Под звуки фортепиано

- Слушай, картинка просто супер! Посмотри, посмотри! - режиссёр восторженно тычет в монитор пальцем, призывая своего коллегу восхититься. - Гарри, Гарри, подойди! - зовёт он Стайлса, чтобы тот тоже оценил получившийся результат. Гарри, стоявший на камнях, где только что снимали фрагменты для клипа "Golden", рассеяно обернулся на звавший его голос. Рука, с изящными пальцами, перебиравшими воображаемые клавиши пианино застыла в воздухе. Бену Тернеру пришлось позвать Гарри ещё раз, чтобы тот наконец-таки подошёл. - Круто выглядит. - С удовлетворённой улыбкой на лице высказал своё мнение Гарри, посмотрев только что отснятое. Его пальцы на опущенной руке опять играли воображаемую мелодию. Бен радостно хлопнул в ладоши. - Что ты постоянно делаешь? - ткнув указательным пальцем на музыкальную руку поинтересовался Гейб. - Уже не первый раз замечаю. Сперва Гарри не понял, о чём речь, а потом, сказав: "ах, это!", улыбнулся. - Так, привычка, оставшаяся ещё с подростковых лет. - Отмахнулся он, мысленно надеясь, что режиссёры не захотят вникать в подробности. Гейб с интересом посмотрел на Стайлса, потирая подбородок двумя пальцами. Стайл, беря свою футболку, решил перевести тему. - Мы же уже тут закончили? - на всякий случай уточнил он, прежде чем натянуть одежду. Получив, как и ожидалось, удовлетворительный ответ, парень оделся и дождавшись, пока камеры и прочее погрузят по машинам, сам уселся в одну из них. Хоть дневные съёмки были закончены, это не означало, что и вся работа на сегодня закончена. Впереди команду ожидали вечерние съёмки, сулившие прекрасные закатные кадры. До нужной локации доехали быстро, что обрадовало Гарри: погода была такая хорошая, что долго сидеть в душной машине совсем не хотелось. Вырвавшись на свободу, парень широко раскинул руки, впуская в лёгкие свежий вечерний воздух Италии. Полюбовавшись великолепным видом, открывавшимся с места съёмок, Гарри получил приказ от режиссёров: нужно переодеться в костюм. Без промедлений Стайлс направился к фургончику. Отыскав на вешалке комплект одежды для вечерней съёмки парень быстро одел его. Захватив белые в мелкую дырочку перчатки, он выскочил из фургона. Отрапортовав режиссёрам, о своей готовности, Гарри принялся пританцовывать, напевая песню, для которой собственно и снимался клип. Сейчас им нужно было доснять лишь несколько сцен и главным и единственным условием было просто попадать в слова, в остальном же у Гарри была полная свобода действий. - Стоп! Снято! - восторженно прокричал Бен, когда сцена возле машины, на которую певец элегантно наклонился, была отснята. - Всё просто чудесно! - захлопал он. - Пересматривать будем? - спросил Гарри. - Вдруг косяк какой где. Усевшись перед монитором, команда принялась отсматривать материал. Его было не очень много, поэтому занятие это было недолгим. - Мне всё нравится. - Улыбка красовалась на лице Гарри. Он действительно был доволен результатом. - Ну не знаааю... - протянул Бен, - меня тут одна сцена смущает как-то. Сейчас покажу. - Тернер быстро нашёл нужный фрагмент и кликнул "запуск". Режиссёра не удовлетворила сцена, где Гарри под звуки фортепиано имитирует в воздухе нажатия клавиш. "Слишком банально" - такой вердикт он сделал. - Предлагаю заменить этот фрагмент на друугооой, - он принялся перелистывать, в поисках того самого, - вот он. - Но не успел режиссёр включить, как Гарри прервал его. - Мы не будем ничего менять. - Голос звучал твёрдо. - Мне нравится, как это выглядит. - Но лучше будет выглядеть другой фрагмент. - Настаивал режиссёр. - Давай хотя бы посмотрим. К тому же, я понятия не имею, откуда взялся этот кадр... мы вроде его не снимали. - Нет. - Упрямо повторил Стайлс. - Мы оставим его. Круто же вышло. - Не спорь с ним, Бен. - Вмешался в спор Гейб. - Хочет человек оставить это, значит так нужно. В конце концов, это же его клип. - Ладно! - сдался Бен. - Ваша взяла. Гейб подмигнул Гарри. Он наблюдал за ним целый день и понял, что для Стайлса это движение очень важное, очень личное, раз он использует его так часто и чаще всего даже неосознанно. Вот и сейчас, когда снимали, фрагмент, за который Гарри так боролся, сняли совершенно случайно: забыли выключить камеру и Стайлс, явно думавший о чём-то своём, перебирал пальцами по воздуху. Удивительно, но это так гармонично вписывалось в концепцию видео, что Гейб, увидев, сразу понял, что они обязаны это оставить. И так, съёмочный день был завершён. Гарри, уставший, но чертовски довольный, прощался с командой, ибо та хотела отметить успешные съёмки, а Стайс мечтал о мягкой кровати. Конечно, ребята пытались убедить Гарри поехать с ними, но тот был не приклонен. Довольно быстро добравшись до отеля, а потом и до номера, парень, не разуваясь, рухнул на кровать. Волна облегчения разилась по уставшему телу. Пролежав минут пятнадцать лицом в подушку, Гарри всё же нашёл в себе силы встать и принять душ. Холодные струи помогли немного освежиться и спать теперь хотелось чуть меньше. Набрав номер ресепшена, Стайлс заказал себе в номер еды. Пока её не доставили, парень включил ноутбук, расположил его на кровати и улёгся рядом. Выбирать что посмотреть не пришлось долго: на глаза почти сразу попал "Дневник памяти", который Гарри уже смотрел, но с удовольствие был готов делать это снова и снова. "Чёрт!" - ругнулся в голове Гарри, когда понял, что опять делает это дурацкое движение рукой. Всё же Гейб был прав и он, Стайлс, повторяет его слишком уж часто. Ну а что поделать? Привычка. Неосознанная привычка, на которую Гарри уже перестал обращать внимание. Привычка, которую он перенял от того, кто был ему безумно важен. В дверь постучали. Быстро встав, парень забрал еду и, поставив её на прикроватную тумбочку, опять улёгся на мягкий матрас. Если честно, есть уже расхотелось, но Гарри заставил себя съесть хотя бы немного. Закончив с трапезой, Стайлс понял, что сегодня фильм его не привлекает так, как это бывает обычно. Свернув вкладку, он закрыл ноутбук. Сменив халат на повседневную одежду, певец решил что прогуляться - это хорошая идея. Заперев номер, он по лестнице спустился в холл и остановился. Прекрасная чарующая музыка разносилась по помещению. Статный, сидевший к нему спиной музыкант исполнял какую-то знакомую мелодию (Гарри никак не мог вспомнить названия), на большом, покрытым лаком, чёрном рояле. Он замер, заворожено глядя на исполнителя. На секунду ему даже показалось, что знает игравшего... нет. Показалось. Простояв ещё пару минут, Гарри, разочарованный, покинул холл - музыкант закончил игру. Температура на улице не изменилась за тот час, что Гарри провёл в своём номере. Бродя по улицам, он сам не заметил, как вышел к какому-то небольшому парку с деревянными скамейками с изящными спинками. Примостившись на одну из них, Стайлс запрокинул голову, смотря на небо. Ему почему-то стало грустно после того, как музыкант закончил игру... это напомнило, что всё этом мире, даже самое прекрасное, имеет конец... как и их история. Чёрт! Опять эти мысли и глупые воспоминания о нём. О Луи. Гарри каждый раз одёргивал себя, когда непрошенные мысли залазили в голову, но это помогало плохо - они снова возвращались, и тогда Стайлс уже не мог бороться. Он мирился и принимался вспоминать.

***

В свой выходной Гарри проснулся намного позже обычного. Хоть шторы были плотно занавешены, это он понял ещё до того, как взглянул на часы. Как? Рядом не было Луи, который всегда встаёт позже, чем он сам. Сладко потянувшись, Стайлс нехотя поднялся с кровати. Не заправляя постель, он вышел из спальни и пошёл на звук: в зале Томлинсон, кроме него некому, играл на фортепиано. - Проснулся, соня. - Прервал Луи свою игру, увидев сонного Гарри, идущего к нему. - Доброе утро! Я уже хотел идти тебя будить. - Доброе утро. - Улыбнулся Гарри. - Почему ты перестал играть? Лу хитро улыбнулся. Стайлс всё понял без слов. Ну конечно, Томлинсон хочет, чтобы его ученик сам что-нибудь сыграл. Притворно тяжело вздохнув, Гарри подошёл к инструменту и плюхнулся на софу рядом с Луи. Выпустив воздух из лёгких, Стайлс быстро попытался вспомнить всё то об игре, что ему говорил Лу. Конечно, только проснувшись, это было сделать сложно. Наконец вытащив из памяти хоть какие-то кусочки и решив, что сыграет он самую простецкую мелодию, Гарри опустил пальцы на клавиши. - Ну нееет! - сразу оборвал его Лу. - По-другому пальцы себя ведут на клавишах! - Он продемонстрировал нужное положение сперва в воздухе, а затем на клавишах. - Понял? Гарри кивнул и опять допустил ту же ошибку. - Хазза! Ты безнадёжен! - рассмеялся Луи. - Вытяни руку. Гарри без колебаний протянул руку вперёд. Томлинсон своим указательным пальцем поочерёдно начал опускать каждый пальчик на вытянутой руке Гарри, показывая, как это должно выглядеть на клавишах. Сам Лу часто неосознанно проделывал такое движение пальцами, когда задумывался, поэтому Гарри примерно понимал, что от него ждут, но всё равно идеального результата у него не получалось, как бы он ни старался. Парни просидели так минут десять, пока Стайл не простонал, что хочет кушать и больше не в силах играть. Лу, хоть и нехотя, отпустил своего ученика завтракать. Пока Хазза заливал хлопья апельсиновым соком, Лу принялся играть. Боже, как чудесно он это делал! Гарри каждый раз просто растворялся в его игре, хотя не было в ней ничего особенного, как говорили все.

***

Эта мелодия, которую Луи исполнял в далёком подростковом возрасте, звучала сегодня в холе. Может быть поэтому Гарри и стало так грустно, что она закончилась... ведь закончилась не только эта песня, но и ещё одна...

***

- Я хочу научиться играть эту мелодию. - С полным ртом хлопьев проговорил Гарри. - Это рановато для тебя. - С доброй усмешкой сказал Лу. - Всё равно хочу! - настойчиво повторил парень. - Такой ты упрямый, Хазза. - Хихикнул Томлинсон. - Может со временем у тебя получится, но сейчас точно нет. Ты даже пальцы не можешь правильно поставить.

***

Гарри, сидя на лавочке, горько улыбнулся: он так и не выучил эту мелодию. Конечно, благодаря Луи он освоил пианино и играет сейчас весьма недурно, но для этой музыки раньше ему не хватало навыков, а сейчас... сейчас он не может выносить этих нот, так сильно напоминавших ему прошлое. Разумеется, это прошлое было прекрасным, но от этого вспоминать его было только больнее.

***

С того утра Гарри поставил себе чёткую цель: выучить эту песню. Каждый свободный день он занимался, заставляя Лу учить его, снова и снова объяснять ту или иную информацию, показывать положение рук и пальцев. Парня забавляла такая целеустремлённость, но он поддерживал Стайлса, ведь обожал видеть его лицо, озарённое улыбкой. - Ты почти молодец. - В один из разов сказал Луи, со спины обвивая шею сидевшего парня руками и чмокая его в щёку. - Завтра трудный день, ты помнишь? - заботливо спросил он. Гарри кивнул. Завтра и правда предстоял непростой день: репетиция, концерт, а потом деловая встреча. Поднявшись с софы и опустив крышку фортепиано, Стайлс направился в душ. Луи, уже проведя все ванные процедуры, валялся на кровати, залипая в телефон. Зейн скинул ему мем, прочитав который, он в голос рассмеялся. Продолжая листать ленту, парень мельком глянул на часы: перевалило уже заполночь. Тяжело простонав и проверив, что все три будильника заведены, одному он не доверял, Лу отложил телефон и рухнул на мягкую подушку. Гарри присоединился к нему только через пару минут. Упав рядом, он тоже проверил свой телефон, убрал его на тумбочку и погасил прикроватный светильник. - Ты спишь? - прошептал он. Вместо ответа Лу повернулся к нему лицом и обнял. Лицо кудрявого расцвело улыбкой. Пальцами он подлез под ладонь Лу и взял его за руку, крепко сжав и поднеся к губам. Поцеловав, он прислонился к ней щекой. Томлинсон придвинулся ближе и, облокотившись на свою вторую руку, привстал. Глаза уже привыкли к темноте помещения, поэтому он чётко различал черты гарриного лица. - Мне так нравится на тебя смотреть. - Не скрывая восхищения, негромко сказал Лу. Ему не нужно было видеть, что парень улыбается. Он это просто почувствовал. Закусив нижнюю губу, пробежал глазами по родному лицу и, наклонившись, оставил в уголке губ нежный поцелуй. Гарри каждый раз смущался и мурашки бежали по всему телу, когда Луи так делал. - Я люблю тебя... - прошептал Стайлс настолько тихо, что если б Лу не был так близко к нему, ни за что бы не услышал. - Я люблю тебя, Хазза. - Очередной поцелуй, но уже не в уголок, а в сами губы. Чуть приоткрыв рот Гарри подался вперёд, чтобы углубить поцелуй. Его язык скользнул по чужим губам и проникнул внутрь, превращая нежность в страсть. Лу с удовольствием отвечал на это, запустив руку в кудрявые, ещё немного влажные волосы. - Так-так. - Нехотя отстранился Луи. - Я знаю, куда это сейчас заведёт. - Игривым голосом сказал он, но потом разочаровано добавил: - но давай не сегодня, завтра нужно рано встать. Гарри обижено надул губки, чем рассмешил Лу, который опять наклонился, чтобы чмокнуть его в лоб. - Сладких снов, малыш. - Доброй ночи. Утром ребята даже не проспали и приехали на площадку вовремя. Репетиция прошла просто чудесно, никто, даже Гарри, не косячил. Перед самым выходом на сцену, впрочем, как обычно, Лу немного волновался, но, перехватив взгляд Гарри, молча говоривший: "Всё будет хорошо!", тревога немного отступила. На сцене все переживания ушли полностью: Луи просто полностью отдался выступлению. Он обожал сцену, обожал выступать, петь и смотреть, как это делает Гарри. Конечно, менеджмент ругается, когда он слишком уж сильно и очевидно пялится на Стайлса, но временами тяжело было совладать с соблазном. Вот и сейчас, когда сам Лу стоит через Лиама от Гарри с вытянутой рукой и играет на воображаемом пианино момент из исполняемой песни, голова сама невольно поворачивается в его сторону. Улыбка прямо так и растекается по лицу. Гарри тоже стоит с вытянутой рукой и повторяет эти движения пальцами с очень старательным лицом. И боже! У него получается идеально! С искренним восхищением и гордостью, продолжая улыбаться, Лу смотрит на Хазза и, противясь собственной воле, отворачивается, однако, улыбка с лица уходить никак не хочет. Если честно, о том, что всё получилось идеально, Стайлс узнал только после концерта, когда Томлинсон, оттащив его в сторону, с горящими глазами сообщил ему это.

***

Взрослый Гарри даже спустя много лет искренне улыбнулся, когда слова: "Хазза, ты просто умница!", прозвучали в голове. С того момента-то Стайлс, как и Лу, начал время от времени спонтанно играть по воздуху, а позже это и вовсе вошло в неосознанную привычку. Первые капли дождя начали тихо стекать на землю с небес. Нехотя, но Гарри встал и пошёл обратно. По дороге он снова и снова вспоминал всё то, что было в голове в парке. Грусть, нежность, тревога, облегчение - все эти чувства смешались вместе и парень не мог понять, больше ему хорошо или больно от этого воспоминания. Хотя, одно он знал точно: он скучал. Скучал по тому времени, хотя и пытался забыть его. К сожалению, оно принесло не только теплые, но и ужасные моменты. Скучал по Луи... его рукам, поцелуям, фразам, жестам, привычкам. И сегодня, решив оставить это очевидное тайное движение в клипе, подсознательно Гарри надеялся, что он всё поймёт. Дождь усилился. Теперь он падал с лица солёными каплями.