Арсений

Утро западный город Украины встретил дождем и зябким холодом. Вставать приходилось рано утром на пары, и, чёрт бы меня побрал, почему я пошел на лингвиста? Конечно, глупо отрицать, что в военной академии было бы проще. Да и отец мечтал, чтобы я тоже вырос военным, только вот.. Всё это явно не моё. Сама специальность интересная, раздражает только то, что на моем пути появился преподаватель, который меня уже откровенно задолбал. Владислав Николаевич — преподаватель грамматики, и с первого курса, месяца, недели, дня у нас не заладились отношения, с первой же пары он предвзято относился ко мне и к моим работам. Сначала я думал, что мне всё это кажется, думал, что я просто не отошел от школьных лет и тут пришел во взрослую жизнь, и это не более, чем просто сложности в социализации. Но на первом же зачёте он завалил меня 4 гребанных раза. В последний раз, когда началась неделя сессии, мы договорились о встрече с ним в библиотеке: я единственный, кто не сдал ему его курс, и меня не допускали дальше. Я помню, как я шел по нашему корпусу, в голове перебирая всю информацию, которую успел повторить за ночь. И пока все мирно отдыхали, потому что уже давным-давно сдали все зачёты и ждали экзамена в среду, а я в понедельник, в 8 утра направлялся по коридору на втором этаже к своей каторге. Дверь открылась с характерным скрипом, встретив меня сильным запахом книг и кофе, который пила библиотекарь. Она приветственно улыбнулась мне и тут же перевела свой взгляд на страницы очередной книги. Я прошёл дальше, замечая, что в течение своего пути мое дыхание казалось ещё более тяжёлым, а шаги более громкими. Я повернул за последний стеллаж и увидел преподавателя, который что-то писал в телефоне и улыбался. — Доброе утро, — тихо сказал я, будто мешая своим почти шепотом другим читать, но в библиотеке было пусто. — Доброе, Арсений.. — он сказал это низким и бархатным голосом, и я, кажется, завис на долгие секунды. Мое имя его голосом стало ещё красивее, и я неуверенно сделал шаг, хотя хотелось остаться там, где был. Я сел напротив, он жестом указал на место рядом — и я медленно пересел ближе. — Что ж, я надеюсь, Вы собрались с мыслями и утром выпили чашку кофе, потому что сегодня уже четвертая пересдача и последняя, — он говорил тихо, будто специально понижая голос, и меня начинало трясти. Я держу в руках телефон для уверенности, иногда подглядывая некоторые определения, но когда остаётся финальный и последний вопрос, то он кладет свою руку на мою, а я лишь замираю и слежу за его рукой на моей. Он лишь кончиками пальцев забирает мой телефон и откладывает его в сторону. — Я, конечно, понимаю, что за одну ночь Вы не успели выучить все определения, — я открыл рот: хотелось выступить в свою защиту, что я вообще-то повторял, но он продолжил. — И я знаю, что Вы сейчас скажете, что повторяли, а не учили, поэтому я поставлю вам ту оценку, которую вы захотите, если ответите мне на последний вопрос, без телефона. — Хорошо, — выдыхаю и чувствую тёплые губы на своих. Дыхание сбивается к черту, а язык проникает в мой рот. Он морально сильнее меня, и я позволяю ему быть главным, подставляясь под его ласки. Мужчина делает два мелких поцелуя в губы и смотрит мне в глаза, ожидая реакции. — Я хочу отлично, — хриплю я и позорно сбегаю, прихватывая телефон. Сердце бешено бьётся, и я хочу много курить и напиться к чертям. Мышца, качающая кровь, делает кульбит, когда я понимаю, почему он меня валил, почему столь предвзято относился.

***

В среду на экзамене я оказываюсь допущенным, и все удивляются, как именно я сдал с четвертого раза и на пятерку, а я опять пытаюсь сдержать ноющую боль в груди и бабочек в животе. "Я ему нравлюсь" — отдается где-то там в головном мозгу, и я оседаю по стене. Одногруппники пытаются помочь и узнать, что происходит, а я чувствую, что он смотрит, и вижу его взгляд через весь коридор. Карие, почти черные глаза смотрят сквозь меня, и мне кажется, что он видит душу, он знает, что я чувствую. Влад обеспокоен, но как только он делает шаг, я встаю и направляюсь к туалетам. И благо, что начинается экзамен, кабинки опустошаются, и я остаюсь в одиночестве. Если я опоздаю, ничего же не будет, преподаватель знает, что я тут. Облокотившись на раковину, я пытаюсь отдышаться и наконец вдохнуть полной грудью. Дверь открывается с характерным для всего здания очень противным скрипом, и я знаю, что это тот, кто заставляет меня чувствовать то, что я не хочу. Он кладет мне руку на плечо, резко поворачивает и сжимает в объятиях. — Арсений.. — лишь говорит он, оставляет мокрый поцелуй на моих губах и покидает меня. Слезы текут сами по себе, заставляя меня сжимать руки в районе груди, чтобы боль хоть немного отпустила. Когда каникулы подходят к концу, я надеюсь, что мы наконец-то будем освобождены от пар с Владиславом Николаевичем, но судьба играет со мной злую шутку. Преподаватель, который вел грамматику, резко уходит на пенсию, и теперь её будет вести никто иной, как тот, кто заставляет мое сердце болеть. Пропускать его пары становится решением, пока мы не узнаем, что в конце семестра будет экзамен, и долго я бегать от него явно не смогу.

***

Первая пара, на которую пришел Арсений, была в середине семестра. Отрицать то, что он ничего не выучил и опять будет ходить на пересдачу один на один, нельзя. Поэтому парень сейчас прячется на последней парте, желая остаться незамеченным. Преподаватель заходит в аудиторию и осматривает помещение, сразу понимая, кого нет. Когда их взгляды встречаются, он немного удивлен и в то же время рад, что парень наконец-то пришел на его пары. Он видел, как тот просиживает эту пару в столовой, он замечал его на улице через окно, он видел каждый раз и всегда хотел поговорить. — Арсений, останьтесь после пары, — все, что он говорит младшему за период пары. Обреченно опуская голову на руки, студент кричит внутри себя и, кажется, засыпает. Большая мужская рука поглаживает по голове, и парень просыпается. Когда до него доходит вся ситуация, мальчик резко отскакивает и таращится на учителя. — Владислав Николаевич, извините, я, похоже, уснул.. — лишь говорит он и ещё до того, как учитель хочет что-то сказать, сбегает с аудитории. Опять. Вечные побеги от преподавателя продолжаются ещё месяц, парень выбегает из аудитории первый, скрываясь где-нибудь, только бы не говорить с мужчиной. Вечер субботы должен был быть лучше остальных, так как домашнее задание сделано ещё на парах, а из планов только смотреть сериалы и пить что-то не крепче чая, ну может быть чуть-чуть крепче тоже. Телефон засветился от входящего сообщения и заставил Арсения напрячься. Владислав Николаевич: "Good afternoon. Арсений, прошу подойти Вас ко мне в кабинет после ваших пар. See you soon" Здравый ум покидает парня еще в момент прочтения сообщения от преподавателя, и на пары он не идет. Когда время их встречи проходит, а на улице уже темнеет, приходит оповещение. Владислав Николаевич: "Арсений, Вы взрослый человек, а ведете себя, как маленький мальчик. И зачем Вам избегать меня?" Арсений откровенно злится: как целовать его, так он не маленький, а как решил прогулять — так маленький. Арсений: "Вас я не избегаю. Завтра явлюсь после пар." Игрушка акулы из ИКЕИ по имени Антон летит в стену. Злость переполняет и мешает здраво мыслить. Утро наступает слишком быстро, пыл поутих, но обида всё ещё остается где-то в неприметном уголке. Когда пары закончились, Арсений летел в аудиторию учителя грамматики. Он без стука входит и видит группу, которая записывает темы рефератов, и выходит обратно. Когда все покидают аудиторию, парень входит тихо и закрывает дверь. Защелка издаёт характерный звук, и он подходит к столу. Преподаватель разворачивается на стуле и садится удобней. — Вы просили — я пришел, - парень улыбается совсем уж как-то нагло и становится между ног. — Что же ты мне скажешь на свое поведение? — преподаватель усмехается, ожидая дальнейших действий от парниши. Мальчик просто садится сверху старшему на бедра и обхватывает руками шею, будто не специально проезжаясь пятой точкой по бедрам. — Тут еще нужны объяснения? Экзамен проходит в дистанционном формате, Владислав Николаевич уверенно делает вид, что ему интересно, он ставит на автомате, потому что никто не знает, что худший ученик отрабатывает свои законные 100 баллов совсем не грамматикой.