- Спасибо

Он всегда был таким. Люди просто используют его в своих целях: бесхарактерный, слабый, не имеющий хотя бы капли воли человек. Такемичи Ханагаки прослыл плаксой. Чертовой плаксой. Приходя домой, ему хотелось бить, ломать и крушить все, что попадется под руку, но он сдерживался, лишь иногда царапая лезвием запястья. Неглубоко, слабо, просто чтобы отвлечься от душевной боли, переключаясь на физическую. Мама не знала. Да и не узнает. Такемичи хорошо умеет скрывать все, что с ним происходит. Возможно, ему стоило поговорить с матерью о проблемах, преследующих его, но после смерти мужа, то бишь отца Такемичи, она долго страдала и оправилась лишь недавно. Ханагаки видел, как она стала чаще готовить свою любимую еду, как она с утра задерживалась у зеркала, приводя свой внешний вид в порядок, как она стала чаще желать Такемичи доброго утра и спокойной ночи. И Ханагаки не хотел портить то, к чему она шла несколько мучительно долгих месяцев. Он всего-лишь подвергается школьному буллингу. Он сам справится. Обязательно. В очередной раз после занятий он попытался побыстрее уйти домой, даже не попрощавшись с Аккуном, который отошел всего на пару минут. Лишь бы те хулиганы снова не нашли его, лишь бы снова не поймали. Но они поймали. А ведь Такемичи оставалось пару шагов, и он бы сел в школьный автобус, который отвез бы его домой. Но крепкая хватка за рубашку повалила его назад. Цепкие руки обвили плечи, хулиган здоровался с ним так, словно они знакомы много лет и были друзьями, разделившими бутылку саке. Но это лишь игра на людях. И самое обидное, что Такемичи знал, знал, что другие видят, что они не друзья, что эти хулиганы издеваются над ним, но никто ничего не делал, никак не реагировал. И Ханагаки их не винил, все-таки эти ребята правда выглядели устрашающе. И хоть он не винил людей, но обидно было. Обидно до такой степени, что Такемичи укусил губу, чувствуя, как она становится горячее и кровь медленно затекает в рот. Больно, как же больно. - Э-эм.. Мне нужно д-домой.. Робкий голос Такемичи только заставил их мерзко рассмеяться, уводя за собой в сторону. Главарь этих хулиганов снова начал втирать ему какую-то чушь про то, что это "своеобразная забота" и они считают Такемичи своим товарищем. Камисама, неужели они реально думают, что он верит в эту херь? Как бы не так. - Сгоняй за едой, у старших ещё занятия есть, нам нужны силы, да, Такемичи-кун?~ Снова, снова этот мерзкий и неприятный тон, поддельно приторный, от которого хочется вырвать. Такемичи тошнит, но он сглатывает скопившуюся слюну и отрицательно мотает головой. У него нет денег. Эти идиоты забрали все еще позавчера. - Что? Ты отказываешься? Ты охуел, пацан? Взмах кулака и...и темнота. Такемичи крепко закрывает глаза, прикрывая голову рукой. Он уже знает, по каким местам его будут бить чаще. Он уже знает, что у него закончились запасы бинтов. Нога одного из ублюдков больно ударила в живот, заставляя Такемичи широко открыть рот. Они били его ещё некоторое время, пока не поняли, что уроки уже давно начались. Даже таким отбитым не хотелось связываться с администрацией школы. Оставив Такемичи валяться на полу за переулком, они спокойно свалили. Ханагаки кашлял, крови было много. - Такемичи! Знакомый голос беспокойно окликнул его. Ханагаки услышал звук быстро приближающихся шагов и поднял голову. - Аккун.. - он слегка улыбнулся. - Идиот. Ацуши поднял его с земли, перекидывая одну его руку через своё плечо и помогая идти. - Такемичи, ты должен был подождать меня. - холодный, укоризненный тон, бьющий в самое сердце. - Я не хочу ввязывать тебя в это. Как ты меня нашел? - Девушка из параллельного класса сказала, что ты тут. Она хотела помочь, но те ублюдки могут ударить даже женщину... Поэтому она позвала меня. Но я опоздал, тц. - Аккун, не вини себя. А кто эта девочка?.. - Тачибана Хината. - О-ого.. Такемичи слегка покраснел. Нет, не потому, что Тачибана девушка. Нет. Просто кто-то, кто даже не знает Такемичи лично, решил ему помочь. Пусть и не напрямую, но всё-таки... Ей было не безразлично, что его бьют. - Моей заботы тебе, значит, не хватает, да? Раз уж ты краснеешь от одного упоминания Хинаты. Аккун недовольно фыркнул, а потом оба весело рассмеялись. Такемичи был благодарен Ацуши за то, что тот всегда спасает его задницу, ищущую приключения каждые пять минут даже против воли хозяина. Красноволосый был прекрасным другом. Даже сейчас он помогал Такемичи дойти до дома и обработать раны. Закинул его вещи стираться и помог приготовить ужин. - Мама сегодня работает в ночную смену, оставайся на ночевку? Аккун пожал плечами. Ему нет причин отказывать. Так что он остаётся. Вечер проходит неплохо, они смеются, играют в видео-игры и смотрят какой-то сопливый романтический фильм, от которого Такемичи ревел ещё полчаса. А ночью... Ночью они молчали, смотря в потолок. Время ушло за полночь, но сна не было ни в глазу. Такемичи вздохнул. - Аккун, я правда слабак? - Ага. -Но ведь у каждого есть хорошие качества... Как же я? - У тебя тоже есть, Такемичи. Просто другие их не видят. Ханагаки непонимающе взглянул на Аккуна. Ацуши вздохнул и сел, начиная объяснять Такемичи все, что думает. - Мы с тобой довольно близки и дружим с детства. Я знаю все твои и хорошие, и плохие качества. Почему? Потому что мы друзья. А еще потому что у меня не ограниченный кругозор... - он отвел взгляд, а Такемичи рассмеялся. - Короче, люди видят то, что хотят видеть. Те мрази видят в тебе своего слугу и мальчика на побегушках, я же вижу доброго и наивного парня. А ты, Такемичи, себя не видишь. В зеркало смотришь - и не видишь. Мимо стекол и полированных поверхностей проходишь - и даже так не видишь. Понимаешь? - Мм.. В целом суть уловил. - Открой глаза, Такемичи. Пока ты не начнешь действовать, ничего не изменится. А теперь спи. После этих слов Аккун лег спать, отворачиваясь к стене и лежа на футоне. Такемичи перевел взгляд с Ацуши на потолок, а потом снова на друга. - И перестань лыбиться как идиот мне в спину! - красные уши выдавали смущение Аккуна даже в слабом лунном освещении. - Хаха, прости! - Ханагаки рассмеялся. - Спасибо, Аккун. Ты хороший друг. - Очевидно же, плакса. Ханагаки снова улыбнулся и закрыл глаза. Окунуться в приятную негу было облегчением. Возможно, Аккун ругал его сегодня не последний раз. Скорее всего, это повторится снова. Такемичи знает, что те ублюдки от него не отстанут. Они старше всего на два года, но намного выше и крупнее. Но что он может сделать? Ничего. Это продолжается уже слишком долго, чтобы пытаться что-то изменить. Такемичи вздыхает. Он в жопе.