Сборник имейджинов (Марвел)

— Чем ты удивишь меня сегодня, Пит? — увлеченная парочка бесцеремонно ввалилась в моё тихое убежище, собираясь, очевидно, уединиться. Миловидная блондинка обнимала парня, повиснув у него на шее. Нашептывая непристойности ему на ухо, она глуповато хихикала и требовательно терлась своей грудью о тело брюнета. Ее заводила собственная игра, а парень кажется просто хотел поставить очередную галочку в своем списке напротив имени девушки. Незаметно подглядывая за интересной сценой, пряча лицо за небольшой книжечкой, я чувствовала себя воровкой, которая крадет минуты уединения у парочки. — А ты кто еще такая? — блондинка недовольно смотрит в мою сторону, не отпуская своего парня или первого встречного мужчину, с которым она планировала переспать, не знаю кем он ей приходился, но я определенно разрушила её планы. — Это вечеринка, а не библиотека, — глядя на книгу в моих руках добавляет она и быстро переключает взгляд на брюнета, ожидая восхищенной реакции на отменную шутку. Но парень никак не отреагировал на слова блондинки, смотря сквозь нее на моё отражение в зеркале. — Вот именно! Это вечеринка, а не отель для перепихона! — брюнет удовлетворенно хмыкает, словно заранее знал, что я не оставлю колкость блондинки без внимания, и смотрит на свою спутницу с немым вопросом во взгляде "как она тебя, а?" Блондинка же в свою очередь закипала от ярости, но сдаваться не собиралась. — Найдем другое место? — гримаса ярости сменилась кокетливым похлопыванием ресниц и миленькой улыбочкой. Она игриво теребила парня за волосы, что жутко раздражало его. — Найду тебя позже, — вернувшись к чтению книги, исподлобья вижу, как брюнет хлопает свою пассию по заднице, провожая к выходу. Победоносно хмыкаю, радуясь своей маленькой победе. Кареглазый брюнет садится на кресло в викторианском стиле, упирается локтями в колени, поправляет указательным пальцем очки и сцепляет руки в замок, пристально изучает меня с дрожащей ухмылкой на губах. Чувствуя как взгляд карих глаз жадно поглощает меня и каждое моё движение, ограничивающееся перелистыванием книжных страниц, я не выдерживаю. — Что? — сталкиваюсь с карими глазами парня, внимательными, теплыми и парализующими, забывая о мимолетной злости. — Прекрати так смотреть на меня! — бурчу себе под нос нелепые слова и быстро опускаю глаза, возвращаясь к напечатанным буквам, не в состоянии прочитать ни одного слова. — Ты же не читаешь? По крайней мере сейчас, когда я здесь, — брюнет самодовольно улыбается и откидывается на спинку кресла, закинув ногу на ногу, разглядывая меня, сидящую на полу. — А ты привык, что все девушки сходят по тебе с ума, парализованные твоей красотой и небрежным отношением к ним, которые считают это сексуальной чертой твоего поведения и они не в состоянии отказать тебе, — выпаливаю все что, думаю о новом незнакомце и поджав губы от смущения, нахожу убежище на страницах книги, пряча свои пунцовые щеки. Пытаюсь сосредоточиться на прочтении предложений и как назло начинается важное и волнительное повествование о судьбе героев. — Считаешь меня красивым? — кончиком пальцев брюнет прижимает свои губы и ждет ответа. — Считаю тебя самовлюбленным сыночком богатенького папаши, который возомнил, что может получить всё, что пожелает его избалованная душа, — неприятная горечь обиды свела язык и мне тяжело дались последние слова. Мой отец привел меня на эту вечеринку, а я сбежала, не справляясь с роскошью окружающих богатеев. — Читаешь что-то неприятное или грустное? — непонимающе таращусь на некого Питера. — У тебя напрягаются и подрагивают пальцы на ногах, очевидно же, что прочитанный текст взволновал тебя. — Он так быстро меняет тему разговора, что я недоуменно молчу несколько секунду, обдумывая, как относиться к замечанию брюнета. — Довольно внимательно для человека, который видит меня первый раз в жизни, — непроизвольно двигаю пальцами ног и только заметив, что Питер насмешливо глядит на мои ступни, я начинаю вращать стопами, лишь бы показать, что его замечание нисколько не влияет на меня. — Ну так я, — кареглазый плавно опускается на колени, как лев, затаившийся на охоте и ожидающий удачного момента для нападения на беззащитную жертву, замирает на одном уровне с моим лицом, — всегда внимателен к девушкам, которых планирую хорошенько трахнуть в недалеком будущем. — Он поправляет очки и его губы искривляются в неприятной ухмылке, от которой, однако, сводило каждую клеточку тела. — Прости? — изумленно таращусь глазами олененка на лицо брюнета в опасной близости. Я расслышала каждое слово кареглазого обольстителя, но моя внутренняя неуверенность истошно вопила, требуя повторить сказанное. — Я внимателен к девушкам, которых в будущем планирую трахнуть, — он повторяет свои слова в той же грубой и небрежной манере, в глубине души я начинаю понимать, что именно льстило девушкам в подобном обращении: они страстно желали отдаться во власть парню, который прекрасно знает чего они жаждут. — Привык, что все девушки дают тебе, — закрываю книгу, читать бесполезно, я не понимала смысла, а буквы прыгали перед глазами. — Я же сынок богатенького папаши и получаю всё и всех сразу! — Питер шипит мне на ухо, опаляя горячим дыханием с отдаленным привкусом темного шоколада и садится рядом полубоком ко мне. Я подгибаю ноги и не желая показывать свою уязвлённость, в ответ разворачиваюсь к нему и наши лица вновь на одном уровне, разделяемые жалкими миллиметрами. — Милые очечки, — перевожу тему, нелепо улыбаясь и быстренько снимая оправу за тонкую душку. Питер обескураженно моргает, чувствуя себя уязвимым без защитной детали своего образа. — И не настоящие, — я фыркаю, опечаленная таким маленьким казусом. — Как глупо! — аккуратно одеваю черную оправу Питеру, кончиками пальцев нечаянно касаясь его лица. Невидимая и тонкая рябь пробегает по мышцам под кожей и сбрасывая оцепенение Пит поправляет очки на переносице так, как ему удобно. — Очки без стекол, как книга без букв, два способа спрятаться от окружающего мира. В моем случае — это полное отстранение от общества, в твоем — ты, скрывающий себя настоящего, но окруженный постоянным вниманием. — Печально вздыхаю, беру своего спутника за руку, ощущая тепло мужской ладони и кладу на свою ногу. Карие глаза брюнета вспыхивают лихорадочным, но быстро угасающим огнем, словно внезапный порыв страсти и желания сменился умиротворением и покоем, которые он обрел в компании родственной души. — Возможно, у нас с тобой больше общего... — Питер не договаривает, рассматривая меня новым чувственным взглядом, пока я увлеченно управляла его теплой ладонью, которая приятно поглаживала мою ногу, но я понимала, о чем он говорил.