о матери. Арсений забрался на кровать и уткнулся носиком в подушку, укутываясь получше в одеяло. Шастун задернул шторы, чтобы утреннее солнце не разбудило подростка раньше времени. Антон подошёл к Арсению ближе, замечая, что тот уже сопит в подушку, довольно улыбаясь. Парень поправил одеяло и вышел из комнаты. Его телефон, лежащий на столе, призывно пиликнул. (Ира) «Антон, привет. Извини, что отвлекаю в выходной, но тебе нужно на работу заехать. Мне нужна помощь.» (Антон) «Черт, Ир, это не подождёт?» (Ира) «Нет, жду.» Шастун тяжело вздохнул, покосившись в сторону спальни. Парень черканул записку на листке, оставил ее на тумбе в комнате и, последний раз скользнув взглядом по спящему подростку, покинул квартиру. «Арсений, извини, меня вызвали на работу. Я постараюсь поскорее разобраться со всеми делами и приехать. Я обещаю, что мы обязательно съездим туда, куда ты захочешь. Ниже мой номер, позвони по домашнему, как проснешься.»

***

Антон остановился напротив здания фонда. Выйдя из черной машины, он поежился и натянул повыше ворот куртки. Стоит подумать, куда отвезти Арсения, чтобы тот не замёрз. Ноябрь становится все холоднее. Парень включил сигнализацию и направился в сторону входа. Ира встретила его около кабинета Антона. — Антон, ну я заждалась. Проходи. — Ир, ну что такое случилось? Шастун расстегнул куртку, проходя в кабинет. Девушка села за его стол, выдвигая верхний ящик и доставая папку документов. Антон стянул верхнюю одежду, садясь напротив нее и напряжённо смотря на бумаги. — Смотри. Здесь по деньгам недостача. Павел просил пересмотреть дела. — В смысле недостача? — искренне удивился и даже немного напугался парень. — Дай сюда. Антон придвинул к себе документы, начиная рассматривать бесконечные сложения чисел и пересчитывать сумму. Последние большие числа он сложил через калькулятор. Позади него тихо прикрылась дверь. — Так вроде все совпало. Нет? — нахмурился Шастун, повернувшись к девушке и охнув. Ирина подошла ближе, расстегнув верхние пуговки блузки. Антон смотрел на нее большими глазами, пока ладони девушки не оперлись о подлокотники его стула. Шастун взглянул в ее глаза, чувствуя внутреннее напряжение и желание уйти. — Тош.. Ну я же вижу, как ты смотришь на меня. Давай украду твой выходной.. Кузнецова прильнула к его приоткрытым губам. Антон приобнял ее, встречно отвечая на поцелуй. Ирина улыбнулась, перебираясь на колени к парню. Шастун притянул её чуть ближе, запуская ладонь в ее кудрявые каштановые волосы. Девушка провела рукой по его груди, собираясь стянуть свитшот, когда раздалось гудение телефона Антона. Ира нахмурилась. Шастун достал звонящий прибор. — Ира, уйди. — Что? Антон легонько отпихнул ее от себя, вставая на ноги и поправляя свитшот. Сняв вызов, он лучезарно улыбнулся и отошёл к окну. — Выспалось, чудо? — Эм.. Я точно туда попал? — усмехнулся немного хриплым голосом Арсений, зевнув. — Да, больше не хочу. Ты скоро будешь? — Конечно, уже еду. Одевайся, сейчас поедем по городу кататься. — Заинтриговал.. Шастун отключился, продолжая улыбаться и смотреть на падающие снежинки за окном. Первый снег. Как во время. Интересно, а Арсению нравится зима? За его спиной тактично кашлянули. Антон обернулся. Ирина уже поправила блузку, сидя на стуле и смотря на него немного растерянно и даже обиженно. — У тебя кто-то есть? — У меня.. — задумчиво произнес парень, обдумывая смысл фразы. — У меня кто-то есть. Я пойду, меня ждут. Антон схватил свою куртку и быстро покинул кабинет. Уже выходя из здания, он улыбнулся и вновь загляделся на снежных мух. Жизнь прекрасна.

***

Автомобиль ехал по подмерзшей дороге, пока на его стекло падали мелкие снежинки. Арсений с улыбкой смотрел на городской пейзаж, припав к окну и рисуя на стекле. Антон покосился в его сторону, улыбнувшись и вернувшись вниманием к дороге. — Любишь зиму? — вопросительно изогнул бровь Шастун, свернув в переулок. — Обожаю, — с вдохновением произнес Попов, повернувшись к Антону. — А куда мы едем? — Сначала в кафе, потом я хочу тебя в парк аттракционов отвезти. Дальше я хотел заехать на конную ферму, потом в тир. Последнее потому что это мое ежедневное место посещения. Затем в магазин, у меня закончились продукты дома, ну.. Если хочешь, можем ещё куда-нибудь. Арсений смотрел на парня большими глазами. — Шутишь? Ты столько всего продумал.. Куда я ещё могу захотеть.. Мне даже неловко, что ты со мной так таскаешься.. Меня даже родители так не баловали.. — Арсений.. Я хотел спросить. Где твои родители? Попов притих, отведя взгляд. Антон молча ожидал ответа, зная, что лучше не торопить подростка. — Отец отказался от меня, когда родители узнали о моей онкологии. А мать сдала меня в пансион, заплатила врачам денег и уехала. Ещё вопросы? — Нет.

***

Антон катил по супермаркету тележку с Арсением. Парень устроился вполне удобно, скидывая рядом с собой все, что видел на полках. Шастун невольно засматривался на темную макушку и иногда мелькающий лисий носик. Попов бесконечно много разговаривал. Больше всего его зацепил тир и конная ферма. Ему даже разрешили немного прокатиться на лошади, после чего он впал в детство. Арсений бегал и прыгал вокруг Антона, дёргал за край куртки и делился впечатлениями. Его улыбку нужно было фотографировать, когда Арс обыграл Шастуна в тире и выиграл главный приз. Фотографировать и ставить в рамку на стене. — Антон, — окликнул его подросток, задрав голову. — Я хочу мандаринов. — Хочешь, значит купим. — Было бы всегда так, — грустно вздохнул Попов, выбираясь из тележки и рассматривая разные мандарины. — Захотел и получил. — Что-то случилось? — тревожно спросил Антон, замечая изменения в настроении парня. — Теперь мне будет ещё больнее умирать, когда я понял, как здорово жить.. Просто жить и не думать о какой-то онкологии.. Шастун вздохнул и отпустил тележку, подходя к Арсению. Повернув его к себе лицом, он окутал его в теплые и мягкие объятия. Парень уткнулся милым носиком в его плечо, сцепив ладони в замок за его спиной. Антон вдохнул душащий ком в горле запах. Запах мандаринов, кожи Арсения и чего-то ещё. Чего-то теплого и родного. — Поехали домой, — прошептал ему в макушку Антон. — Тебе пора ужинать.

***

Утро началось со снега, облепляющего стекла окон. Антон сидел на кухне и вяло пил горький кофе. Настроения почти не было. Арсений ещё крепко спал в соседней комнате. Шастун боялся отвозить его в больницу, боялся, что тот вернётся в прежнее состояние, если все будет напоминать об Оксане и онкологии. Антон боится за него. Антону двадцать пять с половиной, и он впервые зависим от постороннего человека. *** Прошла неделя. Антон нетерпеливо заглянул в диспансер, держа в руке пакет с фруктами. Здесь он стал уже постоянным посетителем. Ребятишки улыбались ему и здоровались, а медсестры дружелюбно здоровались. 17:35. Шастун только освободился от работы. До конца посещения оставалось полчаса. Арсений опять будет дуться. — Арсений Сергеевич, — весело произнес Антон, заглядывая в палату. — К вам весёлый волшебник пришел. — Антон! — произнес парень, подрываясь с кровати и откидывая книгу. Шастун тихо охнул, когда его крепко обняли, чуть не сбив с ног. Антон ласково улыбнулся, опуская пакет на пол и обнимая парня в ответ. За всю эту неделю он искренне старался подбадривать подростка, но не мог упускать из вида бледноту, которая усиливалась с каждым днём. Списав все на химиотерапию, Антон забывался. Арсений счастливо заурчал, когда его ласково погладили по голове. — Я думал, что ты уже не придешь, — немного обиженно произнес Арс. — Меня задержали на работе. Расскажешь мне что-нибудь? Я тебе мандарины принес. Попов взял одну мандаринку, забираясь с ногами на кровать и начиная чистить фрукт. Палата заполнилась новогодним ароматом. Антон сел рядом, прислонившись спиной к спинке кровати. Арсений подал ему две дольки мандарина, и парень довольно закинул их в рот. Сладкий сок брызнул по внутренней стороне щеки, заставляя улыбнуться. — Меня перевели на другой курс лечения, — задумчиво произнес Попов, отправляя в рот очередную дольку. — Что-то случилось? — нахмурился Антон, касаясь предплечья подростка своей ладонью. — Не знаю. Мне сказали, что пока все хорошо. Не хочу об этом думать. Расскажешь к кому ты сегодня ездил? — Конечно, чудо, — улыбнулся Шастун, позволяя парню прислониться затылком к его плечу. — Слушай.. Антон много говорил, наслаждаясь улыбкой и редкими смешками парня. Это было то, что ему нужно. Все хорошо. Арсений рядом. Все было хорошо до утра следующего дня.. (Лечащий врач) Антон.. Мне жаль, но Арсений перешёл на третью стадию. Все стало хуже. Намного хуже.

***

Антон почувствовал, как с этим сообщением внутри него перестала работать какая-то важная мышца. Парень перестал жить, он начал просто существовать. В очередной раз останавливаясь напротив диспансера, он натягивал на лицо улыбку и шел к Арсению, подбадривать его и говорить бесполезные слова о том, что все будет хорошо. Шастун зашёл в палату, закусывая до боли нижнюю губу. Атмосфера комнаты вернулась к той, какой была в первый день появления тут Антона. Шторы плотно задернуты, тяжёлый запах медикаментов и одинокий силуэт в углу. Антон подошёл ближе, опускаясь на колени перед кроватью и кладя подбородок на колено Арсения. Попов поднял на него усталый взгляд и улыбнулся кончиками губ. — Я рад, что ты пришёл, — грустно улыбнулся он, перебирая светлые пряди чужих волос. — Мне опять стало больно ходить на процедуры.. Я умру, да? Антон схватил парня за плечи и зло встряхнул, не разрывая зрительного контакта. Арсений испуганно сжался, робко пытаясь вырваться из хватки и сдержать непрошенные слезы. — Ты совсем ничего не понимаешь? Ты умрёшь, если не начнёшь хотя бы верить в излечение! Что у тебя вместо головы? Ты.. Ты же.. Умрёшь, — на выдохе произнес парень, с глубокой тоской смотря в ставшие такими родными глаза. — Я не боюсь умереть. Я боюсь, что буду к этому не готов.. — тихо ответил он, кладя свои ладони поверх чужих, что до сих пор сжимали его плечи. — Мне нужно сделать несколько вещей, прежде чем быть готовым.. Шастун притянул его к себе, уткнувшись носом в редкие темные волосы. Химиотерапия сдерживала размножение раковых клеток, но лишала парня его шикарной шевелюры. Антон крепко обнял Арсения за плечи, вдыхая аромат его кожи и тихо всхлипывая. От него пахло медикаментами, больницей, хвоей и мандаринами. Шастун ласково поцеловал его в висок, не выпуская из объятий. — Арс, ты не умрёшь.. Пообещай мне.. — Я обещаю, что.. Буду рядом, пока это возможно.. Антон не сдержал соленых слёз, которые побежали по его щекам. Это больно. Больно понимать, что ты АБСОЛЮТНО ничего не можешь сделать для родного тебе человека. Для человека, который умирает. Шастун крепко обнимал исхудавшего подростка, поглаживая по лопаткам и стараясь запомнить каждую деталь его внешности. Арсений осторожно отстранился от него, улыбнувшись. — Антон.. Завтра у меня операция. Тебе уже сообщили об этом, да? — Все будет хорошо, — как заведённый выдавил Антон, сжимая чужую ладонь в своей. — Тсс.. Не говори ничего.. Послушай меня. Ты единственный человек, который держал меня на этом свете после смерти Оксаны. Мне впервые захотелось жить, жить без онкологии и постоянных мыслях о смерти. Антон.. Когда Оксана засыпала, она мне кое-что сказала. Она заставила меня пообещать, что я отдам браслет тому, кто заставит меня любить жизнь. Я полюбил жизнь и.. тебя. Антон, я люблю тебя.. Подросток поднял запястье парня и застегнул на нем тонкий браслет из черного шнурочка, а после стянул точно такой же со своей руки. Арсений улыбнулся и закрепил его на второй руке Антона. — Почему ты отдал мне оба?.. — Потому что ты отдашь второй тому, кто заставит тебя жить после моей смерти. Антон.. Поцелуешь меня? Шастун тихо всхлипнул, прильнув к родным и сладким губам. Этого было ничтожно мало. Антону хотелось вдавить Арсения в свою грудную клетку и оставить там жить. Только чтобы быть рядом, чтобы он жил. Попов льнул ближе, позволяя мучить свои губы в поцелуе. Это воспоминание будет самым ярким за его недолгую жизнь..

***

Антон сидел в коридоре около операционной и сжимал ладони до покраснения. Парень впервые четко осознал мысль о том, что Арсения может не стать. Может не стать его прекрасных голубых глаз, которые смотрят с таким доверием и надеждой. Может не стать его мягких ладошек и россыпи родинок по всей коже. Может не стать его искренней улыбки и тихого переливистого смеха. Может просто не стать. Шастун опустил взгляд на свои запястья. Два браслета приятно сжимали руки. Антон задумался. Сможет ли он когда-нибудь полюбить кого-то также сильно, как этого мальчика? Сможет ли он заставить себя прикипеть всем сердцем к другому человеку? Голубые небесные глаза навсегда застыли в его памяти.

***

Шастун сидит на мосту, свесив ноги вниз и ловя флешбеки своих воспоминаний. Парень улыбается кончиками губ, следя за падающими снежинками. С того дня все стало восприниматься иначе. Антон вытягивает свою ладонь вперёд и грустно смотрит на повязанный на запястье шнурочек, касаясь его подушечками пальцев. Вторая рука обрамлена точно таким же. Шастун поправляет воротник куртки, в который набилась куча снега. Уже новый год. Через пару часов будут бить куранты. Антон не хочет идти домой. Ему незачем. Он поднимает взгляд вверх и задумчиво смотрит на темное небо с россыпью звёзд. Звёзды напоминает ему о родинках на теле любимого человека. На плечи парня опускаются чужие ладони. Шастун улыбается и прикрывает глаза ресницами со снежинками. — Антон, ну ты дурак? — возмущённо произносит Арсений, садясь рядом на мост. — Отморозишь себе важные органы, я как с тобой потом встречаться буду? — А тебе от меня нужно только это? Попов фыркнул, прислоняясь виском к плечу парня. Антон снимает браслет с правого запястья и закрепляет на руке Арсения. Сегодня его последний день реабилитации после операции. Почти целый месяц. Арс смущённо улыбается и прячет улыбку в длинном шарфе. — Ты просил отдать браслет тому, кого я полюблю. Прости, но я не смог полюбить никого кроме тебя. — Так и быть, — серьезно заявляет Арсений. — Прощаю. Антон улыбается и притягивает Попова к себе для поцелуя. Громко звенят куранты на площади. Падает новогодний снег. Антону двадцать пять. Антон по-настоящему счастлив.