Я приду к тебе во сне

Новая неделя скучных дней в комнатушке, без связи, интернета и прочих вещей, что раньше девушка могла спокойно позволить отдать час-два на времяпровождение за просмотром какого нибудь фильма или сериала, были невозвратно забраны, жаль с этой участью она ничего не сделает. Таков оброк. Риндо давно уехал. Забрал вещи, что собирал в поездку на пару дней и смотался, как только выпал шанс. Пусть по Рану и не скажешь, но явно чувствовалось, как ему обидно расставание с братом. Парень уже час ходит по дому, ища какими были делами занять свою тушу, ведь работа за компьютером закончена, остальное, как он твердил, дало за малым. Точнее, за его приемниками. Они, вроде, должны пробить курс дела и докладывать обо всём младшему Хайтани. К слову, его пунктуальности не было предела. Он ещё пару дней назад собрал вещи, с которыми поедет, при непредвинденных обстоятельствах. Да, опять связанных с Тенши. Несколько минут спустя в комнате Рана раздался звонок, но он, видимо, его не слышал, находясь совершенно в другой части дома, но человеку, что названивал на телефон каждую минуту это не останавливало. Это уже порядком раздражало, посему Ниши, конечно ворча, но вышла из своей комнаты направляясь к обители Рана. Звон становился все ближе, наконец, взяв в руки телефон старшего, она увидела подпись «Рин», машинально, уже хотела ответить на вызов, но он сбросился, оставляя девушку в лёгком недоумении. Ее пальцы включили мобильник, проведя снизу-вверх, она приметила, что телефон без пароля и доступ ко всем социальным сетям открыт. Она улыбнулась. «Неужели я наконец..» – не успела она закончить свою мысль, как появилась другая – «а хочу ли я этого?» Ведь правда, сейчас в её руках телефон, свободная сеть, она помнит номер каждого своего знакомого, но... Не может даже зайти в телефонную книгу. Забыла, как тут оказалась, кто с ней, что сделал, кто она... За её спиной раздался тихий смех, из-за чего девушка рефлекторно отбросила телефон на кровать, расположенную напротив неё. — Я знал, что ты все таки придёшь сюда. Знал, что в твоей маленькой, светлой голове появится мысль о побеге от меня, – с каждым словом он приближался к Тенши все ближе, а она наоборот, отходила от него. Ему же это давало стимул, какую то радость его доминирования над ней. Подойдя почти впритык к Ниши, он пригнулся, дабы глядеть прямо в серые, тусклые от страха глаза. – Но я точно знал, что ты не уйдёшь от меня. Испугалась, верно, малышка? Боишься, что я все же сотворю с твоим тельцем самые, что ни на есть отвратительные вещи. – почти мурлыкал юноша, протягивая ладонь к её волосам, слегка поглаживая короткие, мягкие пряди. — Ран, я лишь хотела принести тебе телефон, – смело заговорила Тенишия, чуть хмуря бровки, что Рану казалось забавным и в тот момент он пустил смешок. — Не думай, что я тебе поверил, – его глаза в лёгком прищуре осмотрели все тело девочки, понимая, как она краснеет, ощущая на себе такие голодные, изучающие, жадные взгляды. – Телефон. – скомандовал он, протягивая ладонь. — На кровати, – чуть дрожащим голосом проговорила девушка, показывая взглядом на небрежно лежащий мобильник. — Ну так подай, – его голос стал жёстче, но для него это была не более, чем забава. Да, насмехаться над страхом его девочки так смешило, что хотелось ещё. Тенши же послушно направилась к кровати, желая забрать телефон юноши, но он лежал далековато, почему пришлось карабкаться на кровать. Лёгкий толчок и Ниши лежит лицом в подушку, так и не понимая, что произошло. На спину давит массивная ладонь и слышится едкий, громкий, бархатный смех, вызывающий на губах девушки лёгкую ухмылку. — Теперь не сбежишь, – крайне радостно отозвался Ран, подтягивая к себе тело девушки. Перевернув её на спину, он уставился в серые, как будто пыльные глаза, с переливом к синему морю. Как могут сочетаться такие два... Несочитаемых цвета неизвестно. Одно ясно, смотрелось это безумно красиво. Он нависал над Ниши, как дурак не в силах отвести взгляда от её кукольного лица: пухленькие розовые губы, красные от смущения щеки, блестящие глаза. Глупый парнишка, ввязался в эту глупую игру на выживание, где он либо победит и получит свою награду, либо проиграет и потеряет всё. Ран ладонью провел по щеке Тенши, большим пальцем поглаживая мягкую кожу. Такое действие с его стороны весьма необычно. Никакой грубости, жестокости и подколов, лёгкие, приятные движения, словно он боялся прикасаться к ней, как к хрустальной вазе, с таким же трепетом. Его взгляд опустился ниже, на шею и ключицы девушки, на которых яро красовался его подарок. Он вновь вернул взгляд в её глаза, не в силах сдерживать себя. Его губы соприкоснулись с её. Поцелуй вышел холодным и немного неожиданным, но Ран не останавливался, чуть добавив напора, он последний раз чмокнул губы девушки и опустился ниже. Мокрые дорожки поцелуев привели его прямо к ключицам, проходя через всю белоснежную шею. Одна ладонь уже не держала тело девушки, а оттягивала футболку, дабы оставить на шее Тенши очередное красное пятнышко. Ниши чувствовала жар в теле. Крепкий клочок затягивался внизу живота, но девушка, не зная как реагировать на желания своего тела почувствать Рана своим, лишь молча наблюдала, иногда томно вздыхая, придерживая ладонями плечи юноши. Ран что-то шептал Тенши, но она его не слышала. Кровь прилила к лицу настолько, что заложило уши, не давая и шанса расслышать что либо. А его руки гуляли. Гуляли по всей ней, не спрашивая как такового разрешения на прикосновения, он заполучил что хотел, он радовался этому, пуская через поцелуи легенькие ухмылочки, ведь чувствовал, как смущается девочка. Маленькая? Достаточно. Хочет ли? Неизвестно. Но она определённо была готова к любому исходу следующих нескольких часов. Будь то любовь, что Ран решит подарить Ниши или вновь отречется, все равно. Пусть это сделает только он. — Ты... Прекрасна, Тенши, – все таки услышала через пелену слова Хайтани. Он мягко расположился на её ногах, как бы придерживая, чтоб не сбежала и прислонил руки к открытой от футболки части. Его взгляд так и напрашивал разрешение. Очень нагло, но мягко он стал провожать руки под футболку, чуть-чуть щекотя живот. Он добрался до ткани лифчика, прислонив ладони он ещё раз взглянул на Ниши, которая в свою очередь смотрела на него лицом красным от стыда и... Возбуждения? — Моя прекрасная девочка и вся моя, – голос Рана стал бархатнее, нежнее, чувственнее и слышав его Тенши сильнее краснела, руками придерживая края футболки юноши, что так и наровил снять лишнюю одежду с тельца Тенишии. – Ты вся принадлежишь мне. Слышишь? Вся. Фразы его обретали множество смыслов, теперь дева, приоткрыв глаза, смотрела на него с недоумением. Вся? Что значит... Вся? — Принцесса, ты такая красивая, – он приподнял тело девочки, отстегивая со спины один из атрибутов одежды, что после, слетев с плеч упал на пол, как ненужный хлам. Холодные ладони вновь прикоснулись к открытой груди, поглаживая, сминая мягкую плоть. Розовые соски затвердели как камень, показывая, как они требуют ласк. Ран взглянул в глаза Ниши: такая мягкая, такая чувствительная, такая... Маленькая, а главное, его. Этот момент никак не собирался выходить из головы молодого парня, выворчивая ужасные фантазии.

***

— Я никогда не жалел, что украл тебя, милая. Никогда. – парень с длинными волосами стоял в проходе комнаты, что выделили для девочки, дабы не мешалась, но и была под присмотром. На улице глубокая ночь. Гул проезжающих машин, лёгкий ветерок и звёзды, более чем успокаивали сонные души каждого в этой квартире, но не Рана. Битый час парень бродит по дому, деля своя одиночество с бессонницей, каждый раз, проходя мимо этой комнаты, останавливался, никак не решаясь войти. Но, как оказалось позже, решение он принял в свою пользу и уже около получаса разговаривает с мирно сопящим на кровати тельцем, что никак не хотело ни просыпаться, ни отвечать. А он даже рад был, что она его не слышит. — Который день я понимаю, что если бы ты тогда не влезла со своей глупой смелостью, я бы тебя и не встретил. Жил бы дальше, курил, пил, отдыхал... Но без тебя. – Юноша вздохнул и сложил руки на груди, защищая себя от порока страшных мыслей о том, что могло бы произойти, не будь её рядом. – Скажи, почему за такой короткий период времени ты стала для меня всем? Взгляд старшего Хайтани уже не был пустым, как в первые разы встреч. Сейчас он стал более... Тёплым. Блеск в глазах не предвещал ничего хорошего, но этот блеск был искренним. Он редко плакал, а даже если это и происходило – то наедине с самим собой. Посторонним в его комнату, в такие моменты, заходить было смертельно опасно. Но что произошло? Он роняет слезы при девушке, что насильно проживает у него около четверти года и не стыдится, будто так и должно быть и было всегда. — Не бросай меня, милая, прошу, – шёпот юноши разносился по комнате как тихий звоночек, но вновь, его никто не слышал. Так больно внутри, когда осознаешь, что тебя никто не слышит, а ты потом и не скажешь. Уж слишком гордые оба.

***

Комплименты, вздохи, стоны – все смешалось воедино. В комнате стало жарче, чем обычно. Несмотря на силу, с которой он сжимал части тела девочки, Ран был крайне нежен и аккуратен, стараясь сохранить в памяти незабываемым и приятным «первый раз» молодой леди. Он нависал и властвовал, доминировал, что возбуждало и без того раскрасневшуюся девочку сильнее. — Вот чертовка, – в процессе ухмыльнулся юноша, оставляя на шее очередной багряный поцелуй, чуть прикусывая мягкую кожу. – Ты вскружила мне голову, милая, теперь не отвертишься. Девочка полыхала во всю. Она не знала как себя вести, поэтому доверила себя всю в руки Рана, а тот, в свою очередь принял это за согласие или разрешение на овладевание её тела. Багровые, почти фиолетовые пятна-засосы красовались на всём бюсте девочки, руки обездвижены и сцеплены ладонью Рана у изголовья кровати, толчки с каждой секундой становились все сильнее, а ощущения острее, разрядка уже на подходе. Хотелось кричать, плакать, радоваться и все, лишь бы рядом был Ран. Он аккуратно, невесомо проводил ладонями по её талии, поднимаясь к макушке и вновь излюбленно гладил её волосы. Такие растрёпанные, во все стороны лежащие на подушке, смотрелись безумно мило и завораживающе, отвести взгляд было трудно. Рядом лежащий телефон трезвонил уже не первый раз, но обстановку это не угнетало – желание было выше. — Я ошибся, думая, что ты хочешь от меня сбежать, прости, – сказал юноша, прежде чем обессиленно упасть на кровать. – Идём в душ? — Сначала перезвони, – взглядом указала девушка на телефон, лежащий неподалёку и усмехнулась, прикрывая ладонью голое тело. — В таком положении умудряешься стесняться. Глупая, ты, Тенши, – усмехаясь процедрил парень, выслушивая в телефоне надоедливые гудки. – Рин, ты портил важный момент, что хотел? — Ран, твою мать, вас нашли.