Writober 2021

«Эр Рокэ! Пишу вам это письмо в искренней надежде, что вы меня простите. Признаю: я вел себя как дурак, поверив Штанцлеру и попытавшись вас отравить. Прошу так же простить, что не оправдал ваших ожиданий и был полным бараном, поскольку не замечал вашей симпатии, а если и замечал, то списывал ее на вашу сиятельность. Готов признать: вы лучший эр во всем Талиге, а я — неблагодарная свинья, не кабан, который на гербе Окделлов, а именно свинья. Надеюсь, вы простите мне и это. Молю вас не только о прощении, но и о событиях небезызвестной картины, на которой изображены вы и Джастин Придд. Признаю, я видел копию, и меня весьма заинтриговало содержимое. Как быть с женщинами, я знаю, а вот по-гайифски еще не любил. Ваше же наставничество в любой стезе почитается за идеал, поэтому умоляю вас прийти ко мне на помощь. Готов пообещать вам что угодно, кроме фамильного кинжала — я все-таки умею усваивать уроки и слишком хорошо помню тот неприятный случай с Колиньяром. Надеюсь, вы его не попросите. В качестве извинений так же присылаю вам надорский шарф — он отлично спасает от холода, что вам, южанину, придется кстати, чтобы не потерять голос зимой. Смиренно стою на коленях у ваших ног, Герцог Ричард Окделл» Рокэ приподнял бровь: неужели свершилось чудо и Окделл прозрел? Больше похоже на сон; наверное, это и был сон, хотя от пикантного продолжения с Окделлом, если можно так сказать, во плоти, Рокэ бы не отказался. Было что-то в этом наивном и прамолинейном мальчишке такое, от чего его хотелось хорошенько выдрать. Или отодрать. Чтобы неповадно было слушать всяких Штанцлеров. Рокэ отложил письмо и развернул сверток с шарфом. Шарф оказался черным, крупной неровной вязки — будто человек, делавший его, впервые взял в руки спицы. Мило. Неужели дело рук Окделла? Точно сон. На всякий случай Рокэ зажмурился, ущипнул себя побольнее и открыл глаза. И оказался в своей постели. Очаровательно. Легко поднявшись — чувствовал Рокэ себя, как ни странно, выспавшимся, хотя только начало светать, а лег он довольно поздно и нетрезвым, — он подошел к окну. На ветке дерева, практически упирающейся в стену, что-то висело. Ладони потянулись к створкам сами собой — и через пару секунд «что-то» уже было у Рокэ в руках. И при ближайшем рассмотрении оно оказалось черным шарфом неровной вязки, слегка промокшим от утренней росы. Рокэ прищурился, швырнул шарф куда-то в угол и подошел к столу, на котором одиноко лежал неподписанный конверт. Пришлось потереть глаза — конверт никуда не исчез. Рокэ вздохнул, сел за стол и вскрыл письмо. «Эр Рокэ! Пишу вам это письмо в искренней надежде…» Рокэ прикрыл глаза и едва слышно застонал. Одно дело — необременяющий сон, а другое — возвращение блудного оруженосца, за которым только глаз да глаз, наяву. Он точно проклят.