Верить. Ждать. Любить.

Радостно вышел из самолёта и поспешил на трансфер, в отель, который находился в самом центре города. Доехали довольно быстро, оно и понятно — VIP-сервис. Зазвонил мобильник, как только оказался в номере. — Да, брат? — Рад слышать, Гриша, очень рад. Как долетел? Как заселился? — О-о-о, спасибо, прекрасно. Представляешь, полчаса отнимал у араба или как его там свой чемодан, пытаясь объяснить, что донесу сам. Вот эти черти, нифига по-русски не понимают! — Ну ты зря-зря, тут многие наш язык знают. А насчёт этого перца — будь уверен, он тебя запомнил, мстить будет. — Да что он мне сделает? — рассмеялся, — Ладно, ты ведь не болтологией заниматься звонишь, верно? — Как всегда в точку, Григорий Викторович, — засмеялся, — Может, посидим сегодня вечером у меня? Обещаю накрыть самую шикарную поляну! — Заманчиво, более чем. Куда подъехать? — Ничего не нужно, мой водитель заедет за тобой. — Жируешь, Толян. — Могу себе позволить. Бай. — Пока-пока, полиглот, — заржал и сбросил вызов. Оглядев пространство, пришёл к выводу, что тут есть всё, кроме такого желанного сейчас арбуза. Помнится, каждый раз Ирина просила купить его… Нет, не надо о ней. Решил посетить одну из местных, можно сказать, достопримечательностей — огромный рынок. Переоделся в шорты и цветастую рубаху и вышел из номера, прихватив любимые солнцезащитные очки. Шёл неспеша, рассматривая природу вокруг и городских жителей. Женщины как одна были одеты в паранджу и из-за этого становились похожими друг на друга. Уважал менталитет, был согласен, что так намного лучше, чем бордели и проститутки на каждом углу, и многие, кто к этому не относится, тоже одевались далеко не целомудренно. Множество деревянных прилавков с яствами запестрели перед глазами. Что только не продавали тут — от ковров до красных налитых яблок. Бродил между рядами, внимательно рассматривая всё и выбирая что-то в качестве сувениров для семьи. Словно какое-то волшебство, его взгляд зацепился за прилавок с амулетами. Подошёл и стал искать имена друзей и знакомых, читая их значение и, соответственно, название амулета. Наткнулся на имя «Ирина»… Что-то больно кольнуло в районе сердца. Подумал, что в такой толпе, где незнакомый язык слетает с уст каждого, непонятно, то ли из-за плохого самочувствия ты слышишь гул, то ли из-за того что язык тебе не знаком. И вдруг где-то совсем рядом он услышал низкий, мягкий женский голос. Её голос! Показалось? Наверное, так. Несколько фраз, и каждое слово, каждая буква звучала так, как звучала из уст Аллегровой. Незаметно подошёл ближе. Женщина в парандже стояла у прилавка с яблоками и разговаривала с торговкой. — Нет, Сули, ты не понимаешь, Хаджи просил самые свежие! — возмущалась. — Прекрати орать, Гюль, я только сегодня эти привезла, они свежие. — А то я не вижу, что им дня три уже! Ладно, что с тобой делать, эти возьму, — строго кивнула. Женщина начала набирать яблоки в сумку, а мужчина наконец выпал из оцепенения. Неужели она? Но как? Гюль уронила яблоко. — Ой! — закусила пальчик через паранджу. Её привычка! Присел на корточки и подал яблоко женщине, взглянув ей в глаза. Нет сомнений, это она! Она! Её глаза! — Ира… — выдохнул. Женщина испуганно отвела взгляд, но затем снова посмотрела на него. — Мужчине не подобает так долго смотреть на женщину, господин, — произнесла торговка, — Гюль, неси яблоки, скоро обед. — Да, ты права, — запоздало ответила. Засмотрелась на мужчину, что-то в нём было завораживающее. — Это главная жена Хаджи, одного богатого человека, не советую засматриваться на неё. Впрочем, ты можешь посетить его «Лампу». Мужчина кивнул. Как жена? Чья жена? Побежал за Гюль, стараясь быть незамеченным. В мыслях было лишь одно — это Ира, он не мог ошибиться. Гюль шла уверенно, не оборачиваясь до самого дома. С торца здания висела небольшая вывеска, написанная на русском языке: «Лампа для вашего джина». Звучало очень странно, быть может, хозяин дома решил назвать кафе в честь своей любимой сказки? Дверь в заведении оказалась запрета, и тут из-за угла послышалось: — Ты заходи после одиннадцати, господин, будет открыто. Речь с акцентом в другой момент бы рассмешила, но сейчас Лепсу было никак не до смеха. Только что женщина зашла именно туда. Пришлось вернуться в отель. Подходя к зданию, увидел чёрный лимузин, рядом с которым стоял молодой русский красавец. — Григорий Викторович! Я за Вами! Молча сел в машину, и они уехали. Дом Анатолия оказался огромным, весь в золоте и мраморе. — Боже, Толик, что за пафос, — не удержался от комментария Григорий, выходя из машины и замечая встречающего его друга. — И тебе добрый вечер, Викторыч, — усмехнулся. Мужчины крепко обнялись. — Ну что, какие планы на отпуск? Чего Ирину свою с собой не взял? — Толь, она пропала… Год назад, — тяжело произнёс. — Та-ак, а почему мне не сказал? — грозно, — Я бы нашёл, мы бы нашли. Давай рассказывай всё, а я тебе помогу, — повёл Гришу к бассейну, у которого уже было накрыто. — Толян, тут такое дело… — Говори! Живо! — Я её, кажется, сегодня нашёл. — Где? Как? — Видел на рынке. Она была в парандже. Торговка сказала, она вышла замуж… — Быть того не может! Чтобы она тебя бросила и к нашим уехала? Бред! Я Ирину Александровну знаю, женщина она серьёзная, если влюбилась, то всё, с тобой будет, до поры, пока ты сам уйти не захочешь или не изменишь. — Я никогда! — возмущённо. — Сядь, Лепс. — Толь, а что за кафе такое «Лампа для вашего джина»? — Это не кафе, Гриш, это бордель Хаджи Сана. Она туда зашла? — догадался. — Да, — шокированно, — Ира в борделе у какого-то козла?! Да я ему! Название такое ещё… Мерзость! Убью! — Сядь, Лепс! Значит так, мы ни в чём пока не уверены и доказательств нет. Вот что, сегодня пойдёшь туда, закажешь её на ночь, а там посмотрим. По ситуации звони мне, хорошо? — Договорились. — Накатим. — Согласен, — хмыкнул и осушил рюмку, — Ну, бывай тогда. — Э нет, брат, так тебя оттуда быстро выгонят. Пойдём, я тебе свою одежду дам, в такой тебе самую лучшую дадут. — Да мне Ира нужна! — А ты думаешь, она не лучшая? — усмехнулся. — Ты прав, — нервно рассмеялся. — Пошли. Через час Григорий уже был в отеле. Обдумывал план дальнейших действий, но, как назло, все имели какие-то неточности. Однако был готов на всё, чтобы вытащить её. Чтобы скоротать время, смотрел кино, читал книгу, но всё равно не переставал думать о ней. Дождавшись открытия борделя, пошёл туда. Поджилки тряслись от волнения перед встречей. — Добрый день, господин, — оживился работник сего заведения, оглядев мужчину. — Приветствую. Можно мне женщину на ночь? — Конечно! — воскликнул и сказал что-то на своём языке. В просторный богатый зал тут же вбежали десять женщин. Все в чёрном одеянии, как и подобает там. Лепс медленно прошёлся вдоль ряда девушек, делая вид, что выбирает, на деле же искал Ирину. Её не оказалось среди женщин. — Мне нужны не эти. — Каких же вам надобно? — удивлённо. — Мне нужна Гюля. — А, вы у нас не первый раз? Конечно, минуточку. Надеюсь, вы знаете, сколько стоит ночь с ней? — С деньгами проблем нет, — ушёл от прямого ответа. Девушки разошлись, и в зал вошла она. Гюля. — Добрый вечер, Гюля, — улыбнулся. — Уже ночь, господин, — усмехнулась. — Пойдём со мной, — позвал. — Друг, у нас нельзя… — заикнулся было охранник, но Лепс остановил поток его речей. — Думаю, этот чемодан вас убедит, — усмехнулся и отдал мужчине кейс с деньгами. — Более чем, отдыхайте, — алчно усмехнулся, скаля зубы и провожая Григория с дамой взглядом. Ему такая не по кошельку. Пара шла по аллее, в конце которой и находился отель. — Ты ведь тот самый мужчина с рынка? — спросила. Чувствовал дрожь в её голосе. — Да, тот. Не бойся, — мягко сжал её руку. Тут же отдёрнула её. — Пожалуйста, не здесь. Боится его. Страшно боится, а он даже не знает, как успокоить её. Шли до номера молча. Села на кровать и беспокойно глядела на него. — Как Вас зовут? — спросила, пока он плотно закрывал шторы. — Гриша. — Григорий? — Называй Гришей. — Хорошо, Гриша, — улыбнулась, но, как только он сел рядом, улыбка исчезла с лица. — Я вижу, как ты боишься, — мягко провёл ладонью по лицу. — Прости, я всё порчу. Я не могу без любви, это как… как изнасилование… — выдохнула, — Забудь, забудь, что я сказала! Всё хорошо. Давай начнём! — опомнившись, вскрикнула и, встав с места, начала задирать полы одеяния наверх. — Прекрати! — заставил отпустить ткань, — Мы не будем. Просто поговорим, хорошо? Ошарашенно посмотрела на него. — Как не будем? Ты шутишь, да? — недоверчиво. — Нет, Ира, не шучу! — хмыкнул. — Я не Ира, — помотала головой, — Ты меня с кем-то перепутал, — села на кровать. — Я знаю, что тут все тебя зовут Гюль. Но ты — Ира. — Зачем ты врёшь?! Решил издеваться надо мной?! — грозно. Совсем не похоже на покорных пакистанских женщин. — Я хочу тебе кое-что показать, только ты должна мне помочь. — С какой стати?! — Я заплатил, — напомнил, не зная, как урезонить её. — Хорошо. Что я должна сделать? — Сними это, — потянул край паранджи. — Я не могу. Это непростительное нарушение. Женщина может снять это только перед мужем. — А спать с другими не нарушение? — Ладно, — кивнула и сняла с себя паранджу, оставаясь в дешёвом нижнем белье, — Доволен? — Подожди, сейчас, — достал из кармана смартфон, подводя её к зеркалу, — Посмотри на себя в зеркало. — Ты идиот, я что, себя не видела?! Псих! — Прекрати орать, нас услышат. Просто посмотри. — Ну? — смотрела на себя. — Знаешь, я из Москвы. Там есть моя подруга, моя любимая женщина, моя невеста — известная певица Ирина Аллегрова. — Зачем мне эта информация? — фыркнула. — Затем, что та Ира, которая пропала год назад, моя невеста, которую я люблю, — это ты! — он открыл на телефоне видео с одного из её концертов и показал ей. Смотрела на женщину, которая была точь-в-точь, как она. — Пой. Пой то же, что и она. Повторяй. Повторила. Голос совпал один в один. — Не может быть… — Может! У неё закружилась голова, и она обхватила её руками. Воспоминания похищения всплывали один за другим. — Меня похитили… Мы поссорились, я бежала, потом… Кто-то дал мне какую-то таблетку и… я ничего не помню. Мне сказали, что я упала в обморок и всё забыла. Меня зовут Гюль Сан и я жена Хаджи… — Ира, ты узнаёшь меня? — взволнованно развернул её к себе. — Да… Гринечка… — прошептала, глядя в его глаза, и провела рукой по щеке. — Поцелуешь?.. — Да… — выдохнула и нежно поцеловала его. Почувствовала, как кровь побежала по венам. Вот он, поцелуй любви! Услышала его глухой стон. — Ты чего? — Ничего, — усмехнулся, прикрывая рукой вставшее достоинство. Он обещал ей, что ничего не будет. — Какое у тебя соблазнительное ничего, — лукаво улыбнулась и, отодвинув его руку, мягко коснулась ладонью брюк в районе паха, — Хочу тебя… — шепнула на ушко. — Узнаю Ирку, — засмеялся, простонав от её действий. Подхватил женщину на руки и унёс на постель. — Как я соскучился, — выдохнул, раздевая её и покрывая поцелуями, — Сладкая… — Ах-х-х… Гриша… — Да, малышка… — стянул с неё трусики и начал ласкать её женственность языком. Выгнулась дугой, стонала, подавалась бёдрами навстречу. — Ещё… Боже, как хорошо… — У тебя много было здесь с этими? — поморщился. — Нет, один раз. — С кем? — Я не запомнила, как их зовут. Их было двое… Лепс коснулся рукой её второй дырочки. — Нет-нет, они не трогали, — успокоила его. — Иринка… — улыбнулся и вставил в её лоно палец. Заскулила и кончила в его руках. — Как ты быстро, — хмыкнул. — Я соскучилась, — блаженно, — Ещё… — потянула его на себя. За дверью послышался грохот. Испуганно переглянулись. Их подслушивали! Лепс открыл дверь и увидел того самого улепётывающего портье, с которым он повздорил по приезде. — Чёрт! Он сейчас всё расскажет Хаджи. Нам надо убираться отсюда быстрее. Одевайся! — прокричал, захлопнув дверь. Набрал номер друга. — Толян, это она. Они её похитили. -… — Понял, жду. Схватил чемодан и взял Ирину за руку. — Что происходит? — Сейчас может начаться очень плохая история. Мой друг узнал, что у него есть вооружённая группа. У нас мало времени, потому что тот, кто нас подслушивал, уже рассказывает всё Хаджи. — Чёрт! Что делать? — Бежим, — потянул её за собой. Забежали в лифт, поднимаясь на самый верхний этаж. Этот лифт вёл на крышу, на которой стояли шезлонги. Лепс подошёл к краю и увидел, как люди в форме бегут в здание. — Ира, они здесь. Женщина прижалась к мужчине. И тут к ним начал спускаться вертолёт. — Ну Толик! — усмехнулся. Ирина облегчённо выдохнула. Пара запрыгнула в вертолёт и улетела. — Шеф сказал отвезти вас в аэропорт. — Спасибо, — хором. Уже через семь часов пара была дома. Женщина хозяйничала на кухне, а мужчина радостно наблюдал за ней. — Может, хватит на меня смотреть? — усмехнулась. — Я на тебя теперь всю жизнь наглядеться не смогу… Прости меня, — подошёл и нежно обнял её. — Ты не виноват. Прости меня… — Ты тоже не виновата. Люблю тебя. — И я тебя люблю! Пара слилась в нежном долгом поцелуе.