Mon cherе

Так они и доехали до аэропорта. Таксист ещё раз и не один осмотрел пару с ног до головы, помог достать чемоданы и пожелал хорошего перелёта. Взяв свои вещи, Нарцисса и Геллерт направились к стойке регистрации. Женщине было жарко и она сняла пальто. Оглядываясь по сторонам и ожидая своей очереди, помог волшебнице снять пальто, перекидывая его через руку, и приобнял её. Многие их осматривали, не стесняясь. — Милый, кажется мы магглов пугаем. Одним только видом, — проговорила женщина, обнимая мужчину. — Не обращай внимания. Они смотрят на меня, Mon cher, — улыбнулся, поцеловал её в макушку, постепенно подходя к своей очереди. Краем глаза заметил странных людей в одинаковых плащах, но сделал вид, что не заметил их. По всей видимости это были Российские агенты, которые были посланы проследить и убедиться в том, что он покинул страну. Волшебнице он решил не рассказывать, ибо нечего волновать её лишний раз. Пройдя без труда регистрацию и сдав багаж, они направились как раз на посадку. Народа было не очень много, поэтому они без задержек прошли в белый коридор. Оглянувшись назад, агенты стояли поодаль, ожидая, когда они пропадут из вида и будут ждать, пока не самолёт не взлетит. Усмехнувшись и покачав головой, он ни на шаг не отпускал свою любимую пока не зашли в самолёт. Стюардесса показала им их люкс места в специальной части самолёта. Да, Геллерт Грин-де-Вальд не любил шумные поездки, поэтому заказал самые дорогие билеты, чтобы быть почти наедине со своей любимой. Отдельная зона была явно для перевозки богатых личностей. Здесь было всего шесть мест, диван, стол. Было похоже на частный самолёт. Но отличался тем, что с ними за дверью летели и другие люди. Только здесь он мог немного расслабиться и присел на диван, пока волшебница осматривалась. Пройдя в люкс, Нарцисса была приятно удивлена. Это даже не бизнес класс, а выше. Они были тут одни. Самолёт был одним из современных аэробусов, в два этажа и их люкс места были на втором этаже, расположены подальше от двигателей, там было тихо и спокойно. Всё было в их распоряжении: бар и закуски. Волшебница поставила свою сумочку на столик около кресел, которые предназначались для взлёта и посадки, они были оснащены ремнями безопасности. К ним зашла стюардесса, сначала борт проводница взяла верхнюю одежду волшебников и повесила её в специальный шкаф. Сказала, что скоро взлёт и попросила Нарциссу сесть в кресло. Когда Геллерт и Цисси сидели в креслах, пристегнутые, стюардесса начала рассказывать, что да как. Правила безопасности, поведения, рассказала о том что, после взлёта им принесут обед. Молодая бортпроводница не сводила глаз с Грин-де-Вальда. Флиртовала с мужчиной, не стесняясь Нарциссы. Когда та, решила помочь застегнуть ремень безопасности на мужчине, волшебница не выдержала и отстранила руки девушки от Геллерта. — Милая, я думаю, что мой мужчина сам способен застегнуть этот ремешок. Ну или же я ему помогу, — проговорила Нарцисса. — Я всего лишь, хотела показать как правильно, — стюардесса явно была расстроена, что её действия остановили. Извинившись, бортпроводница скрылась за дверью. Самолёт начал движение, гул двигателей на втором этаже был почти не слышен. Нарцисса летела всего второй раз и ей все ещё было страшно, хоть она этого не показывала, но Грин-де-Вальд понял это по тому, как женщина вцепилась в его руку. Он чувствовал страх волшебницы и поддерживал её как мог. Она была взволнована обратным возвращением на родину и в тоже время страшно ревновала его. Это случилось впервые, от чего он просто улыбнулся и признаться был горд, что волшебница проявляет себя в случае опасности. Хотя никакой опасности и не было. Он даже и не взглянул на стюардессу за всё время, так как был погружен больше в свои мысли. А мыслей сейчас у него было тьма. Он не знал, как его встретят, кто остался из сторонников на свободе. По возвращению нужно найти места встреч и собрать их всех. Взлёт прошёл достаточно спокойно. Порой трансгрессировать намного опаснее, чем пользоваться маггловскими услугами. Там тебя расщепляет и есть вероятность, что не полностью соберёшься, если что-то пойдёт не так. Когда взлетели, Цисси немного расслабилась, разрешили расстегнуть ремни. Как только были скинуты оковы, женщина, встав на свое кресло на коленки, потянулась к магу, заключая того в объятия и чувственный поцелуй. Ход мыслей мужчины прервала Нарцисса, которая «разбудила» своим поцелуем и вернула в реальность. Она сияла, как начищенный самовар и если бы они были заперты в этом купэ, то без доли стеснения оседлала его. Эта мысль заставила его взбодриться и придти в себя. Отстранившись, Цисси буквально расползлась в счастливой улыбке и села на место. И тут им принесли обед, но уже другая стюардесса. На обед все было просто, стейк с овощами, булочка, чай. — Если желаете более крепких напитков, то у нас есть: вино, шампанское, бурбон, бренди, коньяк, текила и водка, — проговорила стюардесса. — Если желаете, то скажите и я вам принесу алкогольные напитки. Приятного аппетита, господа. Меня же вы можете вызвать в любую секунду, нажав красную кнопку на столике. Стюардесса удалилась, оставив пару наедине. Когда наконец-то стюардесса ушла, и они остались вдвоём, ему захотелось повторить все то, что сделала Нарцисса, поэтому оглянувшись, он взял её за руку и, потянув на себя, посадил к себе на колени, смотря в лицо. Она была так прекрасна, от чего всякий раз, когда она была так близко, у него заходило сердце. Минуты близости были так драгоценны. Молча смотря ей в глаза, опустив ладони на её ягодицы, чуть сжал их и подвинул ближе к себе, чётко ощущая давление её задницы на пахе. — Что это на тебя нашло сегодня, когда мы только взлетали? М? — чуть потянувшись, припал губами к шее, мягко целуя её. Есть совершенно не хотелось, будь его воля он бы вообще не отпускал эту женщину из своих объятий. — Ты ревновала меня сегодня? К чему бы это? Откуда это взялось, а, Mon cher? — зная, как действуют на неё его поцелуи, прижал за талию, нежно поцеловав в подбородок, и пристально посмотрел в глаза. Тая в объятиях любимого, и сходя с ума от поцелуев, Нарцисса тяжело дышала. Она заводилась с пол оборота, стоило этому мужчине посмотреть на неё, дотронуться, а тут поцелуи. Волшебница уже привыкла к ним и не могла без них. Ей казалось, что если день пройдёт без его поцелуев, то она умрёт. — Да… Я приревновала тебя… Аах… Ты сводишь меня с ума. Геллерт… Женщине стало жарко и она сняла свой пиджак, скинула его одним лёгким движением, оставаясь в капроновой черной прозрачной водолазке под которой строгий бюстгальтер подчеркивающий её грудь. Продолжая сидеть на мужчине и прижимаясь к нему своим телом, Цисси медленно сходила с ума. — Ты бы видел, как она тебя пожрала глазами… А потом… Потом и вовсе потянула к тебе свои руки. Никому, никому, кроме меня, не позволено трогать тебя, целовать, обнимать, гладить и тем более заниматься сексом. Я хочу быть единственной, как и ты единственный, — после этих слов женщина снова поцеловала Геллерта в губы, наполняя свой поцелуй любовью и нежностью. Целуя любимую в ответ, обнимая лицо своими ладонями, наслаждался её губами и постепенно расслаблялся, параллельно осознавая смысл сказанных слов. Улыбнулся в губы, чуть отстраняясь, и снова заглянул в глаза. — Значит она пожирала меня глазами? Ну что ж. Ты знала с кем начала встречаться, — усмехнулся, а затем рассмеялся, — ты ж моя единственная. Разве я посмотрю на кого-то ещё, кроме тебя? Осторожнее. А то ненароком убьёшь маггла и отправишься в Азкабан, — его голос был бархатный вкрадчивый, словно он угадывал будущее и был серьёзным как никогда. А потом и вовсе переключил свое внимание на обед, который им принесли, — покормишь меня? — он снова посмотрел на волшебницу, чуть выпячивая губы, — иначе мы займёмся другими непристойными делами и будем случайно застаны. Ты ведь не хочешь этого? — хитро улыбнувшись, он опустил ладони на бедра волшебницы, оглаживая их. — Нет, что ты. Я не хочу в Азкабан. Моя жизнь только приобрела смысл и яркие краски, — проговорила Цисси, которая уже ненароком была возбуждена, хоть она и скрывала хорошо свои чувства и эмоции, но не от него. Тем более запах её тела выдавал мужчине все её тайные желания. — Покормить? Да, конечно, — сказала волшебница, развернувшись спиной к Геллерту, она нарезала мясо и, сев обратно, лицом к мужчине в руках с тарелкой начала кормить любимого, изредка ела сама. Поднёс кусочек стейка на вилке к губам мужчины проговорила ему на ушко, нежно. Наблюдая за женщиной, и чувствуя, как она не стесняясь и безжалостно, елозила ягодицами по напряженному паху только успевал выдыхать. А потом кушая с удовольствием из её рук почти не сводил с неё глаз. Она будоражила его кровь и было трудно сопротивляться. — По приезду домой, мы займёмся непристойными делами, что бы нас никто не видел, — прошептала женщина и положила кусочек мяса мужчине в рот. — По приезду, мне надо будет заняться делами, — активно жуя мясо, пытаясь отвлечь свои мысли, решил посвятить женщину в свои планы, — ты побудешь с сыном, а мне нужно будет в банк, разорить немного гоблинов, — чуть усмехнувшись, проглотил и облизнулся, — после мне нужно будет приобрести дом. И не спорь со мной. Кое-какие сбережения у меня есть, нам хватит. Я не буду жить за твой счёт, Mon cher, — с аппетитом забрал ещё один кусок с вилки, которая зависла в воздухе. Изображая, что ему очень вкусно даже закрыл глаза от удовольствия, хотя мясо было слишком сухое, — и вот когда вы с Драко будете в безопасности и под моей опекой, я встречусь с моими сторонниками и буду решать, как свергнуть Кингсли. Поверь, твоя безопасность мне важнее, — мягко улыбнувшись, посмотрел на любимую, а потом хитро сощурившись, снова сжал её ягодицы, — ну и непристойности, конечно между делом будут тоже. Будь моя воля, я бы занялся этим прямо сейчас, — почти шёпотом произнёс, слегка оборачиваясь, убеждаясь, что они одни. — Давай долетим до Лондона и я обещаю, что сделаю, всё, чтобы ты была счастлива. Волшебница внимательно слушала Грин-де-вальда, порой хотела что-то сказать, возразить, но тот не давал ей и слова сказать. Нарцисса послушно все воспринимала и принимала, соглашаясь с его планами. Его руки на ее ягодицах обжигали и сводили с ума, поглаживание бёдер, столь жадное сжатие ягодиц. Цисси казалось, что она иногда забывает как дышать. — Фу, как это можно есть? Это же не стейк, а какой-то картон, сухой и жёсткий, — возмутилась волшебница, только и выдавая из себя, решившая попробовать кусочек стейка. — Как ты его ешь? Нет, такое есть нельзя. Вот будем дома, я лично буду для нас готовить. Это одно из моих увлечений. Которое никто не оценил по достоинству, кроме сына. Нарцисса говорила серьёзно, но с улыбкой. Уже кормя мужчину овощами. Но его руки на её ягодицах не оставались пропущенными, волшебница была возбуждена и, поэтому закончив кормить любимого, решила пересесть с него к себе, прошептав на ухо ему: — Ох, любимый, если ты сейчас не отпустишь меня… Я готова кончить… Одно лишь касание твоих пальцев моего клитора и я взорвусь… Кажется Мне нужно остыть… - проговорила Нарцисса, глядя в глаза мужчины. Шумно выдыхая, когда давление на пах ушло и стало прохладно, дожевывая помидор, поправил все складки на пиджаке и штанах, а потом положил ногу на ногу внимательно, слушая любимую, которая ворковала на ухо такие откровения, от чего появилось желание исполнить её предостережения, но в этот момент вошла стюардесса, чтобы забрать поднос с едой. Она немного смутилась, словно догадалась, что делали здесь эти двое, хотя они ничего не делали. — У вас здесь есть кондиционер? Моей жене жарковато стало, — посмотрев на румянец волшебницы, мягко улыбнулся, сидя с невозмутимым видом, словно его стояка как и не был. Про таких обычно и говорят «Врет и не краснеет». Девушка быстро вышла из ступора, засуетилась, включая кондиционер. Он был расположен между сиденьями над ними, и ей пришлось немного изогнуться в спине стоя прямо перед парой демонстрируя гибкость и фигуру. Пиджак немного задрался, а она из-за маленького роста не могла дотянуться до кнопок. Замечая, что Нарцисса немного напряглась от того, что перед ним почти задом стоит молодая девица и умудряется ещё вилять им, он, слегка улыбнувшись, решил прекратить этот спектакль. Встав со своего места, буквально вырастая над хрупкой стюардессой с интересом посмотрел на неё. — Если это так высоко, могли бы сказать, я бы сам включил, — девушке стало неловко, она выпрямляясь и одергиваясь, чуть смутилась, пряча глаза в пол, так как поняла, что создала напряженную ситуацию. — Простите. Мы должны заботиться о клиентах, поэтому не стала просить, — она бросила виноватый взгляд на волшебницу, которая сидела, стиснув зубы, и мысленно убивала её в разных стилях. — Так куда нажать? Вы скажите, я далёк до современной техники, — посмотрев на Нарциссу и моментально мрачнея, решил поскорее убрать источник стрессовой реакции. Девушка быстро объяснила куда нажать, постоянно смотря на пальцы мужчины, которые так ловко тыкали куда надо, а затем снова извинившись, взяла поднос и увезла его на тележке, быстро скрываясь за дверью. Он ещё какое-то время стоял, провожая девушку взглядом, а потом молча снял свой плащ, оставаясь в рубашке с жилеткой, наслаждаясь прохладной, чувствуя, как волшебница готова рвать и метать. Вернувшись в кресло, упирая локоть в подлокотник, и, кладя на ладонь подбородок, внимательно посмотрел на неё, нежно улыбаясь. — Mon cher. Если ты будешь так реагировать на каждую особь женского пола, мне придётся завязать тебе глаза. Ты же моя женщина. Моя единственная. Я хочу чтобы ты не ревновала, а наоборот гордилась тем, что на твоего мужчину обращают внимание, а он смотрит только на тебя. — Хорошо, я постараюсь так остро не реагировать. Я безусловно горжусь тобой, ты потрясающий, красивый и очень сексуальный. И естественно на тебя глазеют девушки, женщины, бабушки, — Нарцисса говорила спокойно, старалась сдерживать свои эмоции. Одновременно разбирая свое кресло в положение лёжа, её приятно удивил тот факт, что под ноги тоже выехала часть кресла и женщина вытянулась во весь рост, потягиваясь извиваясь как змейка. — Милый, но и ты на неё смотрел, провожал взглядом. Волшебница натянула на себя плед, который лежал не далеко от кресел, скомкав его между ног для удобства, частично накрываясь. Она легла боком, смотря на Геллерта. Все её игриво настроение улетучилось с этой стюардессой. — Я правда поработаю над собой и чувством ревности. Просто боюсь потерять тебя. Пристально смотрел, молча наблюдая за поведением женщины, мрачнея с каждой минутой. Ему и льстило и совершенно не нравилась такая реакция. Он не хотел, чтобы волшебница закатывала истерики и менялась в лице, как сейчас, заткнув плед меж своих ног, демонстративно показывая ему, что сама по ревновала, и сама же обиделась, хотя он ничего не сделал. Отводя взгляд в сторону и тяжело вздохнув, понимал, что её сомнения не пройдут, в силу своих страхов. Поднимаясь с кресла, он прошёл до двери, выходя наружу, находя там старшую и попросил больше не беспокоить их и не приходить, пока самолёт не пойдёт на посадку. Если что-то им нужно будет, они позовут. Вернувшись обратно, Нарцисса всё ещё лежала в разложенном кресле. Он чуть приглушил свет, так как лететь им ещё было прилично времени и, садясь обратно в кресло не с первого раза разложив его, лёг на спину, кладя ладонь под затылок и смотря в потолок. — Нас больше не побеспокоят. И никто сюда не зайдёт, можешь быть спокойна. Я ещё раз тебе скажу только одно, — его голос был бесформенным и тихим, — ты должна в первую очередь ревновать саму себя к тому, что ты любима. Пока ты не научишься любить себя, так и будешь ревновать к каждой женщине. Я знаю, что тебя не ценили, не любили. Ты не знала, что это такое, но поверь я другой. Мне нужна сильная женщина, которая будет моим тылом и прикрывать меня. Зная об этом, что моя женщина никогда не усомниться в моих чувствах, я сверну горы для неё, всякий раз доказывая, что я достоин её. Не она меня, а я её. Понимаешь? — он посмотрел на неё холодным взглядом, давая понять, что сейчас серьёзен как никогда. — Вот когда моя женщина будет идти со мной с высоко поднятой головой и гордиться тем, что у неё потрясающий мужчина, даже будь я нищим или косым, или старым, или кривым, тогда она будет уверена в себе и её мужчина никогда не бросит. Подумай над моими словами. Я не буду оправдываться перед тобой почему сделал то или это. Никогда этого не делал и не буду, — закончив свою речь, он продолжил смотреть в потолок, даже не собираясь предпринимать какие-то попытки, чтобы обнять свою любовь, хотя понимал, что сейчас был слишком груб, но это была вынужденная мера. Пока волшебница не поднимет свою самооценку, то в будущем это будет ещё сложнее сделать. Над ними повисла тишина. Нарцисса всерьёз задумалась, над тем, что сейчас произошло. И правда, что на женщину нашло? Она понимала каждое слово своего любимого и он был прав. Он не давал ей повода для ревности. — Да, ты прав. Я все понимаю, — сказала женщина, сев на кресле, так что бы видеть мужчину, волшебница положила свою руку на свободную ладонь мужчины нежно сжимая ее. — Я тебя не разочарую. А тем временем самолёт летел над Европой и в полете находился уже часа полтора, оставалось лететь ещё два часа. Цисси отпустила руку мужчины, выбралась из кресла, взяв дамскую сумочку отлучилась молча в уборную. Как она и предположила женские дни пришли, но немного с опережением графика. Видимо все из-за стрессов, которые она пережила. Гормоны в эти дни скачут не хуже, чем у беременной. Но одновременно, её обрадовал приход этих дней, так как с Геллертом они не предохранялись и волшебница как то облегчённо выдохнула, она хоть и хотела ребёнка от него, но не так быстро. Да ещё она не знала, хочет ли он детей. Поэтому сейчас приводя себя в порядок, воспользовавшись средствами личной гигиены, а ей пришлось раздеться и застирать свое белье, а потом ещё его сушить, слава Мерлину, мошной сушкой для рук, ибо в самолёте пользоваться магией нельзя было. Высушив белье, Цисси оделась, помыла ещё раз руки и, промокнув холодной водой лицо, освежив его, вышла из уборной. Нарцисса вернулась на свое место, она легла на бок, натягивая на себя плед. Взяв мужчину за руку. — Я вздремну немного, — проговорила женщина, закрывая глаза. Он знал, что она поймёт и что-то с ней творилось не то. Поэтому был достаточно терпелив, ведь они знали друг друга так мало. Проводив взглядом волшебницу закрыл глаза, устало потирая виски, ведь он не привык бездействовать. А здесь на высоте в несколько тысяч километров вдали от земли особо ничем и не займешься. Оставалось не так много времени, поэтому решив всё же немного вздремнуть. Нарцисса вышла из уборной. На ней не было лица, и исчез блеск в глазах. Неужели он переборщил с высказываниями. Сжав её руку, наблюдая, как она закрыла глаза, уже не выглядела той дерзкой девчонкой. Чувствуя некую вину за собой, поцеловал её в лоб, поправляя плед, а потом уставился снова в потолок. В голову пришли мысли о том, как ему завоевать снова уважение. Ведь Тёмный лорд наворотил дел и сделал ему огромную услугу, не убив его. После чего ему удалось сбежать. Глупец. Был бы он немного умнее, то всё могло бы пройти намного удачнее. Теперь к власти придёт он и ему предстояла огромная работа, чтобы навести порядок, сменить уставы. Об этом он и не мечтал, и всё же в какой-то степени боялся, что не справится. Пока волшебница спала, он всё оставшееся время пробыл в раздумьях, пока по громкой связи не объявили скорое прибытие. Взглянув в иллюминатор там уже мерцал огнями родной город погруженный в сумерки вечера. — Mon cher, — он нежно поцеловал её в уголок губ, а затем в щёку, обнимал, поглаживал по спине, — мы дома, дорогая! Просыпайся.