Mark
13 мая 2022 г., 15:55
Варя задыхается от боли по всему телу. Ноги её давно покрыты синяками, а на руках практически не осталось живого места. Ей приходится щипать себя за щёки, чтобы придать им румянец, а после держать вежливую улыбку и кружить в танце то с одним кавалером, то с другим.
Царевна чувствует фантомные прикосновения монстра, захватившего себе очередное тело, чувствует, как очередные чужие пальцы впиваются в её кожу, чувствует касание влажных губ. И всё это настолько сильно въелось в кожу и под кожу, до мяса и кости, что и вовек не избавиться.
Любой человек или создание сказочное, что проявит интерес к царевне иль симпатию, пропадает вскоре без вести, без славы, и никто после не видит его. Никто, кроме самой Вари. Чьё-то лицо на веки вечные в камне останется, другой же ещё походит, дёргаемый за невидимые ниточки монстра.
— Ведьма! — кричат те, чьим близким не ответила царевна взаимностью. — Приворожила, а после погубила!
— Чёрная вдова! — кричат другие. — Любой мужик, что позарится на неё, исчезнет! Она приносит их в жертву!
— Она проклята! — кричат третьи. — Неужели вы не видите? Её прокляли, как и матушку её!
Эти слова бьют сильнее любого оружия да камня, метко брошенного. Словно метка, выжженная раскалённым металлом по голой коже.
