Развод миссис и мистера Агрест

Париж встречал молодую миссис Агрест первыми лучами яркого солнца. День предвещал быть тёплым и радостным, но, к сожалению, не для этой особы. Кофе с утра с шоколадными круассанами всегда поднимало настроение молодой девушке, особенно, когда это кофе приносил в постель любимый муж. И каждое утро молодая Агрест собиралась на работу с поднятым настроением, зная, что вечером она сможет понежиться в объятиях своего мужчины, но сегодняшний день был исключением. Маринетт быстро привела себя в порядок после тяжёлого пробуждения. Один звонок и она уже едет в назначенное ей место. — В ЗАГС, пожалуйста. ЗАГС — это место, где молодые люди оформляют свою любовь официально, давая клятву, что будут любить вечно. Но для девушки с фиалковыми волосами это место, где она сменит фамилию мужа на свою девичью. Девушка стояла возле белого здания, украшенного большой вывеской, которую можно было заметить за километр. Рядом с входом стоял тот из-за кого глаза наполнялись слезами, но Мари была выше этого и уже научилась держать свои эмоции при себе. — Ты опоздала на 10 минут. Ты стала бестактной, Агрест, — проговорил блондин. — Дюпен-Чен, — гордо произнесла девушка. — Пока у тебя в паспорте стоит моя фамилия, так что Агрест. — Это не надолго. Молодые люди прошли в здание, ищя аудиторию для бракоразводного процесса. Сотрудница проводила их в специальную комнату, где их уже ждала женщина. — Агресты, садитесь. Адриан сел возле жены, внимательно осматривая её состояние. Как бы Маринетт не пыталась скрыть свою неуверенность и грусть, мужчина знал её слишком хорошо. Ему тоже было больно разрушать их отношения, на которые у них были наполеоновские планы. Они были счастливы вместе, им было хорошо, но одна ссора сломала всё. Мари сидела в напряжении. Одна подпись и её больше ничего не будет связывать с любимым мужчиной. Они повернулись к друг другу, всматриваясь в глаза, пытаясь разглядеть что-то в них. Что-то, что могло помочь остановить это безумие. У каждого нахлынули вспоминая совместной жизни. Самые трудные проблемы в жизни они проходили, держась за руки. Вместе. — Я уничтожу вас, — проговорил новый акуматизированный монстр. — Котик, а твой отец не мог акуматизировать монстра полегче? Я как бы на работу опаздываю. Леди Баг связала монстра своим йо-йо, не давая совершать оставшиеся атаки на родной город. Мастер теней пытался выпутаться из крепких оков героини. — Ты же знаешь отца. Это уже его хобби — создавать нам проблемы. Благодаря шесту, Супер Кот смог сбить противника с ног, повалив на землю. Вроде и конец, но у каждого иллюзианиста есть свой козырь в рукаве. Леди и Кот отлетели на несколько метров от противника, ослеплённые дымом, который появился из неоткуда. Недофокусник смог скинуть с себя оковы и снова стать свободным в своих боевых действиях. — Супер шанс, — прокричала Мари, получая в руки предмет спасения, — дома поговорим. Каждое следующее воспоминание давалось труднее предыдущего. Особенно больно было вспоминать самые яркие и тёплые моменты жизни с любимым человеком. — Мари, нам пора на ужин, — блондин рассматривал себя в зеркале, поправляя бабочку на шее. Девушка спускалась со второго этажа, стуча каблуками. Фиалковые волосы были расплетены и завиты в роскошные длинные локоны. После школы Маринетт даже не прикасалась к длине своих волос, отращивая. Платье смотрелось гармонично с белой сумочкой, которая была, как аксессуар. — А если твой отец откажется принимать наши отношения официально? — Милая, мне будет всё равно.

***

Ужин с главным членом семьи Агрест — это большое мучения. Единственное, что успокаивало девушку — это мама будущего мужа. Эмили была очень милой и умной женщиной, а её манеры были лучше, чем у любой другой аристократки. — Отец, матушка, у меня для вас новости. Я сделал предложение Маринетт и хотел бы получить ваше разрешение на дальнейшую свадьбу, — на одном дыхание проговорил Адриан. — Ты сделал что? — старший Агрест подавился вином, которым баловался сегодня весь вечер. Миссис Агрест пихнула мужа локтем, показывая своё недовольство на его реакцию. Переведя взгляд на «детей», женщина улыбнулась. — Ну раз такое дело, то хорошо. Я даю своё согласие, — Габриэль посмотрел на радостную пару, — но при одном условии! — Каком? Я согласен на что угодно! — После свадьбы даю не больше 2-х лет, дабы подарить нам с матерью внука или внучку. Мари округлила глаза, не веря своим ушам. Она покраснела как помидор на грядке. — Хорошо. Мы обещаем выполнить твою просьбу, — отец и сын крепко пожали друг другу руки. Свадьба удалась на славу. Такого количества гостей ещё не было ни на одном празднике. Молодые люди до сих пор не могли оторвать от друг друга взглядов. На какой-то момент Маринетт увидела в глазах мужа искорку, которую ей казалось, что она уже видела в первую брачную ночь. Свечи расставлены по всей спальне, кровать украшена лепестками роз и тихая музыка давали ещё большего шарму и страсти. Мужчина нежно целовал родные губы. Руки блуждали по тонкой талии, иногда задевая пышную грудь большими пальцами. Мари оставляла рваные поцелуе на шее и губах, растёгивая белую рубашку Агреста. Она прекрасно ощущала размер возбуждения своего мужа. Её это заводило и немного пугало. — Ты прекрасна в этом платье, но без него будет лучше, — белая, пышная ткань упала на пол. Сексуальный комплект белья, украшенный ремешками и красивыми кружевами, дополнял образ невесты. Напрочь мокрые трусики говорили сами за себя. — Адриан, я… — Я хочу тебя Штаны валялись уже где-то в углу вместе с рубашкой. Адриан навис над Мари, оставляя яркие засосы на свободных местах тела. Тихие стоны возбуждали всё сильнее и сильнее, так что боксеры полетели куда-то за прикроватную тумбочку, оставляя своего обладателя абсолютно голым. Мари немного отстранилась, проявляя свой интерес. Она ахнула, понимая, что ей не показался размер слишком большим, ведь он и правда был внушительным. — Милая, я куплю тебе другой, — треск ткани и девушка предстала в чём мать родила. Пышная грудь поднималась на вздохе и опускалась на выдохе, привлекая к себе мужское внимание. Мужчина сжал правую грудь и прильнул губами к левому соску. Языком он проводил вокруг ареолы, засасывая её и иногда покусывая вставшие горошенки. Маринетт получала неимоверное удовольствие от мужских действий и не скрывала своих уже не таких тихих стонов. Оторвавшись от груди, Адриан опять прильнул к опухшим губам, затягивая в страстный поцелуй. Языки игрались друг с другом, танцуя пламя страсти. Девушка почувствовала, как член начал упираться ей в промежность. Немного остранившись, Агрест взял одной рукой своей агрегат и начал потихоньку входить в горячую плоть. Толчок и громкий вскрик жены наверное было слышно во всём доме. — Боже, милый. — Потерпи. Сейчас пройдёт. — Продолжай, пожалуйста. Адриана начал входить глубже, пытаясь протолкнуться до конца, но было слишком узко и горячо. Он задевал все чувствительные точки, вызывая новую порцию стонов. — Ещё, глубже. Толчки ускорялись и темп набирал обороты. Шлепки двух разгорячённых тел раздавались по всей комнате. Адриан рычал что-то на ухо Мари, доводя обоих до иступления. Яркий оргазм накрыл обоих. Пара лежала в обнимку, переводя дыхание. — Фух, на второй круг? — пошутил блондин. Даже самые неловкие моменты всплывали в подсознание, напоминая все красноречивые происшествия. — Габриэль, ты выглядишь слишком уставшим. Что случилось? — Эмили взяла мужа за руку, волнуясь, всё ли в порядке. — Не переживай. Я просто плохо спал. — Отец, не знаю, что не нравится тебе в наших кроватях. Я пытался найти похожий матрас, на котором ты спишь дома, и соседи у нас тихие. — Ага, вот только вы с женой не тихие. Эмили округлила глаза, смотря то на сына, то на невестку. Кажется, до неё дошли слова супруга. И только одна нелепая ссора с конечной фразой «Я подаю на развод» испортила все те отношения, которые строились годами. — Миринетт Агрест, подпишите вот здесь, а потом мы передадим ручку вашему без пяти минут мужу. Девушка смотрела в листок и не могла ничего сообразить. Она не хотела этого делать, но свои слова она тоже не могла кидать на ветер, так как была слишком горда. Ручка, упала на пол, когда героиня Парижа почувствовал тёплую руку на своём колене. Он просил её этого не делать. Это была последняя капля. — Простите, мне надо выйти. Она убежала со слезами на глазах, закрываясь в женском туалете. Громкие всхлипы и ручьи солёной жидкости портили всё. Она не смогла сдержать эмоции. — Любимая, открой дверь. Давай поговорим, — голос любимого мужчины вывел из критического состояния. Она на могла ему сопротивляться, она хотела быть сейчас в его объятиях. Открыв дверь, Адриан прижал Мари себе, заставляя обнять себя крепче. Он гладил её по макушке — успокаивал. — Я не хочу разводиться. — Я тоже не хочу. Поехали домой? — Поехали, — девушка улыбнулась, но улыбка спала, когда она почувствовала шлепок на попе, — За что? — Сейчас мы едем домой и я тебя наказываю за тот концерт, который ты устроила, — лисья улыбка очень шла младшему Агресту. — А может без наказания? — миссис Агрест закусила губу. — О, нет. Я отыграюсь за всю эту неделю.