Страшная месть

Вэй Усянь вернулся к жизни через три года и пять месяцев после кончины. Вернулся не по своей воле. Какой-то юнец по имени Мо Сюаньюй пожертвовал ему свое тело на очень странных, можно даже сказать скандальных, условиях. Два пореза крест накрест. — Сначала заставь эту нефритовую ледышку выебать тебя в задницу, а потом можешь отомстить ему со всей жестокостью, на которую способен Старейшина Илина! — так звучало условие, которое поставил этот недоделанный темный заклинатель. Ломкий мальчишеский голос отчетливо слышался в голове, теперь принадлежащей Вэй Усяню, но смысл слов доходил плохо. Во-первых, что значит «выебать в задницу»? Такое вообще возможно? Вот прямо этим самым прямо туда?! И кто это «нефритовая ледышка»? На ум приходил только один человек. Только бы не Лань Чжань. Только бы не… Да что тут вообще творится? Тут творилась свадьба. Ну, если судить по красным шелкам, золотым украшениям, богато убранной постели, вуали, которую Вэй Усянь немедленно с себя стянул, и явно свадебному угощению. Не, ну если как следует подумать, все вполне логично. Раз свадьба, то есть такая штука, как консуммация брака. Правда, Мо Сюаньюй ведь мужчина, хорошо, пусть даже не мужчина, а юноша. Это вот как понимать? Он обрезанный рукав? И его муж тоже? Может быть, их обоих или кого-то одного насильно заставили жениться? В любом случае, при чем тут он, Вэй Усянь? Умирать снова не хотелось и мстить никому тоже не хотелось. Трахаться в задницу с каким-то неизвестным хреном тем более. Так-то Вэй Усянь был совсем не прочь. Если как обычно и с хорошенькой девушкой. Он бы даже и женился, отчего нет. Интересно, а с девушками тоже можно ну… туда? В книгах Не Хуайсана про это ничего не писали. Хотя, признаться, Вэй Усянь просматривал их не очень внимательно. Тогда ему больше нравилось скакать вокруг Лань Чжаня и выводить его из себя. Нефритовая ледышка. Да. Похож. Ой, похож! Но нет. Лань Чжань абсолютно точно не обрезанный рукав. И хорошо. Хорошо? Нет! Наоборот плохо! Лань Чжань, конечно, презирает темный путь и самого Вэй Усяня. Возможно, даже хочет убить, но все-таки с ним можно было бы как-то договориться. Вместе они победили Черепаху-Губительницу, неужели с каким-то пожертвованием тела не справятся? И все-таки жениться на мужчине Нефрита Лань никто не заставит. Вэй Усянь обиженно засопел. Если уж он вынужден трахаться с кем-то, то это должен быть самый красивый человек на свете! На меньшее Старейшина Илина не согласен, так и знайте! Да как додумался вообще Мо Сюаньюй предложить ему кого-то другого? В разгар сердитых размышлений Вэй Усяня дверь в комнату отворилась и вошел… Лань Чжань! — Как же я счастлив тебя видеть! — расплылся в улыбке Вэй Усянь. — Ванцзи не счастлив, — категорично ответил Лань Чжань. Ой. Его точно заставили! Радость Вэй Усяня в один момент переплавилась в ослепляющий гнев. Он вскочил с постели, запутался в многослойных одеждах и чуть не упал. — Тебя заставили? Кто посмел? Ну же, отвечай, Лань Чжань. — Мо Сюаньюй? — голос Лань Чжаня звучал как-то неуверенно. Вэй Усянь на мгновение задумался, стоит ли ему придерживаться чужого имени, и тут же отбросил эту мысль: — Когда-то ты звал меня Вэй Ином. — Вэй… Ин?! Но как? — и такое счастье прозвучало в голосе Лань Чжаня, что даже идиот бы понял: убийство отменяется. По крайней мере, в обозримом будущем. «Наверное, Мо Сюаньюй его довел гораздо сильнее, чем я в свое время», — с оттенком зависти подумал Вэй Усянь, — вот Лань Чжань и рад, что ему досталось меньшее из зол». Жаль его, конечно, расстраивать, но придется. И лучше не тянуть с этим, а то мало ли что. — Хех, Лань Чжань, — Вэй Усянь опустил глаза на расшитый павлинами — мерзость какая! — подол, попробовал оборвать золотые подвески на рукавах и понял, что пришиты они намертво, — тут такое дело. Мо Сюаньюй провел обряд подношения тела. Не хочется тебя огорошивать, раз уж ты так доволен, избавившись от супруга, но… Кстати, наш разговор, кто тебя заставил пойти на этот шаг еще не закончен, ты не думай. В общем, тебе придется выебать меня в задницу. Вот! Вэй Усянь не очень представлял, какую реакцию ожидает от Лань Чжаня, но явно не ту, что получил. Всегда спокойный, невозмутимый Нефрит вдруг, спотыкаясь, побежал к нему через комнату и накинулся с поцелуями. — Ты что делаешь, Лань Чж… умпф…оу… продолжай! Поцелуи были сладки. Поцелуи были горячи. Поцелуи были так же хороши, как с той сильной заклинательницей, а это о чем-то да говорит! Хм, или тут виновато тело. Наверняка, парень все-таки обрезанный рукав, иначе объяснить свою реакцию Вэй Усянь не мог. Э, нет. Это что же, Лань Чжань целует сейчас какого-то Мо Сюаньюя? — Эй! — Вэй Усянь с огромным трудом выпутался из объятий, — а ты не забыл, что я не твой муж? Его сейчас здесь нет. И больше не будет. Если ты так его хотел, почему не рад был браку? — Его — не хотел! Только Вэй Ин. Всегда Вэй Ин, Вэй Ин мой супруг! — горячо, хотя и непонятно ответил Лань Чжань и снова потянулся за поцелуем. Трах в задницу. По плану сейчас будет трах в задницу. Не стоит о нем забывать. А с поцелуями оно приятнее. Ой, как приятно-то. Вэй Усянь кивнул самому себе и снова отдался замечательному занятию, от которого по позвоночнику бежали мурашки, поджимались пальцы ног и сами собой разъезжались колени. Лань Чжань снова оправдал свою славу одного из самых умелых молодых заклинателей и в считанные минуты выпутал Вэй Усяня из многослойных шелков, да и сам разделся. — Ого-го! — только и сказал Вэй Усянь, увидев, насколько одарен его новоиспеченный муженек. — Мгм! — гордо ответил Лан Чжань и заалел ушами. — Надеюсь, ты знаешь, что делать, — с сомнением произнес Вэй Усянь, — хотя откуда тебе знать, если даже я не знаю. — Мгм? — Лань Чжань добыл откуда-то из вороха ткани кувшинчик с приятно пахнущим маслом, опустил в него длинные пальцы, а потом бесстыдно полез ими в то самое место. Вэй Усянь до последнего был уверен, что трах в задницу как-нибудь обойдется без участия самой задницы, по крайней мере, дырки. Не обошлось. Ощущения пальцев в заднем проходе были странные, но, пожалуй, даже приятные. — Все это в меня не поместиться, — Вэй Усянь почувствовал некоторую озабоченность, когда Лань Чжань принялся смазывать свой нефритовый жезл. При этом его собственный (хорошо-хорошо, полученный в подарок) член, с которым Вэй Усянь до сих пор не был еще знаком, накрепко стоял и был готов к любым подвигам. — Поместится! — твердо сказал Лань Чжань и тут же подтвердил свои слова делом. — Ай-ай, Лань Чжань! Пожалей этого бедного Старейшину! — завопил Вэй Усянь, испытывая одновременно боль и дикий восторг. — Это же мой первый раз! Восторга было все-таки чуточку больше. К тому же один из порезов на руке исчез. Лань Чжань двигался внутри, как пест в каменной ступе, прилегая плотно-плотно, заходя на всю длину. Когда же Вэй Усянь чуть-чуть сдвинулся, член начал задевать одно местечко, от соприкосновения с которым в голове будто взорвались фейерверки, а тело наполнилось искрящимся удовольствием. — Знаешь, Лань Чжань, а я ведь тебя люблю, — сказал Вэй Усянь, когда отдышался от первого оргазма, — и, кажется, давно люблю! Удивительно, но теперь он это видел совершенно ясно. А где же раньше были его глаза и мозги? — Ванцзи любит Вэй Ина, — торжественно произнес Лань Чжань, ни на секунду не сбросив темпа, — тоже очень давно. Потом они поговорили о планах Цзинь Гуаншаня одновременно сбыть с рук Мо Сюаньюя и получить еще большее влияние на Гусу Лань. О том, как Лань Чжаню подлили во время застолья в Башне Кои вина, как Мо Сюаньюй забрался к нему в комнату, как их «случайно» застали в одной постели, поэтому пришлось заключить помолвку. — Ничего не было, — Лань Чжань сжал руку Вэй Усяня. — Между нами ни тогда, ни после ничего не было. Ты мне веришь? — Конечно, верю! — Вэй Усянь оглядел свое новое тело, — Но почему не было? Он же вроде бы ничего так, симпатичный. — Не Вэй Ин. Мо Сюаньюй старался и в ту ночь, и потом, но у него ничего не вышло. — Неужели ты его совсем не хотел? — Нет. Я ему сказал, что наш брак будет формальным. Поэтому он и злился. Называл нефритовой ледышкой. Потом еще подслушал наш с братом разговор о тебе, ну и вот… — Поэтому такие условия выдвинул в ритуале! — Вэй Усянь покачал головой. — Глупец. Что же, его потеря — моя находка. Ой, Лань Чжань! — всполошился он, взглянув на второй порез, — Это ведь еще не все! Мне же по условиям еще страшно отомстить тебе нужно! Как же я мог забыть! Что же делать-то? — Мсти, — Лань Чжань перевернулся на живот и приглашающе выставил округлую задницу.