Всего один час

На нём чистые брюки, идеально выглаженные, рубашка так же без единой складки, а пальцы перебираются с одной её пуговицы на другую, ловко продевая их в прорези. Галстук не остаётся лежать в шкафу. Может быть, чересчур для встречи, итог которой его не сильно интересует, однако Ривай привык быть всегда на высоте. Во всём. И поэтому чёрный галстук ложится на шею, только узел затянуться не успевает. Озадаченная мордашка, отразившаяся позади него в зеркале, приковывает к себе всё внимание. — Куда собираешься? — интересуется Эрен, целуя его плечо, а руками стягивает торс в объятиях. — Никуда, — отвечает Ривай. Коротко целует напрашивающиеся на внимание губы и возвращается к галстуку. — Всего лишь онлайн-встреча с директором какой-то молодой компании. Очень хотят видеть меня своим спонсором. — Да? — как-то разочарованно. — А я думал, сегодня ты мой. — Не волнуйся. Не думаю, что это затянется дольше, чем на час, — успокаивает Аккерман. — Целый час… — всё так же грустно. Ривай наносит последние штрихи, приглаживая и так аккуратно уложенные волосы, и отрывается от зеркала, теперь воочию сталкиваясь с влюблённым взглядом нереальных глаз. И вот оно — то самое, что снова и снова ломает его твёрдость характера, непоколебимость, и лишает трезвости рассудка. Этот чёртов мальчишка… — Поужинаем где-нибудь вечером? — предлагает Аккерман в качестве компенсации за моральный ущерб. — Только если с продолжением. — Разумеется. У Йегера смех какой-то слишком детский и наивный для взрослого парня, но за это и горячо любимый. Ривай обожает его смех. Обожает, когда он улыбается в поцелуй, от наслаждения прикрывая глаза. Обожает Эрена Йегера. Каждый раз обхватывая нежные щёки своими ладонями и ощущая, как его руки ответно накрывают другие, Аккерман всегда задумывается, как этот засранец смог сделать из него, холодного и бескомпромиссного, своего раба, готового ради одного мимолётного взгляда на всё. И сейчас тоже, прижимаясь в поцелуе к его губам, не понимает, как Йегер смог стать для него больше, чем вся вселенная. Ему только полгода назад исполнилось восемнадцать, всего лишь первокурсник. Их отношениям чуть больше года, но за этот год Эрену удалось сделать то, чего другим за десяток лет сделать не удавалось. До встречи с ним Ривай даже и не думал, что умеет любить. Поэтому Йегер для него ценнее, чем что-либо в этой жизни. Его сокровище. Разрывая поцелуй, в ответ слышит недовольное мычание и ощущает, как в знак протеста короткие ногти скребут по рукам. Не хочет расставаться. — Подожди. Всего час. Даже на час. Особенно после всех его бесконечных деловых встреч по несколько штук за день, бизнес-поездок и прочей мути, которая мешает им быть вместе. Хоть обоим и не хочется, Эрену приходится отпустить, и Ривай скрывается за дверью своего кабинета. Ещё ничего не началось, а уже хочется, чтобы поскорее закончилось. Сейчас уже Ривай и не вспомнит, что там втирала ему Петра, его секретарша, ранним утром, когда всё, чего хотелось — обратно в постель к своему любимому сопляку, а не сидеть в офисе. Что там за бизнес и чего конкретно ему хотят предложить — прошло мимо ушей. Петра предложила попробовать дать шанс, потому что, во-первых, Ривая удивить чем-то стало уже практически нереально и фыркает он даже на самые гениальные идеи и предложения, а во-вторых, директор усиленно заверял её, что мистер Аккерман точно оценит. Так усиленно, что хотя бы из жалости стоило дать ему попытку впечатлить. Что ж, посмотрим, что там за бизнес-план. Ривай расслабляется в кресле, бросая взгляд на иконку часов компьютера. Ровно двенадцать. И в эту же минуту раздаётся мелодия входящего звонка в скайпе. За пунктуальность плюс. Прежде чем принять вызов, быстро возвращает лицу серьёзный вид, растратившийся под напором мальчишеских губ, но скуку скрыть не выходит, ведь всё ещё хочется обратно в его объятия. Глядя на рожу на экране, охватывает желание прям на этом же этапе всё закончить. Мужик перед ним, мягко говоря, натуральный распиздяй. Камера у него явно из масс-маркета и стоит не дороже двух баксов, но даже через эти пиксели видно, что его морда не знакома с уходом, а зубы он чистит раз в месяц. Зато расхвалил себя, как великого предпринимателя с многомиллиардным бюджетом. Но видно, что к встрече подготовился. Пиджак какой-то нацепил непонятный, причесался. — Добрый день, мистер Аккерман! — мужику на вид лет сорок, а голос как у столетнего деда. Было бы совсем жестоко послать прямо сейчас, ничего не выслушав. Но жизнь научила Ривая не судить книгу по обложке. Даже интересно, что этот человек собирается предложить его компании. — Добрый день, — незаинтересованно здоровается в ответ и, сразу пресекая лишнюю болтовню, подводит их разговор к сути: — Я так понимаю, вы хотите представить свою компанию? Что у вас за бизнес? — Производство сейфов и замков. Быть может, ослышался? На слух ранее Аккерман не жаловался. Тогда, должно быть, мужчина оговорился? Что за бред, который ему преподносят с таким энтузиазмом, словно рассказывают о чём-то недостижимо перспективном? Не о замках. Как вообще его, владельца многомиллионной компании, должен заинтересовать такой бред? Замечая на лице собеседника недоумение, мужчина с экрана принимается разъяснять, заметно запаниковав: — Мистер Аккерман, это очень актуально! Поймите, сейфы сейчас используются не только в банках, а камеры хранения в супермаркетах тоже своего рода… — Зачем? — перебивает Ривай. Мужчина паникует ещё больше, совсем растерявшись. — Зачем потребителям нужен наш продукт? Ну, мы обеспечиваем… — Нет, — Ривай перебивает снова, но в этот раз ещё жестче. – Зачем мне спонсировать ваш бизнес? Какую выгоду с этого может получить моя компания? — Пиар, — гордо заявляют ему. А Ривай едва сдерживает смех, представляя, какое появится количество заинтересованных людей в его авто, выпускаемых самым популярным в Европе заводом-производителем, после спонсирования фирмы, занимающейся кабинками в супермаркетах. — Вы действительно считаете, что моё предприятие нуждается в рекламе? — Аккерман даже не скрывает насмешку. Наверное, он не видел рейтинг самых продаваемых авто в мире, поэтому и не знает, что его фирма ниже третьего места за несколько лет ещё ни разу не опускалась, и сейчас теряется, не зная, что сказать. Ривай чувствует, что тратит с ним время впустую, а это он ненавидит больше всего на свете. Сейчас так вообще. Этот кретин даже никаких аргументов не подготовил и сейчас мнётся, как дурак, вероятно, всё ещё надеясь заполучить Аккермана в спонсоры. — Тогда как насчёт десяти процентов от общей суммы дохода? — предлагает собеседник, наивно улыбаясь. Теперь вместо роли спонсора он толкает ему роль инвестора. Какой непостоянный. — Десять процентов? — он в очередной раз веселит Ривая. — Хотите раз в месяц оплачивать мне ланч? — Хорошо, двадцать… Интерес к разговору теряется окончательно. И не потому, что этот мужик ему ничего увлекательного больше не расскажет, а из-за тихого скрипа двери, после которого в комнату осторожно ныряет Эрен. Он часто во время рабочего процесса дома таскает ему чай, приносит воду, но сейчас у него в руках нет ни чая, ни стакана с водой. А может, и есть, просто Ривай не видит ничего, кроме сексуальных ног, обтянутых белым капроном чулок. Коротенькую юбчонку, едва зад прикрывающую, и какой-то дурацкий девичий топик тоже без его внимания не остаются. Юбка, наверное, выстрелила даже раньше, чем чулки. В голове теперь лишь один вопрос. Какого, мать его, хрена? Ничего не стесняясь, Эрен проверяет, что Ривай всё ещё на связи, и смело проходит внутрь. Бесстыжий. По шерстяному ковру в своём блядском прикиде вышагивает, как топ-модель по подиуму. И бёдрами виляет, как грёбаная шлюха. Замирает перед его столом, красуясь. Хочет, чтобы Аккерман оценил. О да, он оценил. Ривай попросил подождать его всего один долбаный час, но ему вечно хочется каких-то приключений. И сейчас здесь Йегер вертит задницей, торчащей из-под этой дурацкой юбки, не потому что он неугомонный или его распирает от жажды ебли, вовсе нет. Он пришёл поиграть. Посмотреть, у кого терпение лопнет быстрее. — Мистер Аккерман, позвольте показать!.. — доносится из компьютера. Господи, он всё ещё тут. Поразительное упорство. Или кретинизм. Только на экране всё равно высвечивается на редкость корявая презентация, которая, кажется, должна вернуть интерес. Как жаль расстраивать. Что ж, пусть хоть какой-то толк будет от этой конференции. Теперь и Ривай сможет проверить, у кого выдержка закончится раньше. Пока мужик что-то болтает, даже не подозревая, что рассказывает это в пустоту, Эрен заводит шоу, от которого в брюках у Ривая тесно становится как-то даже слишком быстро. Аккерман не отрывает взгляд от экрана и правда пытается вникнуть в диаграммы и кривые скриншоты, что демонстрирует ему собеседник, только мельтешащая задница вертится вокруг так навязчиво, мешает понять что-то хотя бы самую малость. Йегер беззвучно усмехается принятому вызову и попытке тотального игнора со стороны любовника. Но именно, что это только попытка. Знает, что ни о чём другом, кроме него, Ривай не думает. И прав. Он думает только о нём. И честно, до пизды этот идиот со своими инвестициями. Аккерман выглядит очень сосредоточенным, отчего мужик чуть ли не визжит от радости, только ни хрена Ривай не соображает. Продолжает разглядывать его глупую презентацию лишь для того, чтобы не проиграть обнаглевшему засранцу, изворачивающемуся в непристойных позах перед его столом. «Позвоночник не сломай, придурок», — проносится в мыслях, пока Йегер выгибается, как может, оглаживая торчащие сквозь ткань соски. Конечно, зрелище невероятное, не оторваться. Поэтому Ривай в открытую пялится мимо экрана и балансирует почти на грани проигрыша. Соблазнять сопляк умеет. — Мистер Аккерман, всё хорошо? Мистер Аккерман! — пытается докричаться мужчина, запаниковав. Пожалуй, за это Ривай ему благодарен, ведь сорваться первым не хочет, а он не даёт погрузиться в омуты шальных глаз, подбивающих на грех. Аккерман как по щелчку выпадает из транса, немного ослабляет галстук и старается переключиться на презентацию. — Вы уже показывали свой продукт потребителям? Есть отзывы от покупателей? — задаёт какие-то совершенно рандомные вопросы Ривай в попытке отвлечься. Сам не знает, для чего это спросил и не делился ли уже этим его собеседник. Судя по его озадаченному лицу и слайду с липовыми цифрами о количестве продаж, мужчина тоже не понимает, что за резкая смена темы, однако тут же перелистывает пару слайдов назад. — Эм, да… — мямлит он неуверенно. — Как я уже и говорил, в нашу фирму обращаются целыми семьями и все остаются довольны качеством товара! На слайде демонстрируется фото женщины в нелепом платье с кучей пайеток, как будто она на Мисс Мира собралась, а не за покупкой сейфа. Даже улыбается так же, как те девицы — натянуто. За руку она держит пухленького мальчишку лет десяти с лицом, крайне похожим на мужика, что сейчас пихает ему весь этот цирк, словно нечто серьёзное. Своими наблюдениями Ривай не делится. — Отлично, продолжайте. Презентация опять переключается на тот слайд с цифрами, которые Аккерману показались липовыми, и сейчас он убеждается, что не показались. — Итак, мистер Аккерман, как вы можете убедиться, все вложения окупились уже через два месяца, на основе чего можно сделать вывод, что наша компания очень перспективна! Ага, через два месяца окупились ему вложенные пять тысяч долларов. Вложил мелочь, скупил всё самое дешёвое оборудование с материалами и теперь усирается, что дело пошло и сразу же окупилось. Ривая в этом вопросе не наебать. Ему-то уж точно известно, что эта пятёрка будет окупаться ему с полгода, а то и больше. Сэкономив, не стоит ожидать толпу клиентов. Тем более довольных. — Неплохие результаты, — хвалит Аккерман. Мужик радуется. А Эрен бесится, потому что теперь его по-настоящему игнорируют. Хмурится, но позиции не сдаёт. Вертится, как может, гладит себя, трогает. Только бы вернуть его внимание. А Риваю с этого смешно и всё труднее не сдаться. Он и так на грани, хоть и удаётся не подавать виду. — Посмотрите, нам уже предложили партнёрство несколько крупных фирм… Где только он откопал этот глупый топ? Вообще он настолько короткий, что вряд ли его даже можно лифчиком назвать. Йегеру идёт, бесспорно, но желание содрать эту тряпку с него уже почти неконтролируемое. И чулки эти ебучие вместе с юбкой. А теперь ещё и трусы, которые Эрен решает продемонстрировать, задрав подол и виляя задницей. Разумеется, самые пошлые нацепил. Кружевные. Такие узкие, что аж меж ягодиц впиваются. — Что за фирмы? — скептично интересуется Ривай. — А… Я бы не хотел вдаваться в подробности. Лучше взгляните на эту таблицу! Мелкий гадёныш. Лыбу довольную давит, ехидничает. Прибить бы его. А лучше отодрать. Именно об этом Ривай сейчас больше всего и мечтает. Завалить и выебать. Вытрахать всю хрень из башки, чтобы больше и не думал такой хернёй заниматься. Только вот вряд ли такое получится — в следующий раз обязательно выкинет ещё более дикую чушь. И скорее всего, Аккерман бы и не был против. Ему нравится вся эта игра, и самый большой минус только в том, что у него будто бы связаны руки. Стояк уже давит на мозг, а уложить мордой вниз и трахнуть грёбаного Йегера возможности нет. — Хорошо, давайте посмотрим, — соглашается. Ривай увлекается разглядыванием какой-то очередной мутоты с выдуманными цифрами и делает это вполне уверенно, пока на стол рядом с монитором не прилетают трусы. Те самые, что пару секунд назад обтягивали Йегерскую задницу. Кружевные. Узкие. Мокрые. Все, какие маты знает Аккерман, все проносятся у него в голове за секунду и застревают на языке. Сохранять самообладание выходит всё труднее. Ривай тянется за блокнотом и ручкой, попутно скидывая трусы со стола, и делает пометки на листах, показывая интерес собеседнику к его работе. На деле же просто чиркает непонятные завитушки, стараясь не думать об истекающем члене под юбкой наглого сорванца. Эрену явно льстит, только уже, видать, надоедает, и он переходит к козырю. — Если вы посмотрите на этот слайд, то увидите… Задницу. Голую задницу Йегера. Только это видит Ривай, и поебать абсолютно, что там на слайде. Этот мальчишка творит то, за что его следовало бы хорошенько выпороть, чтобы месяц ровно сидеть не мог. — Нравится?.. — произносит Эрен одними губами. Нравится, блять. Как может не нравиться, когда этот сексуальный идиот выгибается до боли в спине, только чтобы вид был получше. Чтоб Ривай точно увидел, как он трахает себя пальцами, закусывая губу и не переставая ехидно лыбиться. — Ну так что, как вам мой проект? — любезно интересуется мужчина, наблюдая за ступором Ривая. Аккерман с усилием отрывается от развратного зрелища и переводит взгляд на экран. — Дерьмо. Из компьютера после небольшого молчания доносятся возмущенные вопли, долетающие до Ривая смазанными отрывками, а Эрен, больше не видя нужды молчать, заливисто смеётся, радуясь победе. — Как вы смеете?! — последнее, что слышит Аккерман, завершая звонок. Ржать Йегер перестаёт, когда внезапно оказывается придавлен поясницей к столу и лишён путей для отступления. Испуг становится ярче, замечая в лице напротив настоящее бешенство. Ривай одной ладонью хватает его за щёки и притягивает ближе, глубоко заглядывая в бесстыжие глаза. — Что за нахуй ты здесь устроил? — рычит он. Лучше бы молчал, потому что Эрену больше не страшно. Со стороны грозно, но лишь он знает, какой Ривай в гневе. Здесь злится только для виду. А сам на пределе от возбуждения. — Хотел добавить немного красок в ваши переговоры. А то как-то тухленько у вас было, — с ехидством объясняется Йегер. — А что обо мне могли подумать, если бы твой цирк раскрылся, тебя не волнует? — продолжает он ворчать. — Да это даже тебя не волнует, — усмешка. В сочные губы Ривай не просто впивается, а вгрызается, в ответ получая болезненные вздохи и попытки отомстить укусами за нижнюю губу. Аккерман вжимает его в стол всё сильнее, вынуждая упереться локтями, только поцелуй они всё равно не разрывают, лишь добавляют больше ласк. Выпирающие соски Риваю облизать хотелось давно, а теперь, имея возможность, никак не может с ними наиграться — лижет через ткань топа, кусает, выкручивает и снова лижет. Наконец, командует: — Снимай эту хрень, быстро. У Эрена нет ни одной причины отказать. Сам понимает, что уже достаточно подразнил, теперь можно и дать желаемое. Надоевшая тряпка быстро улетает на пол, и теперь Ривай целует голую кожу на его груди. Йегер тянет руки, чтобы стянуть и юбку с чулками, но тот не даёт, прижимает руки обратно к столу. — Я просил подождать тебя всего один час, — влажно шепчет Аккерман, целуя шею. — Ты всю неделю был занят, я так соскучился, — бормочет в оправдание. — Не мог больше ждать… Шершавые пальцы забираются под резинку чулок, оглаживая кожу под слоем капрона. По телу пробегает толпа мурашек от его прикосновений. Эрен млеет от ласк и сам хочет ему угодить, настырно стараясь расстегнуть ремень и ширинку брюк. От безуспешных попыток начинают раздражаться оба, и Ривай помогает ему, избавляясь от штанов. Оба ликуют. Оба медленно сходят с ума. Да, неделя и впрямь была загруженная и полностью лишила их секса. Аккерману обидно, что пришлось потратить время на какого-то идиота вместо своего любимого мальчика. У него в принципе все недели загружены и наполнены такими вот имбецилами. Зато Эрен ни в чём не нуждается, получает всё по первому «хочу» и никогда ни на чём не экономит. Риваю нравится баловать его. Пусть хотя бы так заполнит пустоту, что оставляет в его сердце своим постоянным отсутствием дома к ужину. Задрав юбку, Аккерман оставляет обжигающей отпечаток своей ладони на сочной ягодице и присасывается к коже на шее. Пальцы Йегера на члене ощущения приносят нереальные, заставляя проронить тихий стон, обрадовав парня до невозможности. Дрочит ему Эрен уверенно и умело. После всех этих пыток это больше, чем просто ахуенно. Но этого мало. Ривай окончательно валит Эрена на стол, а тот от неожиданности сносит рукой папку, из которой по полу разлетаются какие-то наверняка очень важные бумаги. Плевать, ведь следом за ними летит порядком надоевшая юбка. Теперь ничего не мешает обзору на ноющий член, истекающий сопливыми потёками смазки. И дырку его. Мокрую. Упругую. От нетерпения уже начинает трясти. Ривай вдоволь наигрался, но отчего-то медлит, замирая между его широко раздвинутых ног. — В чём дело? — спрашивает Эрен, недоумевая. — Ты очень красивый, — говорит он и целует улыбку. Следующий поцелуй приходится в лоб, кончик носа, а после ещё с десяток на стройные ноги, обтянутые капроном. Аккерман не сдерживается и разрывает чулок на ступне, целуя пятку и каждый палец. Конец приходит и второму чулку, только в области колена, где тоже остаются влажные отпечатки губ. Совсем неожиданно для Эрена без поцелуя не остаётся и головка, после чего Ривай проходится языком по всему стволу, слизывая смазку. — Боже, блять, — задушено скулит Йегер в изгиб локтя. Пару раз передёрнув, Ривай проводит головкой по влажному входу. Талию обвивают ноги, да крепко так, что Аккерману приходится приложить усилия, чтобы отцепить одну и закинуть к себе на плечо. Эрена ломает от желания. Что ж, нет смысла уже друг друга мучать. Стоит просунуть головку, Ривая срывает нахрен. Блаженные стоны ласкают больной слух, жар тела убивает. Йегер чёртово совершенство. Он хочет взять его без остатка. — Ривай, ещё… И он даёт ещё. Входит до упора, дерёт до слёз и визгов, сдавленно матерясь. Остатки чулок разлетаются на мелкие клочья от его рук, а на коже наверняка снова расцветут новые синяки, дополняя старые, ещё не сошедшие. Эрен стонет всё громче от каждого нового толчка и расцарапывает сильные плечи любовника в мясо. Это шоу было не с целью просто привлечь внимание и подоводить. Йегер конкретно хотел его вывести, потому что только после этого Аккерман не даёт никакой пощады, дерёт до соплей и сорванного голоса, но нежность сохраняет, ведь для Ривая это не просто секс. Просто секс был с десятками других безликих кукол, что побывали в его постели. Это секс с Эреном, с человеком, которого он выберет, даже не глядя, что предлагается во втором варианте. На него он променяет всех безмозглых богачей, сующих ему миллионы за рекламу, весь свой бизнес и каждый цент. Ни одна сделка не стоит времени, проведённого с ним. — Я люблю тебя, — вопит Эрен, сжимая его шею в объятиях. Он мог этого и не говорить, Ривай и так знает, как болен им этот мальчишка. Оно в мелочах. В свежем завтраке, вкуснее которого не приготовит ни один ресторан. И в беспокойных сообщениях, когда он снова тащится в офис с температурой. В самой радостной улыбке при его очередном позднем возвращении. И в том, как жмётся ночью близко-близко, обнимая всем телом. Наверное, не Ривай первый полюбил Эрена, а Эрен Ривая. И стал первым, кому понравился он, а не его деньги. — И я тебя, родной. — Я сорвал тебе какую-то важную сделку, да? — виновато спрашивает Эрен. У Ривая на почте двести тринадцать непрочитанных писем и ещё пять входящих. Разгребать их все он не хочет и не собирается. Смотрит на эту картину только лишь для того, чтобы представить, сколько Петре предстоит работы. Ей бы стоило сделать прибавку к зарплате. — Нет, этот кретин вряд ли бы предложил что-то поинтереснее, чем ты, — успокаивает Аккерман. Эрен сползает с колен, и Ривай возвращает его обратно, на этот раз крепче держа за талию, чтобы его голая задница больше не скатывалась. Йегер же обвивает руками шею и прижимается виском к макушке. — А это не он тебя сообщениями бомбит? — уточняет Эрен, разглядывая летящие с дикой скоростью оповещения. Семь, десять, восемнадцать. Кто-то разошёлся. Даже Риваю становится интересно. — Давай посмотрим. И впрямь, тот же олух, что втирал ему про толпу клиентов, дерущихся за его сейфы и замки. Уже тридцатку сообщений ему прислал. Всё читать Аккерман не собирается, просто смотрит на одни из последних. «Я вас засужу! Вы пожалеете ещё За своё поведение вы будете гореть в аду! Ещё прибежишь потом за бартером!!!» — Смешной дядька, — комментирует Эрен. Интересно, какие же условия могли бы быть у их бартера? Аккерман подарит ему один из своих спорткаров за самый надёжный сейф? — Да, тот ещё клоун, — соглашается Ривай. — Надо бы сказать Петре, чтобы фильтровала желающих украсть наше драгоценное время. Сжимая крепче в объятиях, Йегер чувствует, как хватка на талии становится ответно крепче. Эрен ерошит его волосы и оставляет совсем невинный поцелуй на лбу. — Уж, пожалуйста, проконтролируй, — просит жалобно. — Проконтролирую, — Аккерман целует в плечо. Теперь уж точно.