Ну я это случайно ...

      Однажды после очередной драки Золотой дракон позвал меня к себе на серьезный разговор. Это напрягло, вроде же всё хорошо мы победили, модифицированное трио обошлось без сильных потерь, нет я, конечно, оказалась немного задета, но Франки уже всё исправил. Рамен мы уже дегустировали сегодня. Что же могло ему понадобится? Ну была не была. Вхожу в как всегда идеально чистую, блестящую лабораторию, Франкенштейн сидит за столом и рассматривает какие-то бумаги. Надеюсь не мои. — Дядюшка, — немного тянем гласные и невинно моргаем глазами — а зачем вы меня звали? — Скажи, ты не замечала ничего страшного в своем поведении, может ощущениях? — говорит серьезно, на провокации не реагирует. — Вроде ничего такого, — честно попытался задуматься — жизнь прекрасна и полна интересных сюрпризов — Вот о них я и хотел с тобой поговорить. — директор снял очки и внимательно посмотрел на меня пронизывающими голубыми глазами. — Ты слишком активно реагируешь на все наши стычки. — Давайте без долгих вступлений, я же не Эмыч, что со мной не так? — считай перебила я его — Я подозреваю ты стала зависима от адреналина и новой силы — внимательно смотрит ожидая реакции — Да, нет, ничего такого, нет мне нравится сила растекающаяся по венам, азарт боя, но разве у вас не так же? — да, конечно меня может иногда заносит, но разве владельцу темного копья мне об этом говорить. Да и вообще, что в этом такого, эффективно. Последнее я и сказала вслух. — Так, но не совсем, ты знаешь копье и само живой организм, мне приходится считаться с его мнением. — Кстати, на счет копья, я должна вам кое-что сказать. — второй раз перебиваю Франкенштейн и еще жива, тут и в бессмертие можно поверить. Я кажется хотела о важном. — Темное копье не может и не хочет вас поглотить и оно очень сильно. Понимайте как хотите, но это так — смотрю ровно и уверенно — Этого не может быть, ты что-то перепутала, в конце концов я сосуществую с ним уже огромное количество времени — спокойной, как, блин, с сумашедшей, хотя наверное так и кажется со стороны. — Нет всё именно так и никак иначе. И не надо говорить со мной таким голосом. Хотите докажу. — ой-ой, язык мой — враг мой, и как я это буду делать? Ладно, кажется есть идеи. Главное морду кирпичом и уверенно нести чушь. — Ну попробуй — ученый откинулся на кресле — Пустите меня в свой разум — на это он ухмыльнулся и снял защиту.       Немного силы мысли и мы в разуме Великого ученого. Сейчас не как с Рейзелом, я полностью в его голове. Тут чистота, прядок, структурированные знания по полочкам, буйству эмоций и тому посвящен отдельный угол, но он надо сказать без границ. Конечно, есть фиолетовые линии, они мелкой сеткой везде, оплетая, соединяя. Это всё не то… Рядом появляется образ ученого, то как он себя видит сам, тут надо сказать без сюрпризом, Золотой дракон — реалист. — А у вас тут неплохо, пойдемте в глубь — Ну пойдем — а сколько иронии и недоверия, хоть чайными ложками ешь.       Мы прошли дальше, тут были книги на замке, двери с решетками. Я специально не иду туда, где отношения, зачем себя расстраивать? Да и это личное. Вокруг становится темнее и холоднее, подвал. Железная дверь, не раз сносимая с петель, за ней та самая темная аура сгущается еще сильнее, а фиолетовые нить ведут именно сюда. Ну была не была. Я прохожу сквозь дверь. В сырой темницы подсознания Великого ученого заперта красивая девушка, с развивающимися во все стороны волосами и легким оттенком кожи известного цвета. У неё заплаканые глаза — Я хочу быть с ним — тянет шипящие гласные — пусть только выпустит, я сильнее даже этого благородного, которого он зовет Мастером, я смогу поглотить всех его врагов, я не те души, я не дам им его достать, пожалуйста — вот так ни здрасте, ни как зовут, ни что забыла, а сразу просьбы, ну ладно, мольбы. Ну и мы не лыком шиты, всё это слышит Франкенштейн. Ради этих афигивших глаз, можно было и стараться. Двери больше нет. Диалог начат. Самое время быстро свалить и не мешать.