Давай рискнём и признаемся

      Солнечный свет уходящего за горизонт солнца заполнял всю комнату, и он настолько яркий, что слепит сразу же, стоит попасть на лицо. О ДжинА стояла у плиты и помешивала лопаткой овощи, что жарились на сковородке, и смеялась, иногда поворачиваясь к своему другу, который был причиной её искреннего и такого заразительного смеха. Чонгук без умолку рассказывал историю, когда он был в лагере с друзьями, о своих приключениях там, пока раскладывал посуду на стол.       Закончив со своей работой, он повернулся к подруге и смотрел на то, как она всё ещё ярко улыбаясь, смотрела в сковородку сконцентрировано, чтобы вдруг не пережарить. Парень скользил глазами по лицу девушки, словно снова её изучая. Тёмно-карие волосы светлели, когда на них попадал яркий солнечный свет, они заколоты обычным карандашом в небрежный пучок, и передние пряди из него выбились и падали на лицо, большие карие глаза светились от радости, округлые розоватые щёчки и пухлые губы, на которых была помада со вкусом вишни — её любимая, он знал. Двигался дальше: уши и шею украшало красивое колье и серёжки в виде знака бесконечности, которые он подарил ей на прошлый, девятнадцатый день рождения, а одежда, в которую она одета, вызывала у Чонгука одновременно умиление и желание… Шорты, что открывали вид на стройные ноги, и его обычная чёрная футболка с надписью «Не безразлично», которая ей очень понравилась, и она со щенячьими глазками просила дать поносить, а Чонгук не особо и сопротивлялся — всегда хотел увидеть её в своей одежде.       Что уж скрывать, Чонгуку ДжинА нравилась не просто как подруга, а как девушка, и он долго сам себе отрицал это, но всё-таки признал. Ведь в последнее время находиться ней рядом всё труднее. Особенно когда она вкусно покушала и облизывала губы или когда одета, вот как сейчас. В общем-то, тяжело дружить с тем, на кого у тебя «такая» реакция тела. Он хотел держать её за руку, прикасаться к телу, целовать. Но он же её друг, чёрт возьми.       Сама же ДжинА уже долгое время не могла смотреть Чонгуку глаза, чего он, кажется, не заметил, а всё почему? Потому что ей кажется, что она предала их долгие дружеские отношения — она влюбилась. Каждый его взгляд отпечатывался в её памяти, каждое слово, которое слышала и имело хоть какое-то двойное значение, правда, наверное, только для неё, принимала на свой счёт. Ей хотелось в это верить. Футболка, которую она попросила у него, очень красивая — вкусы-то у них очень похожие, но и пахнет она цитрусом и самим домашним и уютным Чонгуком.       ДжинА оглянулась, а парень резко отвернулся и принялся мыть посуду. Она не заметила ничего такого в его поведении, а ведь должна был увидеть этот взгляд. Выключила плиту и смотрела на парня, у которого волосы ещё чуть мокрые от недавнего душа и кажутся ещё чернее обычного, такого же цвета глаза, в которых она тонет, немного пухлые губы, а над нижней любимая родинка, что, по её мнению, при давала ему особой харизмы.       Влюблённые слепы. «Друзья», что влюблены, — тем более.       — Всё готово. Будем кушать? — задала вопрос ДжинА, и Чонгук задумался, вытирая руки.       — У меня есть идея, — сказал, и девушка приподняла вопросительно бровь. — Может, поедим за просмотром фильма?       — Выбирай, — поддерживая затею, с улыбкой ответила.       Основная еда была съедена ещё на первых двадцати минутах фильма. А попкорн и кола составили компанию на остальное время. ДжинА сидела возле Чонгука в позе лотоса неподвижно и иногда, когда главные герои слишком тупили, по её мнению, взвывала и закидывала голову назад, тяжело вздыхая.       Фильм, который был выбран абсолютно случайно — генератором, оказался о друзьях, что были влюблены друг в друга, но скрывали это, для них был пыткой, потому что буквально каждую минуту им хотелось повернуться друг к другу и просто сказать то же, что и должны главные герои фильма. Но они лишь позволяли крови закипать в жилах, смотреть друг на друга периодически и жаловаться на тупых героев, хотя внутри понимать, что сами не лучше.       — Ну, серьёзно, они же видят взгляды друг друга, так почему тогда просто не признаются? — взвыла ДжинА в очередной раз. — Блин, я уже жду, когда они поцелуются хотя бы, — продолжила, а Чонгук хмыкнул, и она в непонимании уставилась на него.       — Это картинка со стороны. Сами же они, на самом деле, не видят этих взглядов друг на друга, — пояснил парень. — А насчёт поцелуя, сам жду. Они слишком долго тянут, как для фильма.       — Кстати, ты не заметил, что главные герои чем-то на нас похожи? — ничего не подразумевая под этими словами, сказала девушка, а Чонгук повернул голову и посмотрел на неё, понимая это по-своему, так, как он хотел. ДжинА заметила его взгляд и повернулась, сталкиваясь с ним взглядами. — Чего так смотришь? — этот загадочный и пронзительный взгляд заставил девушку немного смутиться, она впервые видела такого Чонгука. Потому что он выглядел так словно он не друг, а именно парень, который собирался её поцеловать. Но ДжинА старалась отбросить эти мысли, ведь это только её воображение, которое этого бы хотело, не больше, так ведь?       Чонгук рисковал. Он не понимал, когда сошёл с ума. Хотя, наверное, когда влюбился в подругу. Он точно рехнулся и совсем не контролировал свои действия, когда приближался и касался своими губами её. ДжинА застыла в шоке на «долгих» пять секунд в шоке. Чувство, будто она в воздухе, в невесомости, а время остановилось, и она просто приняла решение делать то, чего хотела. Поэтому, очнувшись и отодвинув все вопросы и сомнения, закрыла глаза и ответила на поцелуй.       Те пять секунд были и правда вечностью, потому что Чонгук был готов к тому, что ДжинА его оттолкнёт, накричит, и уже думал над тем, что скажет после, но она ответила, заставляя забыть об этом полностью. Он просто снова перехватил инициативу и поцеловал настойчивее, притягивая девушку за талию ближе. Обстановка накалилась, и воздух становился горячее. Фильм вообще уже не важен, хотя в этот момент главные герои тоже поцеловались, и если бы те его смотрели, то наконец-то были бы довольны. Но что-то подсказывало, что они и так более чем довольны.       ДжинА немного приподнялась, не разрывая поцелуй, и села на бёдра парня, размещая одну руку на его шее, а другой зарылась в уже сухие волосы парня. Чонгук углубил поцелуй, и одной рукой потянулся к её голове, вынул карандаш, от чего волосы волной распались, падая на хрупкие плечи. Поцелуй с нотками отчаянья, разделяя одно горячее дыхание, будто это их последний шанс, последняя возможность «рассказать» — медленно, но страстно, наслаждаясь моментом. Скользил руками по спине, тонкой талии и осмелился спуститься ниже, а ДжинА прогнулась немного, прислоняясь своей грудью к его, а потом немного оттянула его волосы, получая в ответ довольный стон. И ей однозначно нравилась такая реакция. Она немного отстранилась и увидела, как парень смотрел затуманено, расфокусировано, глазами, полными желания, и улыбнулась немного по-глупому, понимая, что сама не лучше. Он улыбнулся в ответ.       — Давно хотел тебя поцеловать… — тяжело дыша, признался Чонгук, смотря на приоткрытые губы девушки.       — Этого достаточно? — с ехидной улыбкой спросила ДжинА, а Чонгук улыбнулся и снова поцеловал. Жар разошёлся по телу, заставляя желать большего. Он оторвался от её губ, перевернул, укладывая на диван, и навис сверху. Недостаточно — хотел целовать её всегда, долго и так сладко…       Смотрел в глаза, ища согласия, и получил: она не отталкивала, смотрела на его губы, будто прося вкусить их снова, и он поцеловал. Кажется, что концовка фильма, у которого титры идут, всё же есть продолжение.