Терпение

      Драко листал журнал «Магический выбор. Еженедельник». Дурацкое название, но само содержание было важным и даже острым. Список вакансий в самом конце, притаился где-то за рецептами кексов и пудингов. Долистав до него, Драко со всем усердием изучил список открытых должностей.       — Уборщик за мини-театром пикси — мимо. Помощник зельедела в Даптауне? Нет, Северус будет против. Ликвидатор проклятий с сокровищ в Гринготтсе? Папа не позволит — это опасно… — Драко отбросил журнал. Очень не хочется быть приживалкой в доме Кингсли. Хочется быть собой, а не мужем министра.       Камин тихо сработал и второй раз за день один смущенный министр предстал перед Драко. Юноша поджал губы и подтянул ноги к груди, выражая свое полное нежелание общаться.       — Привет.       — Виделись уже.       — Чего журнал на пол бросил? — Кингсли поднял журнал и сел напротив Драко в кресло.       — Бесполезная макулатура. Брось в камин, будь добр. — Драко повелительно повел рукой.       — Почему ты расстроен? — Кингсли говорил мягко и вкрадчиво, стараясь не провоцировать на себя чужую агрессию.       — Я искал вакансию, хоть что-то. Но все не то, какая-то ересь, какой-то мини-театр пикси — это что за ерунда? — Драко силился представить себе выступление такой труппы, но что-то плохо выходило.       — Там пикси играют роли, летают в декорациях… — Кингсли повел журналом по воздуху.       — И как только защитники животных это допускают?       — Тебе их жалко?       — Ни капли. Локконс в начале своей скоротечной карьеры натравил на нас целый выводок. Они схватили Лонгботтома и подвесили на крюк от люстры, представляешь? Этот придурок так орал и руками размахивал, а пикси все книжки разорвали. Хотя, книги Локконса и не жалко. — Драко спустил ноги с дивана. — Ладно, поностальгировали и хватит. Что приперся?       — Я к Люциусу пришел. И к тебе тоже.       — Видишь, его тут нет. Иди домой. — Драко встал, намереваясь оставить министра в одиночестве.       — Постой, ты хотел бы учиться дальше? Ты ведь хочешь карьеру сделать? В какой области? — Кингсли цеплялся за ниточки разговора.       — Понятия не имею. Я мониторю вакансии в надежде, что найду хоть что-то, против чего не будет отец. Есть вот ликвидатором проклятий в Гринготтсе…       — Никогда! — Кингсли швырнул журнал в камин. Глянцевая бумага вспыхнула в секунду.       — Ну вот, теперь еще с твоим мнением прикажешь считаться? — Драко обиженно скрестил руки на груди.       — Ты никогда не задавался вопросом, почему эта вакансия постоянно мелькает в подобных журналах? А я тебе отвечу, просто помирают они часто!       — Ты гонишь! — Драко надменно скривил губы.       — Ничего подобного. Парочку в год хороним с почестями.       — Если это так опасно, то почему туда идут работать?       — Деньги, Драко. Хорошая зарплата. Нужно же чем-то мотивировать. — Кингсли откинулся на спинку кресла. — Драко, пожалуйста, перед тем, как куда-то устроиться — расскажи мне, ладно? Я хочу быть в курсе этого, мне это важно. Вдруг ты выберешь что-то неподходящее.       — Например? Выдай список запрещенного сразу, я же раб бессловесный, мне можно запрещать и указывать. — Драко сел на диван и демонстративно отвернулся от министра. Кингсли упер локти в колени и сжал голову руками.       — Ну, опять. Драко, никто ни в чем тебя не ограничивает. Ни капли. Ты свободный человек. Просто есть весьма неподходящие должности.       — Например?       — Например, работа в сомнительных барах. — Кингсли загнул палец. — Там к тебе будут приставать — я это точно знаю, контингент такой. Еще и я, и твой отец будем против опасных специальностей, ведь ты нужен нам живым и здоровым.       — Что, если мне вдруг ногу оторвет, то все? Разлюбил? Прошла любовь — завяли помидоры? — Драко хмыкнул.       — Ну что ты, ты ведь и сам страдать будешь. А я люблю тебя любым. Даже без ноги.       — Вот-вот, без мозгов же тебя любят. Почему бы и без ноги не любить? — Люциус легким шагом спускался по ступенькам. В домашнем халате и с небрежной косой. Такой домашний и уютный, но лицо уставшее и недовольное.       — Папа, ты давно пришел? — Драко удивленно взглянул на отца, пропустив оскорбления мимо ушей.       — Достаточно давно. Приводил себя в порядок после работы. Я так понимаю, что ты хотел бы начать свою карьеру? Не торопись, сынок, у тебя есть возможность понаблюдать и прицениться. Мы, слава Мерлину, не бедствуем.       — Надоело дома сидеть. И наши деньги совсем не при чем.       — Какие еще деньги, все ваши счета арестованы! — Кингсли удивленно округлил глаза.       — Драко, я так понимаю, что в нашем трио за интеллект отвечать буду я, а не вы оба. — Люциус довольно усмехнулся, отпуская вторую за вечер колкость. — Ты действительно думал, что я позволю министерству магической Британии запустить свои щупальца во все мои активы? Вот еще! Конечно же, я оставил некоторые средства на свою безбедную старость. Еще я кое-чего отложил на свадьбу Драко и первые годы его семейной жизни. Ну, знаешь, помощь молодой семье. Я ведь думал, что Драко женится на славной чистокровной девушке.       — Опустим лишнюю лирику, никаких девушек, у вас есть я. Где эти деньги?       — А тебе зачем? — Люциус прищурился. — Пускай будет неприкосновенный запас. А ты, раз уж метишь в мужья формально обанкроченным потомкам известного рода, то будь любезен исполнять свои обещания.       — Я тебе ничего не обещал. — Кингсли сложил руки на груди.       — Ну как это? Ты говорил, что у тебя есть семейный капитал, что возьмешь Драко на обеспечение. Имей в виду, я сына в роскоши растил. Он привык вкусно и разнообразно кушать, привык к хорошей одежде и дорогим вещам.       — Папа! — Драко смутился. По его лицу пошли некрасивые красные пятна.       — А что? Я правду говорю. Ты мальчик слабо подготовленный к лишениям. Если министр желает быть твоим мужем, то пускай готовится уже сейчас. А я так и быть — перебьюсь. Сам о себе позабочусь. Ну что, Кингсли, готов к официальному браку?       — Готов, но я хочу подробнее знать о твоих тайных капиталах.       — Только через мой холодный труп, Шеклболт. — Люциус елейно улыбнулся.