Птицы цвета ультрамарин

       Горн рупора словно призывал его к действию, на что он был и не против. Всё равно проснулся рано и всё оставшееся время до Руанапура валялся в каюте. Те, с кем он последние два дня делил данное обиталище уже давно встали и работают на своих постах. Один он остался в пропитанной потом и дешёвым бурбоном кубрике.        Быстро ворвавшись в дневной режим он встал и почесав голову надел берцы с грязной подошвой и в некоторых местах рваные штаны зеленоватого цвета, которые уже успели выцвесть. Майку он и не снимал. Всегда на нём. Уже поди вжилась в волосатое тело. Крестик то уж точно вжился, оставляя белую полосу на загоревшей шее.        Подойдя к местному аналогу раковины со следами коррозии и чернеющей ржавчины на кране он быстро окинул своё лицо струями воды и посмотрел в зеркало: "Да уж, попал к чёрту на рога"        Сдавать назад уже было нельзя. Тем более зачем? Оперативно освежив в памяти последние года три-четыре своей жизни, он окончательно убедился, что назад он не хочет. Однако его хищная морда в зеркале намекала другое.        Взяв синюю вещевую сумку, на которой фальшиво красовалась картинка с флагом США, он вышел на нос корабля. Морской воздух резал похмельные щёки и ноздри. Южное солнце находилось в зените. Будда выгравированный в скале у бухты приветствовал его безликим взглядом. Чайки поют.        Ещё чуть-чуть и он сходит с пристани по трапу из хрупкого дерева. Удивительно даже как они на такой рухляди доплыли из Коломбо. Хотя капитан дал дельный совет куда обратиться по трудоустройству на первое время. - Э, Иван! - на его пути сидел боцман, сидящий на кипе коробок и покуривающий Лаки-Страйк. "Иван" остановился. - В следующий раз выбери другую попутку! Русачков мы тут не любим.        Китаец явно не понимал, что мужик больше не пассажир, который обязан слушать капитана. Теперь он всего лишь прохожий, хотя в его положении лучше сказать скиталец. Нахмурив лицо, он резким выпадом взял курягу за лямку белой майки и скинул с причала в воду. На всё это смотрел из рубки капитан и тихо улыбнулся.        На улице при доках было шумно. Машины ездят туда-сюда, рыба воняет, люди мимолётно кидают на его тельняшку взгляды, но в целом каждый занят чем-то своим. До него никому нет дела. Ещё несколько минут и он затерялся в толпе. Сам город — двух или трёхэтажный людовейник, где то в дали виднеются высокие небоскрёбы, которые никак не вписываются в пейзаж. Вот он уже отошёл от прибрежной зоны, шёл вдоль трассы, которую разделяла полоса пальм. Закурил «Яву».        Дошёл до места, о котором говорил капитан. С виду - бордель, над входом в который влепили неоновую вывеску «Yellow Flag”.        За определённую символическую плату в пять сотен долларов США, бармен рассказал ему здешний расклад: в городе представлен крупный сектор организованной преступности. Американцы, вьетнамцы, китайцы, итальянцы, русские - все вкладывают свою долю в теневой бизнес города. Наркобизнес, работорговля, бандитизм, и прочие обслуживающие предприятия. В одно из этих направлений можно вписаться.        Наркобизнес? Сразу нет! Наркотики - вилы. Хотя денег от здешнего опиума, героина, каннабиса хватит, чтобы выплатить внешние долги всей юго-восточной азии. Наш же персонаж с веществами дел не имел и иметь не хочет. Он не знает как, у кого, цены, а главное - кому. По дороге в "Yellow Flag" он увидел с десяток торчков. И что? Ему барыжить что ли? Нет, это не его стезя уж точно.        Есть ещё более тёмная сторона - торговля живым товаром. Под предлогом лучшей жизни, местных дурачков обувают на документы и оправляют по всему миру. Приоритетно в Африку и страны залива, где товар будет работать в рабских условиях, как ему и полагается. Однако, как он узнал, некоторых сгоняют на маковые плантации вглубь страны. Тут уже начинается другая проблема - морально-этического характера.        Так же можно пойти в наёмники. Но что уж там. Последних лет хватило с присвистом.        А вот, что его заинтересовало серьёзно так это торговля оружием. Он сам уже это заметил, когда проходил по улочкам Руанапура, что у некоторых жителей одежда и руки измазаны оружейным маслом. В самом баре у каждого второго кобура. Тем более есть контакты, навыки обращения с оружием, причём основанные на горьком опыте. Уже всё было решено, осталось только совершить один звонок.        Он поблагодарил бармена, забрал бутылку пива с трубочкой и сел за свободный столик, сумку положил возле ног. Из сумки достал раскладной телефон, под аккомпанемент из гомонов и мутных взглядов из дальних углов бара, начал набирать знакомый номер. Перед нажатием на кнопку вызова мужичок приостановился. Подумал... В итоге нажал. - Здорова, старый работодатель... Да, я доплыл... О, как ты угадал! Да, да, именно там и сижу... У тебя чё как? Понятно... Слушай, а у тебя случайно не осталось контактов с китайцами или вьетнамцами там, м? О, отлично! А охолощённым торгуют? Ага... Слушай, ты мне ещё за Руанду должен, так что не надо мне тут... Ага, записываю...        Он сам не заметил как к нему подошли четыре местных, которые явно положили глаз на его сумку. Сердце зачастило биться. - Щас, подожди секунду... - он отложил трубку от уха. - Чё надо? - Мы положила глазы на ты сумка. Давать! - человек, который говорил был то ли китаец, то ли таец. Непонятный тип. Однако, его рука явно была склонна к рэкету и воровству. Низшая каста уголовной тематики. Гопота. - Быстро! Выдох.        У человека в майке было преимущество. Он прекрасно знал, что данный персонаж озабочен только деньгами, а не личной безопасностью. Поэтому он не заметил, что на правой ноге ближе к ахилловому сухожилию у потенциальной жертвы были ножны, а в ней армейский штык-нож. Не спуская глаз с гопников, он наклонился якобы достать сумку, но одним лёгким движением он достал оружие, схватил за руку обидчика и сблизил его с собой. Нож был возле промежности, а лицо врага скривилось. Его друганы закопошились, но товарища выручать не спешили. - Я твоя мама шпили-вили делал, сука ты узкоглазая! - острие ножа начинало понемногу упираться в ствол полового органа бандита, что тот прекрасно чувствовал. - Ты не видишь, что я по телефону разговариваю? Иди со своими пидорками нахуй отсюда, иначе я каждому из вас яйца отрублю.        Тот всё понял и нервно начал кивать головой. Обидчик был отпущен и опущен и вроде хотел уже направится к выходу, но его товарищ, тот, что помускулистей решил отомстить за такое. Он замахнулся, но манёвр был слишком долгим. Мужик с крестом на груди успел парировать удар. Он схватил качка за левую руку, ударил её пядью о стол и мясницким замахом отрубил четыре пальца. Фаланги вместе с кровью выстроились на столе в шеренгу. Пульсирующими струями кровь вытекала на пол. Визг был такой, что ситуацию было трудно игнорировать и взгляд бармена был суров, но не выражал порицания, мол, "Ну чего вы тут нагадили?"        Гопники уже убежали, а мужик начал сверлить взглядом каждого, кто на него смотрел. Он показал чего стоил и заслужил интерес публики. Некоторые из зрителей уже расценивали его как перспективного кадра, кто-то просто ржал над ситуацией. Главное он показал, что с ним шутки плохи. Он поднял телефон и продолжил: - Да, ты ещё здесь?... А, да так, ничего страшного, продолжай, я записываю...